Are you the publisher? Claim or contact us about this channel


Embed this content in your HTML

Search

Report adult content:

click to rate:

Account: (login)

More Channels


Showcase


Channel Catalog


older | 1 | .... | 4 | 5 | (Page 6) | 7 | 8 | .... | 30 | newer

    0 0

    США разрабатывают защиту техники, не связанную с усилением бронирования

    На протяжении последних 60 лет Управление перспективных исследований Министерства обороны США – DARPA (Defense Advanced Research Projects Agency) уделяло больше внимания стратегически важным перспективным технологиям и только периодически принимало участие в модернизации боевых бронированных машин (ББМ). Однако в настоящее время управление расширило спектр своих исследовательских задач.

    На протяжении последних 60 лет Управление перспективных исследований Министерства обороны США – DARPA (Defense Advanced Research Projects Agency) уделяло больше внимания стратегически важным перспективным технологиям и только периодически принимало участие в модернизации боевых бронированных машин (ББМ). Однако в настоящее время управление расширило спектр своих исследовательских задач.

    Новая программа по разработке защиты боевых машин GXV-T (Ground X-Vehicle Technology) предполагает в дальнейшем изготовление опытных образцов, усиленных новыми средствами, отличными от традиционного увеличения толщины брони. Предполагается, что у перспективной бронетехники существенно повысятся мобильность и маневренность, а вероятность обнаружения и огневого контакта с противником будут снижены.

    «Целью программы GXV-T является не модернизация или замена какого-то определенного типа ББМ, – подчеркнул руководитель программы GXV-T Кевин Мэсси, – а уничтожение стереотипа обеспечения защищенности машин только при помощи увеличения толщины брони и разработка новых типов защиты».

    Толщина не имеет значения

    Ранее DARPA не уделяло особого внимания разработкам такого рода. Одним из наиболее известных примеров является проведение программы AAAP (Armor/Anti-Armor Program) в конце 80-х годов, по которой была создана легкая броня из металлокерамических элементов и разработаны кумулятивные боеприпасы для поражения современных танков.

    В боевых действиях в Ираке и Афганистане основной угрозой для бронетехники коалиционных сил стали самодельные взрывные устройства (СВУ), а также обстрелы ручными противотанковыми гранатометами (РПГ) из засад. В качестве ответных мер DARPA разработало системы обнаружения огня стрелкового оружия «Бумеранг» (Boomerang) и «Кроссхейрс» (Crosshairs), а также решетчатые противокумулятивные экраны для защиты от реактивных гранат. Также были проведены испытания комплекса активной защиты (КАЗ) от РПГ «Айрон кертэн» (Iron Curtain) разработки DARPA.

    Затем Управление перспективных исследований Минобороны США сосредоточилось на развитии технологий снижения стоимости таких средств. Программой AVM (Adaptive Vehicle Make) подразумевалось создание средств разработки и методов производства для ускорения процесса внедрения новых вооружений. В качестве эксперимента по применению результатов AVM было выбрано создание плавающей боевой машины FANG (Fast Adaptable Next-Generation Ground Vehicle), которое должно было вестись с применением технологий аутсорсинга. Планировалось проведение трех испытаний. Первое, состоявшее в разработке ходовой части, было завершено в апреле 2013 года. По его результатам создана и испытана силовая установка. Однако в феврале 2014 года программу AVM закрыли. Окончательный образец боевой машины FANG так и не появился.

    По мнению специалистов, новая программа GXV-T является достаточно масштабной. Возможности противотанковых средств развиваются быстрее средств защиты бронетехники, отметили в DARPA. В настоящее время даже незначительное увеличение выживаемости экипажа влечет за собой рост расходов и повышение массы машины. Представители управления неоднократно указывали, что тяжелые ББМ с пониженной маневренностью существенно снижают возможности развертывания войск на театре военных действий (ТВД). Стоимость же таких боевых машин, их разработки и технического обслуживания оказывается достаточно высокой.

    DARPA предполагает создать небольшую по габаритам и массе маневренную боевую машину, избегающую различных угроз в автоматическом режиме. На одной из видеозаписей, созданных управлением, изображена перспективная ББМ, которая автоматически размещает броню в направлении предполагаемого обстрела, самостоятельно ускоряется с целью уклонения от реактивной гранаты РПГ, резко останавливается, чтобы избежать поражения танковым снарядом.

    Одна из целей программы GXV-T – сокращение размеров и массы боевых машин на 50 процентов, уменьшение численности экипажа в два раза, приспособление к действиям на 95 процентах местности того или иного ТВД. DARPA стремится устранить этот недостаток. Еще одной целью является сокращение заметности перспективных ББМ.

    Представители оборонно-промышленного комплекса США были уведомлены о программе GXV-T 5 сентября этого года. В апреле следующего ожидается выдача контрактов на развитие технологий в рамках этой программы.

    Западные эксперты отмечают, что последние усилия DARPA в области сухопутной техники не привели к созданию даже опытных образцов. Как следствие многие специалисты выражают скепсис в отношении программы CXV-T. При ее реализации технически усовершенствованный образец маневренной ББМ может быть и не создан. Однако наработки, которые будут достигнуты, позволят радикально пересмотреть традиционную концепцию бронирования боевых машин.


    0 0

    Париж демонстрирует новые концепции в военном кораблестроении

    Ведущая французская кораблестроительная компания DCNS представила на международном военно-морском салоне «Евронаваль-2014» ряд концептуальных разработок в области надводного и подводного кораблестроения, которые могут быть реализованы в ближайшей перспективе.

    Ведущая французская кораблестроительная компания DCNS представила на международном военно-морском салоне «Евронаваль-2014» ряд концептуальных разработок в области надводного и подводного кораблестроения, которые могут быть реализованы в ближайшей перспективе.

    В частности, на стенде компании экспонировалась модель корабля, спроектированного по концепции XWIND 4000, включающей все инновационные разработки французской компании в надводном судостроении. Предлагаемые ноу-хау DCNS планирует внедрять в конструкции плавсредств в краткосрочной и среднесрочной перспективе.

    Большие глаза и большие уши

    XWIND 4000 – концепция полностью цифрового корабля, пояснил менеджер по маркетингу DCNS Филипп Сату. Плоские антенные решетки боевых систем и другие датчики размещены вокруг надстройки. Это обеспечивает беспрецедентную полусферическую зону обзора и одновременное функционирование всех устройств, не создавая помех между передатчиками и приемниками. При такой конфигурации корабельные системы могут динамично реагировать на возникающие угрозы, такие как терроризм, пиратство или массированные атаки с применением высокотехнологичного оружия.

    От подлодки до буя

    В структуру боевой системы корабля включены разведывательные и ударные беспилотные летательные аппараты с целью усиления его возможностей по обнаружению, идентификации и поражению целей. На БЛА могут быть развернуты оптико-электронные, радиолокационные и боевые полезные нагрузки широкого спектра. Компания DCNS является пионером в этой области и единственным в мире проектировщиком надводных кораблей, уже предлагающим такие решения. БЛА постоянно находятся в зоне дистанционного контроля командира корабля, располагающегося в рубке, где помещается боевая информационно-управляющая система.

    Концепция XWIND 4000 также предполагает наличие в двух коммуникационных центрах интуитивных пользовательских интерфейсов, на командном пункте – сенсорных экранов, речевого управления и кинект-технологии (Kinect) полного трехмерного распознавания лица, голоса и жестов, технологий кругового обзора и дополненной реальности, а также пользовательских интерфейсов типа смартфонов на мостике.

    Все цифровые системы построены на защищенной архитектуре управления и обработки данных, объединяющей в виртуальной информационно-вычислительной среде боевые системы и приложения по управлению платформой.

    Гибридное сердце…

    В концепции XWIND предусматривается гибридная силовая установка (СУ), инновационная по двум направлениям. Во-первых, компактная СУ, включающая дизельные двигатели, электродвигатель-генератор и редукторы, размещена в единой «коробке», собранной и проверенной на заводе. Во-вторых, излишнюю электроэнергию, которую вырабатывают генераторы переменного тока корабля, работающие на оптимальном режиме, сохраняют аккумуляторные батареи, которые могут обеспечить питанием электродвигатель. Это предполагает абсолютно бесшумный режим при движении корабля на малых скоростях. При этом экономия топлива составляет около 10 процентов, а расходы на техническое обслуживание уменьшаются на 40 процентов, поскольку дизели меньше изнашиваются. В то же время система предполагает дополнительную скрытность и меньшую степень воздействия на окружающую среду.

    Что касается конструкции, она обеспечивает три основные составляющие боевых кораблей компании DCNS: быстроходность, боеспособность и надежность. Обтекаемый кормовой штевень и треугольные боковые поверхности, соединяющие центральный и боковые корпуса, дают кораблю дополнительную скорость. Удлиненные кормовые надстройки и тонкий высокий киль в виде акульего плавника обеспечивают оптимальные формы корабля, позволяя эргономично разместить датчики боевых систем. Передняя часть, в частности покрытие надстроек стеклянными панелями, формирует агрессивный вид и главное – вносит дополнительный вклад в защиту от асимметричных угроз. И наконец, впечатление о надежности корабля подкрепляется его остойчивой формой и обводами, а также скошенными формами трети кормы.

    Темно-серая окраска еще больше подчеркивает напряженные линии и впечатление о быстроходности и боевой активности. «Уникальный визуальный образ XWIND 4000 базируется на ряде инноваций, в частности интеграции в конструкцию корабля БЛА, что обусловливает широкую палубу, необходимую для одновременной работы дронов и вертолетов, – отмечает дизайнер проекта Лоран Эли. – Такой дизайн XWIND 400 диктуется инновационными функциями, которые он обеспечивает».

    …И атомные характеристики

    В области подводного кораблестроения проектанты DCNS представили модель новой многоцелевой неатомной подводной лодки (НАПЛ) проекта «SMX-Оушн» (SMX-Ocean) с расширенными возможностями для применения в открытом море. При ее разработке широко использовались технологии самых современных атомных подводных лодок, адаптированные под дизель-электрическую конструкцию, а также нововведения, которые обеспечивают высокие тактико-технические свойства.

    Как сообщили в DCNS, компания рассчитывает, что ее передовые ноу-хау, воплощенные в субмарине, будут применяться для обеспечения безопасности океанской зоны.

    Инновационная концепция, как ожидается, обеспечит беспрецедентные для НАПЛ дальность подводного плавания и возможности по доставке разных боевых подразделений.

    Субмарина проекта «SMX-Оушн» с автономностью плавания до трех месяцев могла бы шесть раз пересечь Атлантический океан без всплытия. Скорость подводного хода НАПЛ составит до 14 узлов. В числе инноваций, обеспечивающих подобные характеристики, – высокоэффективная воздухонезависимая энергетическая установка, использующая топливные элементы второго поколения для достижения подводной автономности до трех недель.

    «SMX-Оушн» имеет те же систему вооружения, оборудование для разведывательно-диверсионных групп, антенную мачту и общую компоновку, что и многоцелевая атомная подводная лодка SSN «Барракуда» (Barracuda).

    Огневая мощь НАПЛ проекта «SMX-Оушн» будет беспрецедентной для неатомной подлодки типа SSK. Она обеспечивается системой вооружений, состоящей в общей сложности из 34 видов, в том числе торпед, мин, противокорабельных, крылатых и зенитных ракет. Также инновационная концепция включает вертикальные пусковые установки для ведения залпового огня по наземным целям.

    Проект «SMX-Оушн» предлагает расширенный спектр многоцелевых возможностей по сравнению с любой другой подводной лодкой аналогичного типа. Субмарина может выполнять задачу самостоятельно, в составе группы или другого соединения кораблей и будет единственной ПЛ, способной доставлять силы специального назначения, боевых пловцов, необитаемые подводные аппараты и даже БЛА в заданную оперативную зону.

    НАПЛ оснащается тактической линией передачи данных, отвечающей международным стандартам, и является идеальным средством сопровождения оперативного соединения кораблей при поддержке действий коалиционных сил на любом театре военных действий.

    Модель НАПЛ предполагает, что длина лодки составит 100 метров, высота – 15,5 метра, ширина – 8,8 метра, водоизмещение в надводном положении – 4750 тонн, максимальная глубина погружения – 350 метров, скорость – до 20 узлов.

    Басовые ноты ВМФ

    На «Евронаваль-2014» DCNS и «Эрбас дифенс энд спейс» (Airbus Defence and Space) подписали соглашение о сотрудничестве, предусматривающее доработку беспилотной вертолетной авиационной системы (БАС) «Тэнан» и ее интеграцию на боевой корабль. Это технологическое партнерство поможет ускорить выход на рынок тактической БАС вертикального взлета и посадки, которая с начала реализации проекта разрабатывалась для удовлетворения требований ВМС и эффективной интеграции на все типы вооруженных корабельных платформ.

    Работа, выполняемая двумя компаниями, позволит интегрировать БАС в боевую систему корабля, что улучшит ситуационную осведомленность благодаря данным, получаемым от различных датчиков на борту «Тэнан». Планируемая работа также подразумевает физическую интеграцию «Тэнан» на корабль. Это предусматривает в том числе позиционирование и совместимость БАС с антенной системой корабля, с посадочной площадкой, с размещением и хранением в доке, а также обеспечение связанной с этим техподдержки.

    На «Эрбас дифенс энд спейс» возлагается ответственность за создание всей сертифицированной БАС, непосредственно беспилотного вертолета вместе с полезной нагрузкой, линии передачи данных и наземной станции управления. DCNS будет выполнять интеграцию на корабль и его боевую систему, начиная с определения необходимых функций и интерфейсов взаимодействия, производства соответствующих модулей БАС, которые позволят управлять ее действиями с корабельного командного пункта, и заканчивая инструкциями по установке и внедрению беспилотной системы.

    «Эрбас дифенс энд спейс» более 30 лет разрабатывает большой спектр гражданских и военных беспилотников – от тяжелого «Евро Хоук» (Euro Hawk) типа HALE и «Харфанг» (Harfang) типа MALE до мини-БЛА типа «Трэкер» (Tracker), DVF-2000 и «Коптер-4» (Copter 4). Сейчас компания разрабатывает тактические БАС «Атлант» и «Тэнан» и высотный БЛА «Земфир» (Zephyr).

    Задержка дыхания – до двух недель

    DCNS также представила на салоне новые технологии для увеличения автономности подводных лодок.

    Комплекс ABS (Autonomy Boost Sections) позволяет существенно увеличить срок пребывания НАПЛ в подводном положении. Западные эксперты оценивают его примерно в три дня. Технологии, применяющиеся в составе комплекса ABS, дают возможность увеличить этот временной промежуток до трех недель.

    Первой технологией в составе ABS являются высокоемкостные литий-ионные батареи нового поколения. Они обеспечивают стабильное энергопитание подлодки и позволяют сохранить показатели скорости в подводном положении. Батареи могут заряжаться в открытом море. В результате их установки срок пребывания под водой дизель-электрической подлодки (ДЭПЛ) класса «Скорпен» (Scorpene) увеличился до семи дней.

    Внедрение в состав комплекса технологий ABS воздухонезависимой энергетической установки (ВНЭУ) «Месма» (Mesma), которая компактно размещается в отдельной секции корпуса, повышает срок пребывания НАПЛ под водой при крейсерской скорости. В конструкции «Месма» применяется паровая турбина, которая работает на топливе, уже размещенном в портах. Установка этой ВНЭУ повышает срок пребывания НАПЛ «Скорпен» под водой до двух недель.

    Третья технология состоит в применении особых топливных элементов, в которых водород выделяется из дизельного топлива при реформинге углеводорода. В результате отпадает необходимость хранения на борту запасов водорода.

    Компания DCNS представила также многоцелевой буй «Вайпер» (Vipere), который повышает осведомленность экипажа подлодки об окружающей обстановке. При его применении в ходе сбора разведывательных данных субмарина может оставаться на глубине, что резко снижает вероятность ее обнаружения. Передача собранных данных осуществляется в реальном времени. Полезная нагрузка буя может включать средства связи, приборы спутниковой навигации для калибровки инерциальных навигационных систем, аппаратуру РЭБ, такую, как устройство предупреждения о радиолокационном облучении, оптоэлектронное оборудование с телевизионной/инфракрасной камерой.


    0 0

    Предвоенный опыт взаимодействия Минобороны с промышленностью может оказаться полезным и сейчас

    28 ноября – 85 лет со дня образования Департамента вооружения Министерства обороны. В этот день в 1929 году учреждена должность начальника вооружения РККА, создан его аппарат – Служба вооружения. Она неоднократно реформировалась, но обретенный и отчасти забытый опыт ее работы, особенно в предвоенное время, может оказаться востребован Россией в условиях западных санкций. Об этом «Военно-промышленному курьеру» рассказал заместитель министра обороны Юрий Борисов.

    28 ноября – 85 лет со дня образования Департамента вооружения Министерства обороны. В этот день в 1929 году учреждена должность начальника вооружения РККА, создан его аппарат – Служба вооружения. Она неоднократно реформировалась, но обретенный и отчасти забытый опыт ее работы, особенно в предвоенное время, может оказаться востребован Россией в условиях западных санкций. Об этом «Военно-промышленному курьеру» рассказал заместитель министра обороны Юрий Борисов.

    – Юрий Иванович, на Департамент вооружения Минобороны возложено формирование основных направлений военно-технической политики, создание, совершенствование и развитие ВВТ. Как родилась эта служба, какой она подошла к Великой Отечественной войне?

    – Авторство идеи организации Службы вооружения принадлежало будущему Маршалу Советского Союза Михаилу Тухачевскому. По его замыслу в РККА должен был появиться орган, разрабатывающий программы перспективных вооружений, что в первую очередь касалось создания артиллерийских систем, автобронетанковой техники, самолетов и морских судов. Первоначально на эту должность был назначен командарм 1-го ранга Иероним Уборевич, а в 1931 году – сам Тухачевский.

    Здравствуй, оружие!
    Коллаж Андрея Седых

    Исторические факты свидетельствуют о том, что права и обязанности начальника вооружения РККА в тот период были весьма обширными. Во-первых, на него возлагалась ответственность за разработку системы вооружения армии и флота, перспективных материальных и финансовых планов оснащения войск ВВТ. Во-вторых, руководство созданием новых образцов ВВТ и постановкой их на производство, контроль исполнения заказов промышленностью. В-третьих, участие в производственно-технологической подготовке предприятий к выполнению мобилизационных заданий в военное время. В-четвертых, руководство стандартизацией и изобретательством в Вооруженных Силах. Кроме того, начальнику вооружения РККА были непосредственно подчинены все основные довольствующие управления. Принципиальное значение имел факт образования в них новых органов – военных научно-технических комитетов, которые сыграли впоследствии значимую роль при создании новых образцов ВВТ. Одновременно с этим укреплялись существующие, создавались новые НИИ, лаборатории, испытательные базы, полигоны.

    Бурные политические события 30-х годов прошлого столетия не смогли изменить положительную направленность программного развития ВВТ, предложенного Тухачевским в 1931-м. Наиболее интенсивно эти мероприятия (модернизация и создание артиллерийских и зенитных ракетных систем, танков, самолетов и многого другого) стали претворяться в жизнь с 1938 года, когда возникла реальная угроза начала войны. Таким образом, к 1941-му в основном были завершены опытные разработки современных образцов ВВТ, проведены их испытания и созданы предпосылки массового производства.

    С началом войны вопросы снабжения фронта всем необходимым решались непосредственно Государственным Комитетом Обороны и Ставкой Верховного главнокомандования через основной оперативный орган – Генеральный штаб и созданное в январе 1941-го Управление устройства тыла, вооружения и снабжения, являющееся преемником образованной в 1929 году Службы вооружения РККА. В задачу этого управления входило определение потребности в вооружении, военной технике, других материальных средствах, а также формирование и контроль планов их создания, снабжения войск через довольствующие управления. Очень важную роль в развитии ВВТ и их серийного производства сыграли отраслевые наркоматы. Тогда же по существу были заложены основы будущей отраслевой экономики государства.

    Огромный вклад в победу внесли довольствующие органы армии и флота, в особенности по линии обеспечения средствами поражения. О масштабах их труда можно судить на примере работы Главного артиллерийского управления и руководимой им Службы артиллерийского снабжения. Объемы поставок на фронт вооружения и боеприпасов составили:

    • вооружения и различного имущества – около 150 тысяч вагонов;
    • боеприпасов – более 405 тысяч вагонов;
    • грузооборот подчиненных ГАУ баз и складов – 1,6 миллиона вагонов или 16,1 процента от общего объема (9,9 млн вагонов) всех военных грузов.

     

    – Насколько серьезные коррективы внесла война в развитие вооружений на перспективу?

    – После победного 1945-го было принято решение отказаться от жесткой централизации в строительстве армии и флота, возложить ответственность за совершенствование ВВТ на главнокомандующих видами Вооруженных Сил, командующих родами войск и начальника тыла. Однако по прошествии времени стало очевидным, что такая децентрализация не смогла в должной мере обеспечить координацию разработок и оснащения войск новой сложной боевой техникой, прежде всего ракетно-ядерным оружием и зенитными ракетными комплексами, средствами радиолокации и автоматизации, которые в тот период получили бурное развитие. Поэтому в 1948 году вновь учреждается должность заместителя министра Вооруженных Сил СССР по вооружению, на которую назначается маршал артиллерии Николай Яковлев, а в 1952-м – генерал-полковник артиллерии Митрофан Неделин.

    Здравствуй, оружие!

    Методы планирования развития вооружения, используемые в послевоенный период, вплоть до 60-х годов, можно охарактеризовать как программные. В целом они обеспечивали нужды Вооруженных Сил, а соответственно и паритет с вероятным противником в условиях развертывания гонки вооружений. Создание новых образцов и комплексов ВВТ, боевых и обеспечивающих средств определялось отдельными решениями, двухлетними, годовыми и иными планами НИОКР с различной степенью их детализации и увязки при отсутствии комплексного подхода.

    Дальнейшее развитие науки и техники, разработка принципиально нового, более сложного вооружения, рост цен и сроков создания ВВТ, усложнение кооперационных связей в промышленности, значительное увеличение стоимости эксплуатации вооружения и несбалансированность его систем потребовали совершенствования подходов и организационной структуры. Для специалистов стало очевидным, что планирование развития новых многоцелевых систем оружия с использованием последних достижений науки и техники должно осуществляться комплексно, с позиции общей цели, вне зависимости от организационной принадлежности к виду (роду) войск. Для решения проблемы постановлением Совета министров от 10 июня 1969 года определен переход к комплексным долгосрочным планам и программам вооружения на десять лет, включая их разработку, поставку и обеспечение эксплуатации в войсках, а также капитальное строительство военных объектов. Учреждена должность заместителя министра обороны по вооружению – начальника вооружения ВС СССР, на которую назначен генерал-полковник Николай Алексеев. В 1970 году для реализации новых принципов планирования развития ВВТ создается аппарат заместителя министра обороны по вооружению (Управление начальника вооружения) в составе трех управлений: перспективных исследований и разработки программ вооружения, планирования опытно-конструкторских и научно-исследовательских работ, заказов ВВТ и отдел военной стандартизации.

    – Каковы оказались практические результаты?

    – Основным практическим результатом проведенных организационных мероприятий стало формирование самой первой Государственной программы вооружения (ГПВ) на 1976–1985 годы, обеспечившей сбалансированное развитие огромной номенклатуры образцов, систем и комплексов ВВТ. Ее выполнение позволило определить узкие места, связанные прежде всего с дублированием и избыточностью. Поэтому вначале была сформулирована, а затем реализована на практике унификация ВВТ.

    Эффективность, естественно, могла быть достигнута только с этапа планирования НИОКР через весь жизненный цикл изделия. Потому в начале 80-х смещены акценты в направлении тематики научно-методического обеспечения. К концу этого этапа полностью сложился механизм программно-целевого планирования, в котором широкая кооперация научно-исследовательских организаций Минобороны и промышленности обосновывала, а аппарат начальника вооружения практически реализовал совокупность мероприятий по созданию сбалансированной системы ВВТ.

    – А «новейшая история» департамента по каким лекалам пишется?

    – С созданием в 1992 году ВС РФ аппарат заместителя министра обороны по вооружению был переименован в Управление начальника вооружения Вооруженных Сил Российской Федерации (УНВ ВС РФ). Новый период деятельности связан с масштабными экономическими преобразованиями в стране. Его еще предстоит объективно осмыслить и оценить. Разрушение единого политического и экономического пространства союзного государства стало беспрецедентным испытанием для ОПК. В этих условиях важно было сохранить механизм централизованного планирования развития системы вооружения, а также обеспечить выполнение долгосрочных программ технического оснащения армии и флота, восстановить либо заменить разорванные кооперационные связи оборонных предприятий, максимально переориентировать заказы на российский ОПК.

    Управлению начальника вооружения Вооруженных Сил РФ пришлось решать две основные задачи. Первая была связана с тем, что эксплуатировавшиеся в войсках образцы требовали постоянного обслуживания, замены отдельных элементов или даже подсистем. Однако снабжать необходимыми для нормального функционирования ЗИП и материалами, заказывать и обеспечивать регулярную поставку их в войска при нарушившихся взаимосвязях было крайне непросто. Вторую задачу обусловил резкий рост задолженности государства оборонным предприятиям за поставленные ВВТ, в результате чего финансово-экономическое положение многих из них оказалось критическим.

    Единственным системообразующим и стабилизирующим органом управления для оборонных предприятий в тот период оказалось Управление начальника вооружения, которое сумело принять возможные организационно-плановые меры для сохранения основного оборонно-промышленного комплекса страны за счет выбора приоритетов и оперативного маневрирования финансовыми ресурсами. Тогда же на Управление начальника вооружения пришлась основная работа по созданию нового нормативно-правового поля функционирования системы заказов ВВТ.

    – В 2004 году была создана еще и система единого заказчика ВВТ. В чем ее отличие от ранее существовавшей?

    – В соответствии с решением Совета безопасности от 11 августа 2000 года начался поэтапный переход к системе единого заказчика – организационной структуре, осуществляющей планирование и общую координацию работ по развитию ВВТ в части средств общего назначения, в масштабах всех видов и родов войск, воинских формирований силовых министерств и ведомств Российской Федерации.

    В конце 2004 года предприняты меры по кардинальному изменению структуры системы заказов, суть которых заключалась в создании в Минобороны России системы заказов и поставок ВВСТ, в которой обеспечивался принцип единоначалия. Коренное отличие этой структуры от ранее существовавшей в том, что удалось организационно объединить всех генеральных заказчиков Министерства обороны. При этом впервые разделены задачи и приоритеты органов оперативного управления войсками и управления развитием системы вооружения. Конечным результатом стало создание условий для перехода на единую систему технического обеспечения Вооруженных Сил.

    – В чем экономическое содержание трансформированной системы заказов?

    – Самое основное – постепенное снижение затрат на создание образцов ВВСТ при одновременном увеличении расходов на закупки продукции, изготавливаемой серийно.

    – Какие меры принимаются руководством государства и Минобороны, чтобы парировать санкции Запада?

    – Работа ведется большая и целенаправленная. Назову наиболее значимые меры:

    • адаптация правового регулирования взаимодействия субъектов системы технического оснащения ВС РФ, основу которого составляют федеральные законы № 275 и № 44 – «О государственном оборонном заказе» и «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»;
    • формирование в составе Военно-промышленной комиссии при правительстве специализированных советов по выработке новой технической основы для родов войск и видов ВС РФ, улучшивших взаимодействие между органами управления Минобороны и ОПК;
    • создание Фонда перспективных исследований, способствующего интенсификации научных исследований и разработок, связанных с высокой степенью риска достижения качественно новых результатов в военно-технической, технологической и социально-экономической сфере;
    • повышение роли ОПК в формировании Государственной программы вооружения на 2016–2025 годы – включение в нее работ по созданию перспективных образцов ВВСТ осуществляется только после проведения необходимых материаловедческих, технологических, производственных и других исследований;
    • заключение контрактов на полный жизненный цикл – это стимулирует оборонные предприятия к повышению качества создаваемых образцов, чтобы снизить возможные издержки при эксплуатации, ремонте и утилизации;
    • корректировка системы ремонта и обслуживания техники, с 2013 года в Минобороны восстановлены войсковые ремонтные подразделения, которые будут проводить техническое обслуживание и текущий ремонт ВВСТ в войсках, в то время как укрупненный текущий ремонт, средний и капитальный – прерогатива предприятий промышленности;
    • восстановление статуса и численности военных представительств Минобороны, обеспечивающих связь между системой заказов ВВСТ и оборонными предприятиями;
    • повышение эффективности ГОЗ, в том числе за счет перехода от годовых к долгосрочным контрактам, что в свою очередь позволяет предприятиям улучшить внутреннее планирование, – ключевой инструмент снижения издержек.

     

    Считаю, что реализация данных мер позволит в сложившихся социально-экономических условиях обеспечить необходимый уровень обороны и безопасности Российской Федерации.

    Беседовал Олег Фаличев

    0 0

    Малогабаритный автомат обеспечивает и высокую точность, и скорострельность

    Разработанный Аркадием Шипуновым и Василием Грязевым малогабаритный автомат позволит гарантированно уничтожить террористов и не задеть заложников.

    Разработанный Аркадием Шипуновым и Василием Грязевым малогабаритный автомат позволит гарантированно уничтожить террористов и не задеть заложников.

    За последнее время все чаще и чаще не только в средствах массовой информации, но и в социальных сетях и на видеохостингах появляются фотографии и даже целые видеосюжеты, посвященные продолжающейся сейчас в Северо-Кавказском регионе контр-террористической операции. Запечатленные на видео и фото события не отличаются оригинальностью: бойцы спецподразделений Министерства внутренних дел, внутренних войск и Федеральной службы безопасности ликвидируют боевиков, проводят специальные мероприятия.

    В то же время каждый обнародованный материал изучается буквально по кадрам и пикселям не только специалистами, но главное – любителями оружия и военного снаряжения. Обсуждается все, начиная от того, какой коллиматорный прицел или «чернильница» (дульный компенсатор) установлен на автомате бойца спецподразделения, и заканчивая маркой бронежилета и даже ботинок, которые на нем надеты.

    Надо признать, что на большинстве фотографий и видео с места проведения КТО можно увидеть не только «оттюнингованные», как говорится, «по полной» автоматы Ак-74 и пулеметы ПК и ПКМ, но и достаточно интересные образцы стрелкового оружия – гранатометы ГМ-94, различные снайперские винтовки, зачастую иностранного производства, а также непривычного вида малогабаритные автоматы 9А-91 с установленными на них приборами бесшумной и беспламенной стрельбы ПБС, а проще говоря – глушителями.

    Против бронежилетов

    9А-91 еще двадцать лет назад как оружие ближнего боя, особо эффективное в закрытых помещениях при выполнении задач по освобождению заложников, занял прочное место в арсеналах различных подразделений специального назначения. Более того, на базе малогабаритного автомата была разработана снайперская винтовка ВСК-94, также до сих пор активно использующаяся бойцами спецподразделений.

    Смертельный удар в ближнем бою
    Коллаж Андрея Седых

    «9А-91, конечно, не заменит АК-74 и сравнивать их глупо. Но у малогабаритного автомата есть своя достаточно узкая тактическая ниша – ближний бой в помещениях, когда противник одет в индивидуальные средства защиты и ведет огонь из укрытия. В помещении могут быть гражданские лица, поэтому пули 9А-91 должны не только «привалить тушку» террориста-преступника в «бронике» или за баррикадой из подручных предметов, но и не дать рикошета. Мы же прекрасно понимаем, что рикошетирующие пули зачастую более опасны как для бойцов спецподразделений, так и для мирных жителей», – рассказывает газете «Военно-промышленный курьер» специалист службы ракетно-артиллерийского вооружения одного из подразделений специального назначения.

    Малогабаритный автомат 9А-91 был разработан в Тульском конструкторском бюро приборостроения Аркадием Шипуновым и Василием Грязевым еще в начале 90-х годов, хотя идея подобного оружия появилась лет на десять раньше, когда в структуре Министерства внутренних дел и Комитета государственной безопасности создавались подразделения специального назначения для борьбы с терроризмом.

    Опыт аналогичных иностранных структур, таких как немецкая GSG-9 и французская GIGN, доказывал, что бойцы-антитеррористы работают в основном на коротких дистанциях в постройках либо в самолетах, пассажирских автобусах или вагонах поездов. Отсюда и требования к оружию спецподразделений – оно должно быть достаточно малогабаритным, но в то же время обеспечивающим не только высокую точность стрельбы, но и скорострельность. Пистолеты и револьверы, применяемые подразделениями антитеррора в 70-х годах, несмотря на достаточно небольшие габариты, оказались неэффективны, и поэтому самым популярным образцом стрелкового оружия у борцов с террористами до середины 90-х годов был пистолет-пулемет МР-5 немецкой фирмы «Хеклер унд Кох».

    В 80-х годах конструкторы климовского ЦНИИТОЧМАШа разработали уникальные специальные патроны СП-5 и СП-6, не просто обеспечивающие выход пули из канала ствола с дозвуковой скоростью, что очень важно при стрельбе из оружия с глушителем, но и способные пробить стандартный бронежилет. В это же время в вооруженных силах стран мира, да и в правоохранительных органах начался расцвет индивидуальных средств защиты. Рос уровень защиты бронежилетов и защитных шлемов плюс они становились все более легкими и компактными.

    Уже в конце 80-х годов индивидуальные средства защиты стали обязательным атрибутом не только сотрудников правоохранительных органов, но и различных преступников и террористов. Идея Грязева и Шипунова заключалась в том, чтобы создать оружие для спецподразделений КГБ и МВД, предназначенное для ближнего боя, пули которого могли бы поразить противника, использующего индивидуальные средства защиты. Примечательно, что создатели сразу заложили в конструкцию нового автомата возможность его применения с прибором бесшумной и беспламенной стрельбы, ПБС. Также были проведены обширные исследования – насколько сильно могут рикошетировать пули, выпущенные из нового образца стрелкового оружия.

    Против террористов и преступников

    Завершить работы по новому автомату, получившему индекс 9А-91, удалось только в начале 90-х годов. Но уже в 1994-м первые образцы малогабаритного автомата стали поступать на вооружение подразделений специального назначения Министерства внутренних дел России, в частности легендарного московского ОМСН и вновь созданного специального отряда быстрого реагирования ГУБОП «Рысь». Чуть позже 9А-91 появились и на вооружении отрядов специального назначения внутренних войск МВД России.

    «9А-91 нам очень нравился. По сравнению со штатным Ак-74М достаточно компактный, удобно манипулировать. Весит он всего чуть больше двух килограммов, крути им, как хочешь. Это сейчас тактическая ручка чуть ли не обязательный элемент каждого нашего автомата, но впервые мы их увидели, как ни удивительно, на 9А-91. Ручка очень удобно спрятана в цевье, в любой момент ее можно достать или убрать, а когда перекидываешь автомат за спину, то за «снарягу» она не цепляется. Это особенно важно, когда работаешь в подвесной системе и висишь на тросе в 10–20 метрах над землей, часто вниз головой», – говорит сотрудник одного из подразделений специального назначения МВД.

    Правда, по словам собеседника, есть к малогабаритному автомату 9А-91 и претензии: «Приклад складной не всегда удобен, особенно если надо быстро сменить руки. Ну и не сразу получается выполнять с автоматом тактические движения, к примеру выглядывать за угол или за дверь. Но это дело навыка и привычки. Так что проблемы эти некритичные. Все можно освоить, только надо тренироваться».

    Также по заказу МВД на базе 9А-91 была разработана бесшумная снайперская винтовка ВСК-94. «В середине 90-х годов, когда еще не было коллиматорных и голографических прицелов и увеличителей различной кратности для них, мы использовали обычные оптические прицелы. По опыту различных контртеррористических операций стало понятно, что бой приходится вести не только на расстоянии вытянутой руки, но и зачастую нужно поражать цели в соседних зданиях на дистанции сто, а то и двести метров. СВД с собой на штурм не потащишь да и стрелять бесшумно она не может. Вот и возникла идея сделать достаточно малогабаритную снайперскую винтовку, которую удобно переносить, а в случае чего и вести с ней ближний бой», – вспоминает специалист службы ракетно-артиллерийского вооружения одного из подразделений специального назначения.

    ВСК-94 по сути оставалась тем же 9А-91, только вместо складного приклада и штатной рукоятки использовался так называемый скелетный, похожий по форме на приклад СВД и ВСС. В то же время новая снайперская винтовка оказалась гораздо компактнее, помещаясь в разобранном состоянии в маленькую сумку. При этом вес ВСК-94 чуть меньше 2,5 килограмма. Примечательно, что в комплект поставки бесшумной снайперской винтовки сразу шли лазерные целеуказатели (ЛЦУ).

    «У нас в отряде на вооружении были и ВСС, и ВСК-94. В лесу, в полях – в общем, на природе «Винторез», конечно, поинтереснее будет. А вот когда мы работали в застройке, в городах, селах, то тут ВСК-94 однозначно лучше. Снайперы с ней куда угодно залезут, в помещениях могут работать наравне с обычными «штурмовиками». Одно время бойцы с ВСК-94 огнештурмовую полосу проходили. Сильно помогал и ЛЦУ. Лазер не раз выручал в сложной ситуации, когда надо было точно поразить внезапно возникшую цель», – рассказал обозревателю «ВПК» офицер одного из отрядов специального назначения внутренних войск МВД России.

    Даже в настоящее время, когда рынок оружейного «тюнинга» активно развивается и на штатные АК-74 ставятся тактические ручки, регулируемые приклады, фонари, коллиматорные и голографические прицелы, различные увеличители и прочее, 9А-91 и ВСК-94 продолжают оставаться в арсеналах спецпод-разделений.

    «Все равно задачи по зачистке помещений возникают довольно часто. Обычно в штурмовую группу, помимо штатных АК-74М, мы всегда берем пару 9А-91, иногда ставим на них глушители. Хотя «тюнинга» на них сейчас не выпускают, мы сами доработали. Поставили тактические фонари, коллиматорные прицелы. С этим автоматом особенно удобно работать, когда за бойцом со щитом идешь. Места мало, чтобы развернуться с АК, а вот с 9А-91 самое то. Но и важно, что ты всегда уверен: твоя пуля тебе или товарищу обратно рикошетом в лоб не прилетит. На близких дистанциях, если даже в конечности, в руку или ногу противника попадешь, то гарантированно его из строя выведешь», – поясняет сотрудник спецподразделения.

    9А-91 и созданная на его базе снайперская винтовка ВСК-94 вот уже почти 20 лет остаются на вооружении различных подразделений специального назначения Министерства внутренних дел и внутренних войск. За это время они постоянно применялись в боевых действиях и контртеррористических операциях, задержаниях различных преступников, освобождении заложников. Внедренные еще в конце 80-х годов создателями 9А-91 и ВСК-94 принципы, такие как малые габариты, высокая эффективность против индивидуальных средств защиты, дали этому оружию уникальные возможности и долголетие.


    0 0

    В серии «Арсеналы России», выпускаемой издательским домом «Оружие и технологии», вышла книга, посвященная ОАО «КБточмаш имени А. Э. Нудельмана», ведущему научно-производственному центру страны, отметившему в этом году 80-летие.

    «От ОКБ-16 до КБточмаш им. А. Э. Нудельмана. История и современность». М., «Оружие и технологии», 2014.

    В серии «Арсеналы России», выпускаемой издательским домом «Оружие и технологии», вышла книга, посвященная ОАО «КБточмаш имени А. Э. Нудельмана», ведущему научно-производственному центру страны, отметившему в этом году 80-летие.

    Первым начальником КБ с 1934 по 1941 год стал волевой, инициативный организатор и изобретатель Яков Григорьевич Таубин, под руководством которого создавались автоматический пехотный 40,8-мм гранатомет АПС-П на колесном станке, автоматическая авиационная 23-мм пушка МП-6, автоматический 12,7-мм пулемет АП-12,7. Выдающаяся роль в дальнейшем развитии предприятия принадлежит дважды Герою Социалистического Труда, лауреату Государственной и Ленинской премий, доктору технических наук Александру Эммануиловичу Нудельману, который возглавлял ОКБ-16 (так оно стало называться с 1940-го) более сорока трех лет – с 1943 по 1986 год.

    «От ОКБ-16 до КБточмаш им. А. Э. Нудельмана. История и современность»

    Коллективом предприятия разработано около 100 передовых образцов продукции военного и гражданского назначения. Это автоматические скорострельные пушки и гранатометы для авиации и флота, созданные в суровые военные годы, – НС-37, НС-45, НС-23, пушки послевоенного периода – НР-23, НР-30, НН-30, Р-23, гранатомет АГС-17, неуправляемые и управляемые авиационные ракеты класса «воздух-поверхность» С-5, С-8, С-25 и С-25Л. Для подразделений Сухопутных войск разработаны противотанковые комплексы с радиоуправляемыми ПТУРС «Фаланга» нескольких модификаций, в том числе для вооружения вертолетов. Бронетанковые войска получили комплекс управляемого танкового вооружения «Кобра», а для войсковой ПВО созданы ЗРК «Стрела-1» и «Стрела-10». Для подавления оптико-электронных средств противника разработаны и приняты на вооружение переносные и размещенные на БМП-1 лазерные комплексы ППВ-1, ППВ-2, АВ-1. В 60–90-х годах КБточмаш было одним из ведущих предприятий в области разработки медицинской техники для кардиологии, офтальмологии, санитарии. В это время созданы и серийно выпускались имплантируемые мультипрограммируемые электрокардиостимуляторы серии ЭКС, лазерные установки для лечения глазных и ушных болезней, аппараты для утилизации одноразовых шприцев и другая продукция.

    В настоящее время продолжаются работы по созданию высокоточных зенитных комплексов сухопутного и морского базирования. Разработан корабельный зенитный артиллерийский комплекс (ЗАК) А-289, предназначенный для ближнего рубежа обороны боевых кораблей и катеров при отражении удара противокорабельных и противорадиолокационных ракет, самолетов и вертолетов, а также для поражения малоразмерных надводных и береговых целей. Зенитный ракетно-артиллерийский комплекс «Пальма», установленный на корветы проекта 11661Э для Вьетнама, обеспечивает поражение целей на больших дальностях благодаря применению гиперзвуковых управляемых по лучу лазера ракет «Сосна-Р». На базе этой ракеты и новой высокоточной помехозащищенной оптико-электронной системы управления создается ЗРК «Сосна» для войсковой ПВО Сухопутных войск. Ведущиеся НИОКР связаны с перспективными системами и средствами ПКО и ПРО, танковыми комплексами управляемого вооружения.

    За выдающиеся успехи в создании новых образцов ВВТ КБточмаш награждено орденами Трудового Красного Знамени и Октябрьской Революции, 36 его сотрудников удостоены Государственной, двое – Ленинской премий.

    Самоотверженному труду специалистов высочайшего класса, патриотов предприятия и посвящена эта книга.

    Олег Прянишников,
    ведущий инженер ОАО «КБточмаш имени А. Э. Нудельмана»

    0 0

    Перемещение на восток и развертывание там оборонной промышленности – непревзойденная по масштабам и сложности решенных задач организационно-техническая операция

    Еще со времен Немецкой слободы и поездок в нее юного Петра I понятие «немецкий порядок» означает нечто совершенное, в русских руках и условиях недостижимое. Доля истины здесь имеется, но она не относится к Наркомату танковой промышленности. Немецкий порядок военных лет, совершенный на рабочих местах и в руководстве цехами и мастерскими, оказался менее эффективным, нежели русский – по крайней мере в том, что называется вертикалью управления и концентрацией сил.

    Еще со времен Немецкой слободы и поездок в нее юного Петра I понятие «немецкий порядок» означает нечто совершенное, в русских руках и условиях недостижимое. Доля истины здесь имеется, но она не относится к Наркомату танковой промышленности. Немецкий порядок военных лет, совершенный на рабочих местах и в руководстве цехами и мастерскими, оказался менее эффективным, нежели русский – по крайней мере в том, что называется вертикалью управления и концентрацией сил.

    Совершенство, конечно же, возникло не сразу. В 30-х годах система советского танкового производства выглядела несколько запутанной – по сравнению, например, с концерном Круппов, где под единым руководством производилась боевая техника – от руды до готовых к бою орудий и танков.

    Накануне

    Основные (но не все!) заводы, выпускавшие бронетехнику, к началу Второй мировой войны действовали в составе главного управления № 8 Наркомата среднего машиностроения. А вот предприятия – поставщики важнейших узлов и агрегатов были разбросаны по множеству наркоматов. И речь идет не только о производителях орудий, двигателей или оптики. Даже броневые детали и конструкции – наиболее трудоемкие в танкостроении первой половины ХХ века – изготовлялись главным образом вне танковой промышленности. Так, накануне войны поставщиком брони для кировских тяжелых танков КВ был Ижорский завод, а для производителей средних Т-34 в лице Харьковского завода № 183 и Сталинградского тракторного завода – соответственно Мариупольский завод имени Ильича и Сталинградская судоверфь (она же – завод № 234). Все они состояли в Наркомате судостроительной промышленности, как и главный броневой институт страны – НИИ-48. Для легких танков, собиравшихся на Московском заводе № 37, башни и корпуса делал Подольский завод Наркомата нефтяной промышленности.

    Специальное танковое электрооборудование вплоть до 1939 года изготовлял московский завод АТЭ-1 Наркомата машиностроения. Лишь накануне войны «танковая» часть АТЭ-1 была выделена в самостоятельное предприятие и перешла в состав Наркомата среднего машиностроения, но не в 8-й главк, а в так называемый Главсмежпром.

    Конечно, в столь важном оборонном деле, как танкостроение, согласования между наркоматами и главками должны были вестись в ускоренном темпе, а поставки – иметь режим наибольшего благоприятствования. Но зачастую это хорошо смотрелось лишь на бумагах межведомственных протоколов, далеко отстоящих от действительности.

    Создание НКТП и эвакуация

    Великая Отечественная война началась для СССР неудачно. Потери танков, построенных в течение 30-х годов такими трудами, оказались столь ужасающими, что к осени 1941-го Красной армии пришлось отказаться от танковых корпусов и дивизий в пользу отдельных бригад и полков.

    Урок третий: система прежде всего
    Коллаж Андрея Седых

    Поэтому уже в самые первые дни войны советское правительство обратило внимание на развитие танковой промышленности. 25 июня вышло постановление Совета народных комиссаров и ЦК ВКП(б) «Об увеличении выпуска танков КВ, Т-34 и Т-50, артиллерийских тягачей и танковых дизелей на III и IV кварталы 1941 года».

    Однако отвечавший за оснащение армии бронетехникой нарком среднего машиностроения В. А. Малышев счел принятые меры недостаточными и в последних числах июня написал докладную записку И. В. Сталину о новых неотложных мерах, в том числе о перестройке ряда крупных отечественных заводов на производство танков. Частично эти предложения легли в основу первых решений вновь образованного высшего органа управления СССР – Государственного Комитета Обороны. В соответствии с постановлением ГКО № 1 от 1 июля 1941 года на сборку танков Т-34 переводился горьковский судостроительный завод «Красное Сормово». Постановление № 2 от того же числа было посвящено производству танков КВ на Челябинском тракторном заводе.

    Дальнейшие события июля-августа 1941 года потребовали более решительных и даже экстраординарных действий, то есть всего того, что Малышев излагал в своей записке. 11 сентября указом Президиума Верховного Совета СССР был учрежден Народный комиссариат танковой промышленности во главе с В. А. Малышевым. Он занимал этот пост почти всю войну, за исключением периода с 14 июля 1942 по 28 июня 1943 года. Впоследствии Сталин, не склонный к похвалам своих подчиненных, назовет Малышева «Суворовым советского танкостроения».

    Никогда – ни до войны, ни после ее окончания – в весьма милитаризованном Советском Союзе не было такого наркомата или министерства. НКТП – чрезвычайная мера, своевременно предпринятая в чрезвычайной ситуации. В новый наркомат вошли как все ранее существовавшие, так и вновь создаваемые предприятия – производители бронетехники, броневых конструкций и танковых дизелей. Исключением стал один-единственный Горьковский автомобильный завод, но это объяснялось лишь важностью основной его продукции: на ГАЗе была выпущена половина всех автомобилей СССР военного времени.

    В тот же день – 11 сентября 1941 года Совет народных комиссаров СССР принял постановление № 2059 о передаче во вновь образованный Наркомат танковой промышленности множества предприятий, по прежней ведомственной принадлежности состоявших в Наркоматах среднего машиностроения, судостроительной промышленности, тяжелого машиностроения, путей сообщения, нефтяной промышленности и станкостроения.

    К этому времени старые центры танкостроения СССР – ленинградский, московский и харьковский – находились под угрозой оккупации или во всяком случае в зоне действия немецкой авиации. Вскоре после учреждения НКТП южная группа заводов – Харьковский танковый № 183 и «броневой» Мариупольский – была захвачена немцами. В осажденном Ленинграде и прифронтовой Москве серийный выпуск танков к концу 1941 года также пришлось прекратить. Одна сталинградская группа перевооружить всю армию не могла. Челябинский тракторный завод только приступил к созданию танкового производства накануне войны и еще не мог полноценно дублировать Кировский завод.

    Ситуация казалась не просто критической, но безвыходной по определению. Соревнование с промышленностью континентальной Европы, считавшееся невозможным в мирное время, приходилось начинать в ходе войны, на новых и еще не приспособленных к танкостроению производственных площадках.

    В советской историографии эвакуация промышленности всегда оценивалась как крупнейший и непревзойденный успех. В 90-х годах появились и другие мнения. Впервые были описаны хаос и дезорганизация, сопровождавшие перемещение на восток и налаживание производства на новых местах, а также показаны огромные потери в людях и технике, сопровождавшие этот процесс.

    В первой статье нашего цикла «Война заводов. Народный комиссариат танковой промышленности против объединенной Европы»мы также указывали, что из персонала завода № 183, предназначенного к перемещению на восток страны, вывезти удалось меньше половины. И это еще неплохо на фоне Мариупольского завода. Изготовлением танковой брони до войны здесь занимались 6344 человека, из них в Нижний Тагил попали не более 300 специалистов, то есть менее пяти процентов от первоначальной численности.

    Однако сами по себе перечисленные примеры не дают ответов на главные вопросы. Правильно ли были подобраны площадки для новых танковых заводов? И достаточно ли оказалось вывезенных людей и оборудования для развертывания массового производства бронетехники?

    Сегодня мы знаем, что в результате эвакуации на востоке страны возникли следующие танковые предприятия:

    • Уральский танковый завод № 183 – крупнейший в мире комбинат по производству наиболее массовых и востребованных в сражениях средних танков Т-34. Здесь на площадях самого большого на евразийском континенте Уральского вагоностроительного завода было слито воедино 13 эвакуированных предприятий. Наиболее крупными из них являлись Харьковский танковый завод № 183 имени Коминтерна, Московский станкостроительный завод имени Орджоникидзе, Орджоникидзеградский сталелитейный завод и бронекорпусное производство Мариупольского завода имени Ильича;
    • челябинский Кировский завод появился в результате слияния Челябинского тракторного, ленинградского Кировского и Харьковского дизельного (№ 75) заводов, а также станкостроительного завода «Красный пролетарий» и завода шлифовальных станков № 7. ЧКЗ выпускал сначала танки КВ, затем Т-34, за ними последовали тяжелые самоходные орудия – СУ-152, ИСУ-122, ИСУ-152 и танки ИС. К указанному следует добавить добрую половину произведенных в СССР танковых дизелей и всю дизельную топливную аппаратуру;
    • гигант советского тяжелого машиностроения – свердловский Уралмашзавод включил в себя эвакуированный броневой Ижорский завод и поставлял ЧКЗ и заводу № 183 броневые корпуса и башни тяжелых и средних танков. А после эвакуации сюда же танкостроителей из Сталинграда на предприятии началась самостоятельная сборка «тридцатьчетверок», а затем и самоходных артиллерийских установок среднего класса – СУ-122, СУ-85 и СУ-100;
    • здесь же, в Свердловске на площадках основанных еще в первой половике XIX века машиностроительных предприятий («Металлист» и Вагоноремонтный завод имени Воеводина) разместилась московская танковая группа, то есть завод № 37 вместе с частью оборудования и коллектива Автозавода имени КИМ и Подольского броневого завода. Возникшее единое предприятие, сохранившее № 37, до середины 1942 года выпускало легкие танки Т-60 и Т-70, но затем переключилось на комплектующие для средних танков и САУ и в итоге превратилось в агрегатный завод № 50;
    • завод № 174 разместился на площадке Омского паровозоремонтного завода и вобрал в себя Ленинградский завод с тем же номером и Ворошиловградский паровозоремонтный завод. Поначалу здесь пробовали делать легкие танки Т-50, но затем освоили Т-34 и выпускали их до конца войны;
    • завод № 38 в городе Кирове, созданный на местной базе коллективом эвакуированного Коломенского паровозостроительного завода, в 1942–1945 годах производил легкую бронетехнику – танки Т-70 и самоходки СУ-76.

     

    На появившихся в результате эвакуации предприятиях была построена основная часть бронетехники военного времени. Из старых танковых центров в конце 1942-го и в 1943 году удалось восстановить производство лишь в московском районе.

    К сожалению, после изгнания немецких оккупантов сталинградская (СТЗ и № 264) и харьковская группы заводов так же, как ленинградский Кировский завод после деблокирования города, быстро восстановиться не смогли и потому ограничились производством запасных частей и ремонтом подбитых машин. Лишь в конце 1944 – начале 1945 года в Харькове и Ленинграде выпустили небольшие партии танков.

    Как видите, при всех проблемах и ошибках операция по перемещению и развертыванию в восточных районах оборонной промышленности является непревзойденным по масштабам и сложности решенных задач успешным организационно-техническим мероприятием. Никто и никогда не смог сделать ничего подобного. В годы Первой мировой войны для эвакуации нескольких предприятий из Риги потребовалось больше года. Как правило, промышленность оккупированных районов России и Франции доставалась немцам в неповрежденном виде.

    Необходимо отметить, что руководство Третьего рейха, планируя полную победу к осени 1941 года, в значительной степени исходило из невозможности в условиях германского «блицкрига» эвакуации оборонной промышленности. Когда же выяснилось, что эвакуированные заводы не просто перемещены, но уже работают и работают успешно, то эффект оказался шокирующим. По словам немецкого генерала В. Швабедиссена (автора аналитического исследования советской авиации), это оценивалось как «настоящий подвиг, который поразил немецкое командование».

    Самим же немцам эвакуация «не далась». В конце 1942 года глава германского Министерства вооружений А. Шпеер, предвидя англо-американское воздушное наступление, подготовил программу рассредоточения военных заводов. Но столкнулся с неожиданным препятствием, в СССР просто немыслимым. Как вспоминал сам Шпеер: «Я встретил всестороннее сопротивление. Гауляйтеры не желали размещения новых заводов на подвластных им территориях, так как боялись нарушить безмятежную тишину своих городков, а мои директора хотели остаться в стороне от внутриполитической борьбы. В результате практически ничего не было сделано». Лишь осенью 1943 года Шпееру удалось переместить несколько особо подвергавшихся бомбежкам заводов в Восточную Пруссию.

    НКТП: концентрация сил

    Важнейшим показателем для сопоставления советской и германской танковой индустрии является даже не количество предприятий, а уровень централизации управления и соответственно нацеленности на решение главной задачи: оснащение армии бронетехникой.

    Урок третий: система прежде всего

    Начнем с системы Наркомата танковой промышленности СССР. В НКТП все танкосборочные заводы находились в личном подчинении наркому, минуя традиционные для 30-х годов главные управления. По мнению московского историка и автора единственной монографии о системе НКТП военных лет А. Ю. Ермолова: «Такая система возникла, видимо, из-за стремления улучшить оперативность управления, сократив число его звеньев, сделать его более гибким. Кроме того, условия войны требовали более тщательно вникать в происходящее на том или ином объекте управления. Нарком должен был хорошо представлять, что происходит на его заводах, и потому В. А. Малышев всегда стремился чаще бывать на производстве. Возможно, такая схема отражала в какой-то мере личные особенности и стиль руководства В. А. Малышева».

    Главные управления в НКТП имелись, но объединяли лишь агрегатные и ремонтные заводы. Изначально, с 1941 года в Третьем главке были собраны бронекорпусные предприятия (созданные в то же время главки № 2 и № 4 просуществовали недолго). А в 1943-м вновь появился Второй главк, объединивший дизельные заводы и предприятия по выпуску танкового электрооборудования. Кроме этого, в течение 1943–1944 годов в составе наркомата действовал ГУРТ – Главное управление ремонта танков.

    Никакого внешнего вмешательства в деятельность подведомственных предприятий, скажем, со стороны областных и городских партийных органов система НКТП категорически не допускала. Любые запросы по выпуску той или иной дополнительной продукции для местного потребления всегда сопровождались утверждением их в наркомате. Например, на заводе № 183 приказы о выпуске дополнительной продукции неизменно начинались с фразы «Во исполнение приказа НКТП... и решения Свердловского обкома ВКП(б)».

    Попытки образования несогласованных связей между директоратом НКТП и местными властями пресекались не только в первые годы, но и в конце войны, когда с выполнением планов по танкам дела обстояли вполне благополучно. В приложении к книге А. Ю. Ермолова содержится любопытный текст за подписью наркома В. А. Малышева: «Нужно судить тов. Тетеркина и тов. Зальцмана за нарушение планов отгрузки запчастей. Здесь играют важную роль взаимоотношения с Челябинским обкомом. Но кто дал вам право распоряжаться здесь как вы хотите? Там на вас Патоличев и Баранов (первый и второй секретари Челябинского обкома) навалились, им удобно в государственный мешок запускать руку. Тракторных запчастей 430 тысяч дали сверх плана Челябинской области, когда всем другим, освобожденным от немцев, дали на 1400 тысяч рублей.

    В Челябинске сидят Баранов и Патоличев, жмут на тов. Зальцмана, который хочет быть с ними в хороших отношениях и решил, что Кировский завод – это местное предприятие Челябинского облисполкома и обкома… Мы подчиняемся единой центральной власти, советской власти, и никаких челябинских властей не признаем».

    В системе распределения заказов между заводами НКТП имелись свои недостатки, но они являлись обратной стороной главного достоинства: стремления полностью загрузить и на сто процентов использовать все наличные мощности. Причем оценкой этих мощностей занимались не руководители отдельных заводов, а независимые от них специалисты отраслевого проектно-технологического института 8-го ГСПИ.

    Производственные программы верстались очень строго и превысить их было крайне сложно. Приведем лишь один, но весьма показательный пример. В первой половине 1943 года был сформирован и оснащен сверхплановой техникой Уральский добровольческий танковый корпус. Инициатива принадлежала уральским партийным органам, но, судя по всему, не без подсказки наркома И. М. Зальцмана. Участвовал в этом деле и Уральский завод № 183, на долю которого выпало изготовление 145 сверхплановых «тридцатьчетверок».

    Дополнительные машины в течение февраля – апреля были изготовлены, о чем рапортовали широко и помпезно, так, что волны докатились до наших дней. Фактические же данные остались в годовом отчете – поначалу скрытом под строгим грифом «Секретно», а в 90-х годах мало кому интересном. Так вот, в течение первой половины 1943-го никаких сверхплановых танков не было вообще, поскольку и план-то из-за провалов в январе и июне выполнить не удалось. И лишь за счет более успешной работы во втором полугодии завод № 183 смог немного перевыполнить годовую программу, но лишь на 11 машин.

    Все понятно: годовая программа была рассчитана с абсолютной точностью.

    А как у них?

    Если обратиться к системе государственного управления германской военной промышленностью в годы Второй мировой войны, то первое, что бросается в глаза, – поразительная несогласованность действий корпораций, местных и центральных органов власти.

    В СССР не могло быть и намека на ситуацию, существовавшую в Германии в первые годы войны и описанную немецким промышленным экспертом Г. Керлем: «...военные заготовительные инстанции направляли свои заказы, скажем, на танки, какой-либо ведущей танкостроительной фирме, а та в свою очередь «выбирала» для производства различных частей отдельные «подходящие» предприятия. Это приводило к неуравновешенной загрузке предприятий». Иначе говоря, корпоративные интересы ставились выше общегосударственных, в результате чего одни получали сверхприбыли и с трудом справлялись с заданиями, в то время как другие занимались чем придется. Министру вооружений и военного производства Третьего рейха А. Шпееру в течение всего 1942 года пришлось бороться с эгоизмом заводчиков. Созданная им сеть «комитетов» и «центров» позволила более или менее пропорционально распределять заказы и сырье между различными фирмами. Только благодаря этому объем производства танков в 1943 году заметно вырос.

    Однако отметим, что мероприятия Шпеера касались не всей, а лишь подконтрольной его министерству части промышленности. К примеру, на территории «протектората Богемии и Моравии» никаких прав у министерства не было. В результате великолепные оружейные заводы Чехии работали не на общие нужды, а только на войска СС, причем приоритетом могли пользоваться не танки, а например, парадные кортики. Лишь в октябре 1943 года Гитлер наделил представителей Шпеера в отношении этого важнейшего индустриального района теми же правами, что и в собственно немецких землях. В итоге на полях сражений появился маленький и страшный зверь – истребитель танков «Хетцер». Но это уже весна 1944 года!

    Казалось бы, порядок был установлен, но лишь на короткое время. Летом 1944-го после неудачного покушения на Гитлера земельные партийные власти окончательно распоясались и фактически переподчинили себе расположенную на их территории военную промышленность. Больше ни о каком едином управлении и концентрации усилий говорить не приходилось.

    Общий итог нам известен: войну выиграл Советский Союз, лучше, нежели противник, управлявший своими скромными ресурсами.

    Сергей Устьянцев,

    кандидат исторических наук, научный редактор ОАО «НПК «Уралвагонзавод»

    0 0

    «Наша задача состоит не в том, чтобы делать новые машины, а в том, чтобы повысить боевые качества Т-34, увеличивать их выпуск»

    В развитой индустриальной стране, каковой являлась Германия и каковым в годы войны стал Советский Союз, руководство промышленности и армии всегда имело некоторый набор новых боевых машин, подготовленных  для принятия на вооружение. У каждой были свои достоинства и недостатки. От правильного выбора в значительной степени зависел исход войны.

    В развитой индустриальной стране, каковой являлась Германия и каковым в годы войны стал Советский Союз, руководство промышленности и армии всегда имело некоторый набор новых боевых машин, подготовленных для принятия на вооружение. У каждой были свои достоинства и недостатки. От правильного выбора в значительной степени зависел исход войны.

    Первое, что бросается в глаза при сравнении технической политики СССР и Германии, – это избыточность образцов бронетехники на вооружении Третьего рейха.

    В ходе войны с СССР германская промышленность поставляла вермахту следующие типы танков и САУ на их базе:

    • легкий танк Pz.Kpfw II (1941–1942) и различные противотанковые и гаубичные САУ (1942–1944);
    • легкий танк Pz.Kpfw 38(t) (1941–1942) плюс самые разнообразные САУ (1942–1945);
    • средний танк Pz.Kpfw III (1941–1943) и 75-мм и 105-мм штурмовые орудия (1941–1945);
    • средний танк Pz.Kpfw IV (1941–1945), а также обширный набор различного типа САУ, штурмовых орудий и истребителей танков (1943–1945);
    • средний, хоть и тяжелый по массе танк Pz.Kpfw V (1943–1945) и истребитель Jagdpanther (1944–1945);
    • тяжелый танк Pz.Kpfw VI Ausf.Н (1943–1944);
    • тяжелый танк Pz.Kpfw VI Ausf.B (1944–1945).

     

    Итого: немецкие заводы выпускали одновременно около трех десятков типов танков и САУ на танковой базе, не считая полугусеничной и колесной бронетехники.

    Армейское руководство отнюдь не радовалось подобному многообразию. Известно мнение Г. Гудериана: «...непрерывные приказы, требующие конструктивных изменений в процессе производства боевых машин, а тем самым и создания бесчисленного множества различных типов с большим числом запасных частей, были крупной ошибкой. Все это приводило к тому, что ремонт танков в полевых условиях становился неразрешимой проблемой».

    Следует добавить также, что и на объемах производства пестрота образцов и моделей, и конструкций не могла не сказываться.

    Унификация как принцип

    В СССР, напротив, список базовых машин был заметно короче:

    • легкие танки Т-60, Т-70, Т-80 и СУ-76, представляющие особой развитие единой базы с широким использованием автомобильных агрегатов;
    • средний танк Т-34 и САУ на его основе: СУ-122, СУ-85 и СУ-100;
    • тяжелый танк КВ и СУ-152 на его базе;
    • тяжелый танк ИС плюс две почти идентичные по конструкции САУ: ИСУ-122 и ИСУ-152.

     

    Единовременно в СССР производилось лишь по одному типу легких, средних и тяжелых танков и по одному типу САУ на каждой базе. Единственное исключение – сборка танков ИС-2 сочеталась с ИСУ-122 и ИСУ-152. Соответственно промышленность выпускала в 1941–1942 годах параллельно три-четыре модели боевых машин, в 1943–1944-м – пять-шесть моделей, не более. Лишь в 1945-м, когда победа была уже близка, руководство СССР позволило себе запустить в серию дополнительные базовые модели танков: Т-44 и ИС-3.

    5500 «Пантер», выпущенных всеми германскими предприятиями в течение 1943–1944 годов, по трудозатратам соответствуют примерно 50 тысячам «тридцатьчетверок»

    Перечень советских танковых двигателей военного времени включает всего две основные позиции: автомобильный по своему происхождению карбюраторный мотор ГАЗ-202 в виде одиночной или спаренной установки и дизели типа В-2 в различных модификациях для средних и тяжелых танков. Все!

    Полная взаимозаменяемость узлов боевых машин одного типа современным инженерам представляется чем-то естественным и само собой разумеющимся. В 40-х годах ситуация выглядела несколько иначе.

    В СССР в течение короткого периода, в конце 1941 – начале 1942-го заводам – производителям танков Т-34 было разрешено самостоятельно оценивать возможность тех или иных отступлений от чертежей и технических условий. Делалось это ради ускорения выпуска боевых машин, причем предписывалось стремиться к сохранению взаимозаменяемости узлов и механизмов. Но довольно скоро выяснилось, что это базовое требование нарушается. Поэтому к лету 1942 года был восстановлен прежний порядок, когда любые изменения на всех заводах в обязательном порядке согласовывались с головным по «тридцатьчетверке» конструкторским бюро завода № 183. В свою очередь Главное бронетанковое управление потребовало от промышленности произвести всеобщую сверку чертежей и технических условий.

    Одновременно проводилась унификация боевых машин разных классов. Американские специалисты после изучения боевых машин выпуска 1942 года на Абердинском полигоне посчитали необходимым отметить: «Явно выраженное стремление к взаимозаменяемости отдельных частей и узлов между Т-34 и КВ». В приказах и протоколах Наркомата танковой промышленности то и дело встречаются указания на унификацию электрооборудования КВ, «тридцатьчетверок» и легких танков, об использовании одних и тех же смотровых приборов и т. д.

    В дальнейшем в соответствии с приказами по Наркомтанкпрому от 1 октября 1943-го и 18 марта 1944-го конструкторским бюро просто запрещалось самостоятельно, без технических условий и заданий наркомата проводить экспериментальные работы и осуществлять конструкторские мероприятия. Предугадывая возможность непослушания и попыток обойти требования вышестоящих организаций, в последнем приказе нарком В. А. Малышев собственноручно вписал следующий пункт: «Категорически запретить главным бухгалтерам принимать к оплате и оплачивать расходы, связанные с работами по разработке новых опытных конструкций или по модернизации существующих конструкций, не утвержденных наркоматом в соответствии с настоящим приказом, а также запретить сносить эти расходы на серийное производство. Установить, что в случае нарушения на заводе установленного порядка главный бухгалтер завода обязан немедленно письменно донести о нарушении мне».

    Урок четвертыи: стратегическии выбор
    Коллаж Андрея Седых

    Раздробленная по концернам германская промышленность к решению проблем унификации приступила гораздо позже. Лишь в 1943 году, столкнувшись с многочисленными проблемами в производстве новых танков, немецких конструкторов обязали подумать об унификации конструкции танков Pz.Kpfw V «Пантера» и Pz.Kpfw VI Ausf.Н «Тигр».

    Но и после этого случались удивительные казусы. Так, например, истребители танков Jgd. Pz.IV/70 выпуска фирм «Фомаг» и «Алкетт» имели разные броневые рубки и соответственно отличную компоновку боевых отделений. Штурмовые орудия StuG III выпускались «Алкетт» с монолитной лобовой защитой, а фирмой «МИАГ» – с экранированной.

    В желании «прислушаться» к интересам корпораций немцы не были одиноки. Армия США имела довольно строгую систему выбора основных типов бронетехники. Но вот внутри базовой модели происходили вещи для СССР просто немыслимые. Достаточно вспомнить танки «Шерман», имевшие пять типов МТО, около десятка вариантов броневого корпуса с разными сочетаниями литых и катаных деталей, несколько конструкций подвески и т. д. Как с этаким разномастным бронированным стадом управлялись американские танкисты и ремонтники – тайна сия велика есть.

    Но не будем слишком упирать на корыстные интересы промышленников. Избыточная многотипность бронетанкового парка Германии является результатом не только межкорпоративной разобщенности, но и правильной технической политики советского руководства, сумевшего поставить противника в неудобное положение.

    Аксиомы профессора Груздева…

    7 марта 1944 года на заседании Научно-технического совета Наркомата танковой промышленности СССР выступил профессор Академии механизации и моторизации РККА генерал-майор Н. И. Груздев. В своем докладе «Состояние танковой техники за годы войны» он проанализировал советскую стратегию в области танкостроения. Доклад довольно обширный – девять машинописных страниц, поэтому мы приведем лишь наиболее важные выводы.

    В качестве главного требования к принимаемым на вооружение новым образцам бронетехники профессор Груздев указывал не на «предельные параметры», но лишь на достижение «нормальной степени превосходства» (НСП). Последняя не имела точных цифровых выражений и характеризовалась невозможностью для противника выравнять тактико-технические характеристики с помощью одной лишь модернизации своих танков или САУ.

    Исходя из этого профессор Груздев сформулировал: «Смысл перевооружения состоит в том, чтобы сделать технику врага на поле боя неполноценной, то есть заставить противника отказаться от действующей техники – произвести перевооружение, следовательно, временно, но резко сократить выпуск продукции для фронта. Если в ходе перевооружения создается техника, равная технике врага, то такое перевооружение следует считать неполноценным».

    При этом советский ученый полагал глубоко ошибочным достижение НСП за счет сокращения количества произведенной техники: «Учитывая обстановку, не всегда целесообразно стремиться к достижению нормального превосходства. Следует иметь в виду, что всегда можно построить танк, который поражает танки противника, будучи неуязвимым для огня последнего, но при этом противник может иметь численное подавляющее превосходство за счет меньшего веса танка, меньшей мощности моторной установки и т. д.; следовательно, при выборе танка как типа, помимо желания обеспечить ему превосходство в бронировании, вооружении и скорости над соответствующим типом танков противника, надо учитывать экономические и производственные возможности страны с тем, чтобы и в количественном отношении были выдержаны желаемые пропорции».

    …И практика войны

    Н. И. Груздев в своем докладе ничего особенно не придумывал. Он лишь точно сформулировал то, что происходило в течение нескольких предшествующих лет.

    Урок четвертыи: стратегическии выбор

    В начале войны танки Т-34-76 и КВ обладали нормальной степенью превосходства над бронетехникой противника, по крайней мере в потенциальных возможностях конструкции. Пока сохранялась надежда на успешное завершение блицкрига, немецкое командование не без успеха использовало преимущества своих машин в технической надежности на марше, в командной управляемости и лучшей обзорности. Однако зимой 1941–1942 годов стало очевидно, что война затягивается и, следовательно, советские танкостроители получают время на устранение наиболее вопиющих недостатков «тридцатьчетверки». После чего превосходство из потенциального переходит в реально существующее. Эвакуация советской танковой промышленности на восток лишь несколько задержала этот процесс.

    Модернизация и перевооружение средних танков типа Pz.Kpfw III и Pz.Kpfw IV дали определенный результат и даже на короткое время обеспечили «четверке» некоторое преимущество перед Т-34-76 в дуэльном бою. Но в конечном счете развитие этих германских машин не могло привести к НСП над новыми модификациями «тридцатьчетверки». В танках Pz.Kpfw IV Ausf.Н и Pz.Kpfw IV Ausf.J потенциал конструкции был использован на сто процентов и даже больше, а возможности Т-34 к середине войны только раскрывались.

    Первым в 1943 году сошел с дистанции Pz.Kpfw III. Невозможность установки достаточно толстой брони и длинноствольной 75-мм пушки, падение подвижности потяжелевших модификаций Pz.Kpfw III выпуска 1942 – начала 1943-го – все это вместе взятое привело к прекращению производства былой опоры и надежды вермахта.

    О необходимости разработки нового танка для полной замены пары Pz.Kpfw III и Pz.Kpfw IV генерал Г. Гудериан впервые заявил в октябре 1941-го после неудачных для немецких танкистов боев под Орлом. В ноябре состоялось специальное совещание немецких военных, конструкторов и промышленников под руководством председателя «Танковой комиссии» доктора Ф. Порше. Предложение фронтовых офицеров просто скопировать советский танк Т-34 было отвергнуто: фирмы «МАН» и «Даймлер-Бенц» 25 ноября получили задание на проектирование оригинального среднего танка. Конкурс выиграла экспериментальная машина фирмы «МАН». Так на свет появился танк Pz.Kpfw V «Пантера».

    Однако несмотря на высший приоритет «Пантер» в производстве, промышленность рейха так и не смогла сделать их самым массовым танком германских вооруженных сил. Первоначально предполагалось, что уже весной 1944 года Pz.Kpfw V полностью вытеснят средние танки Pz.Kpfw III. Производство Pz.Kpfw IV должно было продолжаться до тех пор, пока выпуск «Пантер» не позволит от них отказаться. Увы, этот долгожданный для вермахта момент так и не наступил: в течение 1943–1945 годов танков Pz.Kpfw IV было построено больше, чем «Пантер» – соответственно 6524 и 5976 штук. С учетом ранее произведенных машин именно «четверки» стали самым многочисленным танком Германии. Как ни старались немецкие заводы, запланированный на 1944 год ежемесячный выпуск 600 «Пантер» не был достигнут. Максимум – 400 машин – пришелся на июль 1944-го.

    Неудавшаяся попытка перевооружения в ходе войны привела к острой нехватке бронетехники в войсках, ставшей в 1944-м просто катастрофической. Подтверждения тому мы в избытке находим в воспоминаниях немецких генералов.

    Генерал-полковник Гудериан: «...фронт требовал бронированных машин всех типов. Истекавшая кровью пехота нуждалась в более мощных и подвижных противотанковых средствах. Артиллерия остро нуждалась в самоходных орудиях. Мотопехотные полки танковых дивизий настоятельно требовали бронетранспортеров. Удовлетворить все эти требования было очень трудно, так как возможностей военной экономики явно не хватало».

    Генерал-лейтенант Э. Шнейдер: «Немецкая танковая промышленность в ходе войны никогда не могла даже частично удовлетворить спрос войск на танки всех типов».

    Генерал-майор Ф. Меллентин: «Постоянный рост военного производства вплоть до осени 1944 года является поистине удивительным. Однако этого было недостаточно для удовлетворения потребностей фронта, и каждый фронтовик может подтвердить этот печальный факт. Ожесточенные бои в России и Нормандии, а также катастрофические отступления летом 1944 года привели к таким потерям, которые не мог восполнить наш тыл».

    И все это на фоне, по словам того же Гудериана, «постоянно увеличивающегося серийного производства старого, но прекрасного русского танка Т-34».

    Советское же руководство удержалось от соблазна достичь превосходства за счет принятия на вооружение новых образцов. Любители и знатоки истории отечественной бронетанковой техники знают, что в СССР в течение всей войны разрабатывались средние танки для замены «тридцатьчетверки»: Т-34М образца 1941 года, КВ-13 (1942), Т-43 (1942–1943), Т-44 (1944). За исключением челябинского КВ-13 все они появились в КБ Уральского танкового завода и по тем или иным паспортным тактико-техническим характеристикам превосходили «тридцатьчетверки» соответствующих годов выпуска. Однако в серийное производство попал только танк Т-44, причем он выпускался лишь в Харькове на едва восстановленном заводе № 75, что никоим образом не могло сказаться на объемах производства Т-34.

    И это правильно: подсчеты трудоемкости того же Т-44 показывают, что постановка его в серию на основных заводах (№ 183, № 174, № 112) могла привести к резкому, примерно трехкратному сокращению объемов производства в течение года. Поэтому невозможно не согласиться со словами И. В. Сталина, обращенными к главному конструктору завода № 183 по поводу отказа от производства танка Т-43 образца 1943 года: «Товарищ Морозов, вы сделали очень неплохую машину. Но сегодня у нас уже есть неплохая машина – Т-34. Наша задача состоит сейчас не в том, чтобы делать новые машины, а в том, чтобы повысить боевые качества Т-34, увеличивать их выпуск».

    Так оно и вышло. Модернизация советского среднего танка и появление Т-34-85 обеспечили машине НСП в боях с массовыми образцами германской бронетехники – с тем же Pz.Kpfw IV. Вполне приемлемыми стали и шансы на победу в схватках с новыми танками Pz.Kpfw V «Пантера» и Pz.Kpfw VI Ausf.Н «Тигр». И все это на фоне увеличения в 1944 году объемов выпуска «тридцатьчетверок».

    Единственным новым типом танка, принятым в середине войны на вооружение Советской армии и выпускавшимся крупной серией, стал тяжелый ИС-2. Однако в данном случае перевооружение соответствовало требованиям советской теории: оно привело к отказу от производства тяжелых немецких танков Pz.Kpfw VI Ausf.Н «Тигр» и переходу на сборку Pz.Kpfw VI Ausf.B «Королевский тигр». Несмотря на схожесть шифров, это совершенно разные машины. Причем ИС-2 проявил себя вполне конкурентоспособным и в боях с новыми немецкими «королями».

    Парадоксальные подсчеты

    В послевоенный период танковая промышленность Германии подверглась самому тщательному изучению – как советскими специалистами, так и союзниками. И хотя многие документы того времени по сей день не исследованы историками, некоторые выводы можно сделать.

    Для начала укажем на две цифры. Первую из них приводит британский исследователь Дж. Форти. На основании подлинных документов из немецких заводских архивов он установил, что на производство танка Pz.Kpfw V затрачивалось 150 тысяч человеко-часов. Вторая содержится в когда-то секретном справочнике «Основные средства производства и технико-экономические показателя работы Наркомтанкпрома за 1942–1945 годы»: по состоянию на 1 января 1943-го на Уральском танковом заводе на один танк Т-34 затрачивались 5100 человеко-часов.

    Определить, насколько сопоставимы эти цифры, очень трудно. Дж. Форти не указывает ни время, к которому относятся указанные им данные, ни состав учитываемых работ. Предлагаем исходить из наиболее благоприятных для германской стороны обстоятельств: 150 тысяч человеко-часов – это максимальная цифра на январь 1943 года, когда «Пантеры» только начали производиться, и включает в себя трудовые затраты как собственно танковых заводов, так и предприятий-поставщиков.

    Если учесть поставки комплектующих по кооперации, то полная трудоемкость «тридцатьчетверки» начала 1943 года на заводе № 183 составляла примерно 17 600 человеко-часов или в 8,5 раза меньше, чем «Пантеры»!

    В дальнейшем по мере совершенствования производства затраты времени и сил на немецких заводах, несомненно, сокращались, но и на УТЗ происходило то же самое: заводская трудоемкость гораздо более мощной модификации Т-34-85 равнялась на 1 января 1945 года 3251 человеко-часу, притом что объем кооперации даже немного сократился.

    В итоге получается, что 5500 выпущенных всеми германскими предприятиями в течение 1943–1944 годов танков Pz.Kpfw V по затраченным усилиям соответствуют примерно 50 тысячам «тридцатьчетверок». Вот куда был затрачен выдающийся потенциал германской промышленности.

    Но, может быть, боевое могущество «Пантер» окупало все расходы?

    Сегодня мы совершенно точно знаем, что это не так. Во второй половине ХХ века отраслевой «танковый» институт ВНИИТрансмаш отработал методику вычисления сравнительных коэффициентов военно-технического уровня бронетехники. Так вот, если принять коэффициент Т-34-85 за единицу, то для «Пантеры» он будет равен 1,5. Иначе говоря, боевая ценность трех Т-34-85 равна двум «Пантерам». Для Т-34-76 коэффициент, естественно, существенно ниже. Но если вспомнить, что один только Уральский танковый завод № 183 построил за 1943–1944 годы 9304 танка Т-34-76 и 6583 единицы Т-34-85, то получается, совокупная их мощь как минимум в 1,5 раза превосходит выпущенные за это же время «Пантеры». А ведь «тридцатьчетверки» собирали еще четыре советских завода!

    Получается, что германское руководство, обратив взор на мощную, но сложную и дорогую «Пантеру», оставило свою армию без необходимого количества танков и – проиграло войну.

    Остается лишь добавить, что поразительные отличия в трудоемкости германских и советских танков вызваны не только фактом вынужденного перевооружения в военное время, но и технологическими достижениями НКТП. Но об этом – в следующей статье.

    Сергей Устьянцев,
    кандидат исторических наук, научный редактор ОАО «НПК «Уралвагонзавод»

    0 0

    Манекены приняли удар на себя, подтвердив эффективность защиты

    Вооруженные конфликты последних лет свидетельствуют, что существенные потери личного состава войска несут не только в прямых боевых столкновениях, но и при нападении из засад и укрытий в ходе конвоирования или следования в колонне. Попытки для защиты от атак террористов использовать при передвижении колонн традиционные БТР и БМП показали недостаточную эффективность. В результате практически все передовые армии мира приступили к оснащению войск специальными защищенными автомобилями типа MRAP (англ. Mine Resistant Ambush Protected – защищенные от подрыва и атак из засад).

    Вооруженные конфликты последних лет свидетельствуют, что существенные потери личного состава войска несут не только в прямых боевых столкновениях, но и при нападении из засад и укрытий в ходе конвоирования или следования в колонне. Попытки для защиты от атак террористов использовать при передвижении колонн традиционные БТР и БМП показали недостаточную эффективность. В результате практически все передовые армии мира приступили к оснащению войск специальными защищенными автомобилями типа MRAP (англ. Mine Resistant Ambush Protected – защищенные от подрыва и атак из засад).

    ВС РФ не стоят в стороне от этого процесса: на вооружение некоторых частей уже поступили защищенные автомобили «Тигр» и «Рысь». Кроме того, ведущие отечественные автомобильные предприятия закончили разработку целого семейства MRAP, в котором наиболее известен «Тайфун-К».

    Созданный за пределом контракта

    В ходе выполнения проекта разработаны конструкторские решения по семейству защищенных автомобилей с колесной формулой 4х4, 6х6 и 8х8. Конструктивные решения одобрены Минобороны России, а также руководством Воздушно-десантных войск, которое осмотрело новые образцы и даже протестировало их.

    Новый российский MRAP
    Коллаж Андрея Седых

    Так, в 2013 году появились опытные образцы высокозащищенных автомобилей «Тайфун К»-63968 модульной конструкции и «Тайфун К»-63969 с однообъемным кузовом.

    Опытные образцы автомобилей типа 6х6 в модульном и однообъемном исполнении прошли предварительные испытания, которые подтвердили их соответствие предъявляемым требованиям и назначению. Достигнута должная защищенность, по этому критерию образцы превосходят многие отечественные и зарубежные аналоги. Мобильность защищенных автомобилей обеспечивает их эффективное применение при решении боевых задач со смонтированным вооружением, перевозке личного состава и выполнении других задач боевого, технического и тылового обеспечения в любых климатических, погодных и дорожных условиях.

    Впервые в практике отечественного автомобилестроения автомобили семейства «Тайфун-К» реально (не декларативно) созданы по модульному принципу проектирования.

    Базовый состав модулей включает:

    • модуль несущей системы (рама);
    • модуль управления (кабина);
    • функциональный модуль (в однообъемном модуле кабина и функциональный модуль объединены);
    • модуль силовой установки (дизельный двигатель, гидромеханическая передача и все системы обеспечения);
    • опорно-ходовой модуль, в том числе ведущие мосты (управляемые и неуправляемые), гидропневматические регулируемые подвески, тормозные механизмы и др.;
    • модули противоминного бронирования и др.

     

    Необходимо отметить, что применение автомобилей «Тайфун-К» в качестве шасси под монтаж ВВТ позволит в будущем значительно расширить область использования семейства защищенных автомобилей, смонтировать комплексы вооружений и военной техники, а также установить на них разнообразные специальные надстройки: понтонные парки, цистерны для перевозки топлива и воды, ремонтно-эвакуационное оборудование и другие. Такой универсализм вполне отвечает реалиям сегодняшнего времени.

    Вместе с тем при проектировании семейства машин, а также по результатам предварительных испытаний опытных образцом выявилось, что для решения ряда задач – как боевых, так и обеспечения – рационально применение защищенных автомобилей меньшего класса. И в августе 2013 года группа разработчиков создала первый опытный образец защищенного автомобиля с колесной формулой 4х4 грузоподъемностью 2,0 тонны.

    Защищенный автомобиль с колесной формулой 4х4 неоднократно представлялся на различных выставочных мероприятиях и вызывал неизменный повышенный интерес со стороны как заказывающих управлений Минобороны и других силовых структур Российской Федерации, так и представителей ряда зарубежных стран.

    Первый образец «Тайфуненка» в 2014 году был подвергнут ряду оценочных испытаний, которые подтвердили заявленный технический уровень, и по результатам принято решение о дальнейшем продолжении работ, в том числе по созданию десантируемого образца.

    Тактико-технические характеристики
    Колесная формула 4х4
    Снаряженная масса, кг 13700
    Полная масса автомобиля, кг 15700
    Габаритные размеры
    Длина, мм 6370
    Ширина, мм 2540
    Высота, мм 3320
    Дорожный просвет, мм 433
    Двигатель Р6-350
    Максимальная мощность двигателя, кВт (л.с.) 257 (350)
    Максимальный крутящий момент двигателя, им (кГс/ч) 1090 (109)
    Угол преодолеваемого подъема автомобилем, % не менее 60
    Максимальная скорость, км/ч 105
    Колеса 10.00-20
    Шины с регулируемым давлением и боестойкой вставкой 1400 R20

     

    Защищенный автомобиль типа 4х4 соответствует предъявленным Минобороны требованиям и назначению, а по основным тактико-техническим характеристикам не уступает лучшим мировым образцам.

    В настоящее время завершается изготовление двух опытных образцов для проведения предварительных заводских испытаний и дальнейшего представления их в 2015 году на государственные приемочные испытания.

    Броня крепка…

    Важными параметрами армейских автомобилей являются модульность, проходимость, защищенность обитаемого пространства и приспособленность к монтажу различного вооружения и военной техники. У «Тайфуненка» автоматическая шестиступенчатая гидромеханическая коробка передач, двухступенчатая раздаточная коробка, ведущие мосты с планетарными редукторами и автоматической блокировкой дифференциалов. Угол максимального преодолеваемого подъема увеличен до 60 градусов, он способен выдерживать подрыв взрывного устройства эквивалентом восемь килограммов тротила под днищем и любым колесом автомобиля. Легко преодолевает брод до 1,75 метра. Четвертый класс баллистической защиты обеспечивает «сэндвич» из внутренней обычной броневой стали и внешней керамической брони нового поколения. Керамика способна выдерживать и гасить ударные нагрузки, что очень важно для обеспечения противоминной защиты.

    Высокие тягово-скоростные характеристики силовой установки с двигателем мощностью 350 лошадиных сил и автоматической трансмиссией позволяют реализовывать необходимые тягово-динамические возможности шасси и развивать скорость до 105 километров в час по шоссе. Грузоподъемность автомобиля составляет две тонны, вместимость – десять человек, предусмотрена возможность монтировать спецоборудование (ВВТ), что позволяет успешно использовать шасси в качестве командно-штабной машины, разведывательной, санитарной, машины для охраны и сопровождения колонн, машины связи и др.

    Гидропневматическая подвеска предусматривает автоматическое и принудительное изменение характеристик жесткости, дорожного просвета, обеспечивает высокую плавность хода и регулировку положения кузова относительно дорожного покрытия, эффективное гашение колебаний. Автоматическое регулирование дорожного просвета осуществляется в зависимости от скорости движения автомобиля, качества дорожного покрытия и местности.

    Улучшенные параметры, включая реализацию модульных конструктивных решений для повышения уровня баллистической и противоминной защиты, позволяют снизить заметность в различных диапазонах и на любых местностях. С целью сокращения времени готовности к бою, для быстрой и удобной посадки-высадки экипажа предусмотрена задняя дверь и увеличена вместимость обитаемого модуля с обеспечением высокого уровня безопасности и комфорта экипажа. Уровень комфорта в кабине сопоставим с легковыми автомобилями, а главное достоинство конструкции кресел – они способствуют снижению воздействия ударной волны.

    На полях

    Интернет и специализированные СМИ заполнены множеством историй по испытаниям «Тайфунов-К». Минные подрывы, перекрестный огонь, проведенные на образцах с колесной формулой 6х6 в рамках специальных испытаний по расчетам специалистов Российского федерального ядерного центра – Всероссийского научно-исследовательского института экспериментальной физики, в полной мере применимы и для «Тайфуненка». Предусмотренные дополнительные специальные навесные конструкции, предохраняющие экипаж от кумулятивных струй, в виде решетчатых экранов и полимерных матов, равномерно установленных по периметру корпуса, позволяют обеспечить защиту экипажа от обстрела из РПГ. Противопульная защита на сегодня признается экспертами как лучшая. Лобовое бронированное стекло разработки НИИ Стали и компании «Магистраль ЛТД» выдерживает несколько попаданий крупнокалиберного пулемета. Стрельбу можно вести из люков на крыше, из специальных бойниц капсулы. Также по желанию заказчика предусмотрена установка дистанционно управляемого вооружения на крыше бронированного модуля-капсулы. В модуле, как и в самой кабине, установлены специально разработанные бортовые информационно-управляемые системы, которые выводят на экран всю необходимую информацию: от температуры окружающего воздуха внутри и снаружи корпуса до расчета необходимой подкачки воздуха в колесах для лучшего преодоления препятствий. Кстати, специальные колеса с противоминными вставками дают возможность проехать дополнительные 50 километров, что позволяет при необходимости выйти, например, из-под обстрела.

    Плюсы

    Сегодня «Тайфуненок» вобрал в себя самые передовые конструктивные новшества последних лет. Перечислим их малую часть:

    • усиленное бронирование, включая противоминную защиту нижней части шасси от воздействия пехотных, противотанковых мин и самодельных взрывных устройств;
    • повышенные тягово-скоростные характеристики, мощность, надежность и экономичность дизельного двигателя;
    • повышенный уровень безопасности и удобства экипажа и боевого состава;
    • возможность установки двухплоскостной стабилизированной дистанционно управляемой платформы комплекса вооружения;
    • бортовая информационно-управляющая система;
    • наличие централизованной автоматической системы регулирования давления воздуха в шинах;
    • наличие системы кругового видеообзора;
    • комплекс средств снижения заметности;
    • оснащение автономным дизельным энергоагрегатом;
    • оснащение автоматической установкой пожаротушения.

     

    Покажет время

    Сегодня руководство Вооруженных Сил страны ставит задачу значительно повысить защищенность личного состава в ходе передвижения войск от атак из укрытий и засад. Как показали последние испытания на подрыв MRAP «Тайфун-К», это семейство автомобилей решает подобную задачу с максимальной эффективностью. При подрыве тротилового заряда мощностью восемь килограммов под колесом «Тайфуна-К» силовые нагрузки на размещенные внутри автомобиля манекены, что, кстати, стало новшеством для подобного рода испытаний, составили от 30 до 50 процентов от предельно допустимых.

    Задача перевооружения на принципиально новые образцы ВВТ не дает права на длительные сроки разработки – время не ждет. В этих условиях формирование требований к вновь разрабатываемым образцам автомобильной техники, составу семейств, их использованию для создания образцов вооружений и военной техники, потребное количество для комплектования частей и соединений и сроки поставки становятся главенствующими. В ходе опытно-конструкторских работ необходимо максимально учитывать качественные и количественные потребности с учетом реализации критерия «эффективность-стоимость» и оперативно проводить уточнения и соответствующие корректировки, в том числе выделяемых ассигнований и сроков разработки.

    Эффективно решить такую задачу возможно только при планировании и проведении комплекса научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по созданию комплексов вооружения и военной техники с учетом их размещения на вновь создаваемых автомобильных базовых шасси. Только ясно понимая конкретное предназначение образцов, общую потребность в объемах и сроках поставки по годам как базовых шасси для монтажа комплексов ВВСТ, так и автомобилей общевойскового назначения, можно обоснованно принимать решение о его конструктивном исполнении с учетом обеспечения монтажных возможностей, условий эксплуатации, массовости производства и других вопросов.

    Сегодняшние разработки проекта «Тайфун-К» полностью соответствуют требованиям Минобороны России.

    Олег Федоров,
    спецкор Завода специальных автомобилей (город Набережные Челны)

    0 0

    Советские ракеты начинались с трофейных ФАУ-2

    Семьдесят лет назад в распоряжении наших специалистов оказались первые сведения о немецкой программе Вернера фон Брауна V-1 и V-2. Послевоенное десятилетие стало для ракетной отрасли определяющим. Именно тогда закладывались основополагающие принципы, создавалась школа. Ныне здравствующих участников тех событий можно пересчитать по пальцам, потому столь ценны воспоминания одного из представителей когорты первых советских ракетчиков Николая Жукова. Накануне его 94-летия с ним встретился корреспондент «ВПК».

    Семьдесят лет назад в распоряжении наших специалистов оказались первые сведения о немецкой программе Вернера фон Брауна V-1 и V-2. Послевоенное десятилетие стало для ракетной отрасли определяющим. Именно тогда закладывались основополагающие принципы, создавалась школа. Ныне здравствующих участников тех событий можно пересчитать по пальцам, потому столь ценны воспоминания одного из представителей когорты первых советских ракетчиков Николая Жукова. Накануне его 94-летия с ним встретился корреспондент «ВПК».

    – Николай Николаевич, ракетостроение стало принципиально новым направлением. Понятно, что нет готовых профи, но как найти тех, из кого их сделать?

    – Каждый находил свой путь в специальность. На первых порах нужда была просто в грамотных и жадных до новых знаний инженерах. Благо, инженерная подготовка в те годы была сильной и разносторонней да и учились все на совесть. Не скажу, что мой путь к специальности, в которой я проработал всю жизнь, был типичным, но и уникальным не был. В 41-м я уже окончил четыре курса «Бауманки», специальность – боеприпасы. В первые дни войны отправился с сокурсниками в военкомат – вот мы, добровольцы, отправляйте на фронт! Но нас завернули – вы-де почти инженеры, в тылу от вас больше пользы будет. И через некоторое время нас, нескольких из группы, отправили в Молотов, ныне Пермь, на завод № 8, который делал взрыватели. Три года проработал конструктором по прямой институтской специальности. Но потом все-таки оказался на фронте.

    В 1946 году, демобилизовавшись, восстановился в институте, пришло время брать тему для диплома, и тут мой товарищ Жора Ветров, с которым до войны учились, он на год раньше окончил «Бауманку», предложил: иди писать диплом к нам в КБ. А работал он у Королева. Пошел. Защитился. И остался работать в секторе у Ветрова. На первых порах занимался расчетами остойчивости.

    – Отечественное ракетостроение начиналось с трофейных Фау-2...

    – Это все происходило до моего прихода. Наши смогли вывезти из Тюрингии кое-какую документацию и готовые узлы Фау-2. А основные трофеи с подземного завода Вернера фон Брауна взяли американцы, заполучили они порядка сотни готовых ракет. Нашим же из остатков удалось собрать десятка полтора V-2 (Фау-2), какую-то разрозненную документацию. Все это привезли к нам, а КБ размещалось в цехах завода № 88, ранее это было опытное производство артиллерийских систем конструктора Грабина. С этого по сути и началась история фирмы Сергея Павловича Королева.

    Королев и Янгель – точка кипения

    На первых пусках осенью 1947-го меня не было – только-только пришел. Как раз в это время собранные из немецких узлов ракеты повезли на специально созданный полигон Капустин Яр. Были и наши спецы, и немцы, вывезенные из Германии. Шесть ракет отработали нормально, а пять пусков были аварийными. Уже тогда стала ясной необходимость иметь всю возможную информацию о том, что происходит с ракетой в полете, насколько точно отрабатывается программа. У немцев была простенькая система дистанционных измерений «Мессина», четырехканальная. Но насколько мне известно, даже тот минимум, что она выдавала, обрабатывать было некому. А через год уже была готова к испытаниям первая партия ракет Р-1, полностью сделанных у нас. Надо сказать, Королев имел привычку вывозить на запуски сотрудников, вроде как непосредственно к испытаниям отношения не имеющих, чтобы видели и понимали, чем занимается КБ. И в этом качестве в 1948 году я впервые оказался в КапЯре, нас прикрепили к баллистикам.

    Первый пуск – ракета не выходит на траекторию, а идет выше. Кончилось горючее – упала. Королев собрал команду главных конструкторов для разбора ситуации, а меня послали на это совещание вести протокол. Почему ракета не вышла на программу? Прозвучала мысль: не сработал контакт подъема, который после отрыва ракеты от стола включает управляющий механизм. Проверили – нормально. А может, стартовый стол сдвинулся под действием реактивной струи? Он же не закреплен, вот и сместился по гладкому бетону площадки... Так и оказалось. Когда стол закрепили, подобный сбой уже не повторялся. Я слушал, записывал, потом дома аккуратно свел все в один документ и понес Королеву. Он прочитал принесенное, внимательно посмотрел на меня... Но ничего, кроме спасибо, тогда не сказал. Только перед следующим совещанием моему начальству передали: «Прислать Жукова!». Не знаю, что ему понравилось в моем документе, видимо, дотошность. И когда встал вопрос, кто будет заниматься обработкой телеметрии, ткнули пальцем в нас четверых, работавших в одном секторе, – в меня, в Аркадия Осташева, в Вадима Чернова и в Лелю Невскую.

    – Мало за что-то отвечать, надо же иметь и соответствующий инструментарий. Вы сказали, что немецкая «Мессина» проблему измерений не решала.

    – Работы по ракете Р-1 начались одновременно со сборкой немецких Фау-2. Первая партия «единичек», с которой наша группа и начала работать, комплектовалась телеметрической системой «Бразилионит», фактически это сдвоенная четырехканальная «Мессина». Фиксация велась на фотопленку, которую приходилось потом проявлять. Мы получали значительно больше параметров, и все-таки это была кустарщина. Но к моменту, когда наша группа пришла к выводу, что с «Бразилионитом» каши не сваришь, подоспела система телеметрического контроля «Дон». Ее разработали в НИИ-885 – мощная, 16 каналов, очень удобное отображение. Ребром встал вопрос о датчиках, которые должны были фиксировать нужные параметры, и мы ездили по разным организациям, которые делали приборы для самолетов. Иногда находили что нужно, а то и самим приходилось изобретать. На всех последующих пусках Р-1 мы использовали «Дон», эта же система устанавливалась и на опытные ракеты из промышленных партий – те, которые отстреливали для военной приемки. В дальнейшем все шло синхронно: к более сложным ракетам поспевала и более «умная» телеметрия.

    – Каким был Королев?

    – Жесткий человек. Он знал, что если не возьмет ответственность на себя, вопрос будет решаться бесконечно. При этом дотошно исследовал все предлагаемые варианты, шли обсуждения, но окончательное решение было за ним. И одержимый, конечно. С ним было трудно и рядовым сотрудникам, а уж тем, кто руководил разработками, подавно. В 1950 году в КБ пришел Михаил Кузьмич Янгель...

    – Личность известная, но далеко не в такой степени, как Сергей Павлович.

    – Согласен. И в этом есть определенная несправедливость. Янгель оканчивал Академию авиапрома, и его прислали в Подлипки. Попал он в распоряжение Василия Будника, заместителя Королева, стал начальником отдела управления, в который вошел и наш сектор телеметрии. Потом Янгеля назначили замом Королева. Дверь кабинета Сергея Павловича выходила в конструкторский зал, и порой мы слышали их общение на высоких тонах. Я не знаю всех деталей. Но в какой-то момент Константина Руднева, бывшего тогда директором нашего НИИ-88, назначили заместителем министра и его пост занял Янгель, став фактически начальником Королева.

    Напряженность в их отношениях во многом, по моему мнению, шла из-за разных технических подходов. Михаил Кузьмич настаивал на разработке ракет на высококипящих окислителях, Сергей Павлович был сторонником жидкого кислорода.

    – Можно для несведущих объяснить: в чем разница?

    – В Р-1 горючим был этанол, то есть спирт, а окислителем – жидкий кислород. Ракеты с такими топливными компонентами заправляют перед самым стартом, их невозможно хранить. Но зато они проще в расчетах и в принципе поставленным правительством перед королевским КБ задачам соответствовали. Янгель же считал это направление неприемлемым для ракет военного назначения, которые можно длительное время держать на позиции, но при этом время подготовки к запуску должно быть минимальным. Соответственно для них нужны топливные компоненты, которые способны долго храниться при обычной температуре, их и называют высококипящими. В конце концов правы оказались оба, но лишь когда каждый возглавил свое направление.

    Королева прославил космос, но ракетный щит страны – это заслуга в первую очередь Янгеля. С огромным уважением относился к подчиненным, чего не скажешь о Королеве – тот мог, вспылив, уволить любого. Потому, когда Янгель, собирая команду для нового дела, пригласил меня переехать в Днепропетровск, я не задумывался. Королев тогда в отъезде был, я у него даже не отпрашивался, просто уволился. Но Королев за мой «побег» вроде зла не затаил, наверное, понимая причины. Первый свой орден – «Веселые ребята» (так у нас называли в шутку «Знак Почета») я получил за работу в Подлипках, но к моменту подачи документов уже уехал на Украину. Однако орден Королев не завернул, в списках оставил.

    – «Кнутом» в вашей работе была ответственность. А «пряником» – ордена?

    – На ордена за нашу работу не скупились. За Р-12 я получил орден Трудового Красного Знамени, за Р-14 – орден Ленина. За Р-16... Простили нам катастрофу Р-16, да... Но потом мы ее отладили, она полетела. Готовилось серийное производство, а тогда по сложившейся системе мне полагалась уже звезда героя. И вдруг контрольная ракета из серийной уже партии грохнулась. И на орденах поставили крест, разумеется.

    Беседовал Алексей Песков

    0 0

    Израильская «Колесница» осталась далеко позади

    Сравнение танков разных производителей в условиях боевого применения и повседневной эксплуатации не оставляет выбора ни потенциальным покупателям, ни независимым экспертам.

    Сравнение танков разных производителей в условиях боевого применения и повседневной эксплуатации не оставляет выбора ни потенциальным покупателям, ни независимым экспертам.

    В последнее десятилетие прошлого века и особенно сейчас в моду вошли всевозможные рейтинги, цель которых – выявить лучший товар для его успешного продвижения потенциальному покупателю. Не стал исключением и мировой рынок оружия. Сравнительные характеристики самолетов, кораблей, пушек, стрелкового оружия и т. д., и т. п. заполонили страницы специальных военных изданий. Сопоставляемые показатели исчисляются сотнями и даже тысячами.

    Но как говорят военные, принимавшие участие в вооруженных конфликтах последних лет, есть сравнительная статистика, на бумаге демонстрирующая превосходство того или иного образца над своим аналогом, и есть поле боя – настоящее, где техника проявляет себя по-разному. Именно здесь, а не в виртуальном пространстве компьютерных учений определяются победа или поражение, очевидное преимущество одной боевой машины над другой.

    Рейтинговый междусобойчик

    На исходе первого пятилетия нынешнего века аналитики Forecast International подготовили очередной танковый рейтинг. По их мнению, лучшим в мире в тот период был американский M1A2 SEP Abrams (производитель – корпорация General Dynamics). Он зарекомендовал себя во время войны в Ираке. На втором месте стоял израильский танк Merkava Mark IV (производитель – Israel Ordnance Corps). В боевых действиях будто бы демонстрировал неплохие возможности. Третью позицию занял японский «Тип 90» (Mitsubishi Heavy Industries). Танк создан на базе германского Leopard 2 и позиционировался как самый высокотехнологичный. Однако эта машина не прошла обкатку боем, поэтому и оценивать ее можно лишь теоретически. Не испытал огня сражений и германский Leopard 2A6 (Krauss-Maffei Wegmann), а потому оказался на четвертом месте. Пятая строчка досталась британскому Challenger 2 (Vickers Defense Systems Division), который тоже глотнул огня и пыли в Ираке, но не соответствовал некоторым стандартам НАТО.

    Т-90С против «Меркавы»
    Коллаж Андрея Седых

    Через пять лет журнал «Милитари Орднанс» (США) растиражировал свой взгляд на лучшие танки мира, взяв за основу главные боевые свойства – мобильность, огневую мощь, броневую защиту. В этом рейтинге места в первой пятерке распределились следующим образом: «Леопард-2А5» (Германия), М1А2 (США), «Тип 90» (Япония), «Леклерк» (Франция), «Челленджер-2» (Великобритания). Российский Т-90С занял седьмую позицию, а замкнула десятку лидеров израильская «Меркава Мk3», пропустившая вперед легендарную машину еще советских времен – танк Т-72.

    Через несколько лет тот же американский журнал обнародовал новый рейтинг. Как и прежде, первую позицию оккупировал немецкий «Леопард-2А6». Со второго на третье место слетел американский М1А2 SEP, пропустив вперед японца, поменялись позициями «Леклерк» и «Челленджер-2». Российский основной боевой танк (ОБТ) Т-90С не смог пробиться в пятерку лидеров. Но именно он стал в эти годы наиболее востребованной машиной на международном оружейном рынке. И это не рейтинг, а конкретный факт, подтвержденный реальными контрактами. Следом за российским танком разместились «Леопард-22», «Леклерк» и М1А2.

    Воюют не рейтингом

    Возьмем для сравнения не только тактико-технические характеристики, но и такие параметры, как новизна танковой техники, концептуальные особенности боевых машин, «цена-качество», а главное – участие в реальных боевых действиях. По этим критериям придется сравнивать всего две машины – российский Т-90С и израильскую «Колесницу» (именно так переводится «Меркава»), точнее – «Меркаву Mk4». Некоторые эксперты считают этот танк лучшим в мире.

    Остальные либо не участвовали в сражениях (германский Leopard 2A6, японский «Тип 90», китайский «Тип 99», южно-корейские К1А1 и К2), либо концептуально были созданы еще в 70–80-е годы прошлого века. К тому же ценовые характеристики танков М1А2, «Леклерк» и «Леопард» просто зашкаливают и не по карману абсолютному большинству покупателей военной техники.

    Подробнее о «Меркаве Mk4». Танк принимал участие во второй ливанской войне в 2006 году. Тогда было задействовано порядка 400 танков. В основном они использовались для поддержки пехоты и эвакуации раненых с поля боя. В этом и состоит концептуальное отличие «Меркавы» от ОБТ Т-90С, созданного, как и все советские/российские танки, для наступательного боя и уничтожения танков, артиллерии и укреплений противника. Несокрушимый броневой кулак, все сметающий на своем пути мощным огнем, – вот что такое русский Т-90С.

    Точных сведений о потерях израильских танков в 2006 году нет. Но даже по тем явно заниженным данным, которые были опубликованы в израильской газете Globes, можно судить о серьезном ущербе. Из 400 участвовавших в операции танков трех модификаций (Мk2, Мk3, Мk4) были подбиты 52. Полсотни машин поражены ракетами ПТРК, две подорвались на фугасах. Но по оценкам ливанских военных, Армия обороны Израиля потеряла танков в два с лишним раза больше.

    «Черный шабат» для бронетехники пришелся на субботний день 12 августа 2006 года. Во время наступления лучшей в ЦАХАЛ 401-й бригады «Иквот ха-Барзель», оснащенной новейшими «Меркавами Mk4», 11 машин из 24, принимавших участие в боевых действиях, были поражены противотанковыми ракетами. Тяжелого вооружения у противника не было, к тому же Израиль обеспечил свое полное господство в воздухе. При таких условиях даже официально опубликованные израильскими СМИ потери можно считать очень большими.

    Из 50 пораженных ракетами «Колесниц» у 22 (44%) была пробита броня, в результате чего из 208 членов экипажей 30 погибли, 25 получили ранения. Для сравнения: в первой ливанской кампании 1982 года 47 процентов израильских танков были пробиты насквозь, в войне Судного дня такие повреждения получили 60 процентов машин. Таким образом, конфликт 2006 года показал, что вовсе не обязательно пробивать броню «Меркавы», чтобы обезвредить машину. Для поражения танка в него достаточно просто попасть. Статистика погибших по типам танков: в трех «Меркавах Мk2» погибли 10 человек, в четырех Мk3 – 9, в шести Мk4 – 11. Отсюда крайне неутешительный вывод: большинство членов экипажей погибло в самых современных израильских танках «Меркава Мk4».

    Пытаясь восстановить подмоченную репутацию своих новейших машин, израильтяне заявляли, что танки «Меркава Mk4» уничтожались исключительно огнем ПТРК «Корнет-Э». Хотя известны многочисленные случаи поражения израильских танков и более ранними российскими ПТРК. Из этого можно сделать только один вывод: широко разрекламированная защита танка «Меркава Mk4» пробивается даже устаревшими кумулятивными боеприпасами, не говоря уже о современных средствах, таких как ПТРК «Конкурс» и «Корнет-Э». Эффективность применения российских ПТРК высоко оценил командующий северной группировкой войск Израиля генерал-майор Уди Адам. Он определил российские противотанковые средства как наиболее серьезную проблему для израильских танков. Не лучше обстоят дела и с противоминной стойкостью «Меркавы Mk4». Известны случаи получения серьезных повреждений и даже гибели членов экипажей при подрывах этих танков на минах в ходе военных действий.

    Экспортные перспективы

    Тем не менее в последние годы израильское руководство стало напористо продвигать свою «Колесницу» на мировой рынок, в том числе и в динамично развивающиеся страны Юго-Восточной Азии (ЮВА). Однако высшее военное руководство этих государств, имеющее опыт ведения боевых действий, весьма осторожно относится к таким предложениям. Они прекрасно понимают, что «Меркава Mk4» создавалась исключительно для использования в ЦАХАЛ и может эффективно применяться в условиях Ближневосточного театра военных действий (ТВД). Здесь жаркий и сухой климат, песчаные и каменистые почвы, ограниченные территории, нет труднопроходимых лесных массивов и водных преград, а к месту боевого применения танки доставляются на трейлерах.

    Т-90С против «Меркавы»
    Коллаж Андрея Седых

    Как поведет себя эта машина в тропических джунглях, на мягких и болотистых грунтах, при отсутствии разветвленной дорожной сети с твердым покрытием, большими расстояниями, обилием рек, болот и рисовых плантаций? Ответов на эти вопросы нет, поскольку испытания «Меркавы Mk4» в подобных климатических зонах не проводились, нет никакого опыта применения израильского танка в сложных физико-географических условиях региона ЮВА.

    Впрочем, не нужно быть крупным аналитиком, чтобы понять очевидное: тяжелый танк «Меркава Mk4», вес которого 67 тонн, увязнет по самую башню, став беспомощной мишенью. К тому же в этом регионе найдется совсем немного каменных мостов, способных выдержать вес бронированного монстра. А преодолевать водные преграды по дну «Меркава Mk4» не сможет, поскольку не имеет оборудования для подводного вождения.

    Иное дело ОБТ Т-90С. Он создан на основе опыта эксплуатации и боевого применения танка Т-72 и является его дальнейшим развитием. Т-72 – один из самых массовых в мире, состоит на вооружении многих государств. К тому же именно эта машина имеет непревзойденный опыт боевого применения во многих локальных войнах и вооруженных конфликтах в различных климатических и физико-географических условиях. ОБТ Т-90С сохранил все лучшие особенности своего предшественника, воплотил новые достижения российской военно-технической мысли и современные разработки в отечественном танкостроении. Поэтому машина получила признание на мировом рынке вооружений и военной техники. Прежде чем делать масштабные закупки, потенциальные заказчики устраивали российскому танку жесточайшие испытания на выживание в самых суровых климатических условиях и учебных ситуациях, максимально приближенных к боевым. Именно Т-90С оказался самым надежным и выносливым в условиях индийской пустыни Тар (штат Раджастан). После успешно пройденных экзаменов Джасвант Сингх, занимавший в то время пост министра обороны и иностранных дел Индии, заявил, что Т-90С – второй после ядерного оружия фактор сдерживания потенциальных военных угроз.

    Еще одна важная деталь, на которую обращают внимание потенциальные покупатели. При производстве израильского танка «Меркава Mk4» 28 процентов комплектующих импортируются из-за границы, включая такие важнейшие агрегаты, как двигатель и трансмиссия. Компоненты двигателя МТ883 производятся фирмой MTU (Германия), собираются по лицензии фирмой General Dynamics Land Systems в США и затем экспортируются в Израиль как силовая установка GD883. Трансмиссия RK325 производится фирмой Renk (Германия).

    Это ставит производство и экспорт израильских танков в жесткую зависимость сразу от нескольких иностранных поставщиков из разных стран, что создает дополнительные проблемы для покупателей. Например, ремонт двигателя или трансмиссии должен осуществляться на заводе – производителе этих комплектующих, что увеличивает сроки ремонта и его стоимость. К тому же любое изменение политического вектора может привести к запрету на поставки запчастей, оборудования, боеприпасов. В результате танк становится грудой металлолома.

    Сравни и подумай

    Непредвзятый взгляд на военную технику позволяет сделать объективные выводы. Сравним основные характеристики двух танков.

    Характерной особенностью танка «Меркава Mk4» является компоновка с расположением моторно-трансмиссионного отделения (МТО) в передней части корпуса со смещением к правому борту. Слева от него расположено отделение управления. По мнению разработчиков, такое конструктивное решение обеспечивает дополнительную защиту экипажа. Но отделение управления не прикрывается двигателем и трансмиссией с левой стороны. К тому же из-за смещения рабочего места механика-водителя к левому борту и незначительного угла наклона верхнего броневого листа МТО обзор вправо сильно ограничен. Это усложняет управление машиной, например при маневрировании между препятствиями.

    Размещение в кормовой части танка «Меркава Mk4» отсека для пехотинцев, носилок с ранеными или дополнительного комплекта боеприпасов значительно увеличило внутренний забронированный объем. Он в два раза превышает забронированный объем российского Т-90С. Такой внутренний объем очень сложно защитить от современных противотанковых средств поражения даже при весе почти 70 тонн. Попытка довести защиту «Колесницы» до уровня Т-90С приведет к еще большому увеличению веса израильской машины.

    В свою очередь Т-90С имеет классическую компоновку с задним расположением моторно-трансмиссионного отделения. Благодаря оптимальным компоновочным решениям и применению автомата заряжания танк обладает минимальным забронированным объемом, что позволило обеспечить защиту на уровне современных требований при весе машины 47,5 тонны.

    Размещение механика-водителя танка Т-90С по центру дает ему хороший обзор и возможность безошибочно управлять танком в сложных условиях движения. Экипаж российского танка состоит из трех, а не четырех человек, как в «Колеснице». Посадка-высадка всего экипажа Т-90С осуществляется за 8–12 секунд. На «Меркаве Mk4» для этого требуется гораздо больше времени, поскольку заряжающий не имеет своего люка, а командирский настолько тяжел и массивен, что для его открытия используется электропривод.

    Огневая мощь«Меркавы Mk4» обеспечивается комплексом вооружения, включающим 120-мм пушку-пусковую установку, 7,62-мм и 12,7-мм пулеметы. Последний может быть заменен на 40-мм автоматический гранатомет. Установка 40-мм гранатомета подтверждает основное назначение танка – борьба с живой силой противника.

    Танк Т-90С вооружен 125-мм пушкой-пусковой установкой повышенной точности, спаренным 7,62-мм и зенитным 12,7-мм пулеметами.

    Заряжание пушки танка «Меркава Mk4» ручное. При этом 10 снарядов размещаются в электрическом барабанном механизме, подающем снаряды заряжающему, остальные 36 выстрелов находятся в огнеупорных контейнерах в кормовой части корпуса. Отсутствие автомата заряжания снижает скорострельность, а также увеличивает внутренний заброневой объем, что опять же существенно повышает массу танка.

    Заряжание пушки танка Т-90С автоматическое. Наличие автомата заряжания повышает боевую скорострельность танка до восьми выстрелов в минуту, что превосходит возможности «Меркавы Mk4». Главное, что эта скорострельность не зависит от усталости, ранения и психологического состояния заряжающего.

    Системы управления огнем обоих танков по составу и боевым свойствам схожи и включают комбинированные (дневной/ночной) прицелы со стабилизацией линии прицеливания, двухплоскостной стабилизатор вооружения, автомат сопровождения целей, цифровой баллистический вычислитель, комплекс управляемого вооружения.

    Защищенность«Меркавы Mk4», как и Т-90С, многоуровневая. Она обеспечивается броней, автоматизированной системой постановки дымовых завес, активной защитой.

    Для машины с внутренним объемом, как на «Меркаве Mk4», невозможно обеспечить круговую защиту от современных противотанковых боеприпасов одними лишь пассивными средствами. Это подтвердил опыт боевого применения. В результате на танк установили активную систему защиты.

    Усиление защиты от поражения сверху привело к увеличению размеров «Меркавы Mk4». В результате танк стал значительно выше, что заметно снизило его маскировочные свойства, увеличило площадь фронтальной и боковой проекций.

    Меньшие размеры танка Т-90С, его высота и площадь фронтальной проекции затрудняют обнаружение машины на поле боя благодаря лучшему использованию защитных свойств местности и значительно снижают вероятность попаданий в него со стороны противоборствующего средства. Для Т-90С разработан маскировочный комплект «Накидка», который существенно снижает заметность машины в оптическом, тепловом и радиолокационном диапазонах, соответственно повышаются ее маскировочные свойства.

    Еще один плюс Т-90С – бульдозерный отвал, благодаря чему танк за 20–30 минут способен без вспомогательных средств вырыть полноразмерный окоп. На «Меркаве Mk4» такого нет.

    Анализ броневой защиты двух танков позволяет сделать вывод о превосходстве танка Т-90С над «Меркавой Mk4» по баллистической стойкости корпуса и башни благодаря разнесенной броне и качеству изготовления броневых листов, а также наличию динамической защиты. Динамическая защита, которой оснащен танк Т-90С, является на сегодня лучшей в мире. Ее особенность – высокая эффективность против как кумулятивных, так и бронебойно-подкалиберных боеприпасов.

    Защита же танка «Меркава Mk4» направлена прежде всего на снижение поражающего эффекта кумулятивных боеприпасов. Это еще раз подтверждает факт, что израильская «Колесница» разработана для использования в специфических условиях и против специфического противника – живой силы, вооруженной ПТУР и РПГ. При ведении боевых действий против танков, имеющих на вооружении мощные бронебойно-подкалиберные снаряды, защита «Меркавы Mk4» неэффективна.

    Что касается автоматизированной системы постановки дымовых завес, которая предупреждает о лазерном наведении и обеспечивает автоматический отстрел дымовой шашки в сторону источника луча, то ею оснащены обе машины.

    Габариты и большой вес «Меркавы Mk4» значительно ограничивают как оперативно-тактическую, так и стратегическую подвижность. Израильский танк оснащен мотором в 1500 лошадиных сил. У Т-90С мощность двигателя 1000 лошадиных сил. Но если разложить лошадиные силы на вес танков, то их возможности сопоставимы. Повышенная мощность ведет к увеличению потребления топлива. Запас хода по асфальту обоих танков составляет порядка 500 километров. Но «Колесница» съест 1400 литров горючего, а Т-90С – только 1200. Военные понимают, что в боевых условиях разница существенна. Кроме того, «Меркава Mk4» работает только на солярке. Двигатель танка Т-90С многотопливный, что дает очевидные преимущества в военное время.

    Далеко не всем известно, что «Меркава Mk4» оснащена пружинной подвеской. При движении по пересеченной местности она ограничивает скорость машины и точность стрельбы с ходу, так как колебания корпуса серьезно влияют на ошибку стабилизации при наведении оружия. На бронетехнике основных армий мира такой тип подвески практически не используется.

    Танк Т-90С оснащается торсионной подвеской, обеспечивающей высокую плавность хода, возможность двигаться по пересеченной местности на больших скоростях и повышенную точность стрельбы с ходу. Автомат переключения передач повышает удобство управления, уменьшает физические нагрузки и утомляемость механика-водителя, особенно на длительных маршах при движении в колонне.

    Т-90С отличается высочайшей надежностью. Это один из принципов, которым руководствуются российские инженеры при создании танков. Наши танки обладают огромным резервом для модернизации и отличаются простотой обучения экипажа и техперсонала, высокими эксплуатационными характеристиками, что существенно снижает требования к уровню подготовки эксплуатантов.

    И, наконец, по параметру «цена-качество» российский Т-90С оставил далеко позади не только «Меркаву Mk4», но и танки других ведущих производителей. Потому и стал самым продаваемым на зарубежных рынках.


    0 0

    Уникальный ракетный комплекс вобрал в себя передовые достижения мировой науки и промышленности, но в еще большей степени – энтузиазм и патриотизм изготовителей

    Омут перестройки, развал народного хозяйства, катастрофа оборонно-промышленного сектора могли поставить крест на разработке высокоточного оперативно-тактического оружия. Его создатели оказались сильнее «объективных обстоятельств». Они выстояли.

    Омут перестройки, развал народного хозяйства, катастрофа оборонно-промышленного сектора могли поставить крест на разработке высокоточного оперативно-тактического оружия. Его создатели оказались сильнее «объективных обстоятельств». Они выстояли.

    Для конструкторов и разработчиков «Искандера-М» поездки в Капустин Яр – рядовые будни. Испытания проходят и летом – под палящим солнцем, и зимой, когда астраханскую степь заметает снегами в человеческий рост, и осенью – глаза застилает льющаяся с неба вода, а стрелять надо.

    На внешнюю поверхность ракеты ОТРК «Искандер-М» нанесли особое покрытие, поглощающее радиоволны, траекторию сделали совершенно непредсказуемой. Эту ракету практически невозможно перехватить

    18 ноября все вышло иначе. Был праздник. Кооперация разработчиков и изготовителей во главе с ОАО «НПК «КБМ» (входит в АО «НПО «Высокоточные комплексы») передала Министерству обороны РФ комплект комплекса «Искандер-М» для оснащения ракетной бригады. Четвертый за два последних года.

    Техники выстроилось так много, что даже на фоне бескрайних просторов ее масса подавляла своей громадой. Более пятидесяти машин – огромных, с шасси в человеческий рост. Рев турбин – расчеты поднимали ракеты в вертикальное положение – не давал возможности разговаривать.

    Вдоль длинной шеренги машин выстроился личный состав ракетной бригады. Играл военный оркестр. Командир бригады рапортовал о завершении передачи.

    Напротив – второй шеренгой – выстроилось военное руководство: командующий Центральным военным округом генерал-полковник Владимир Зарудницкий, начальник Ракетных войск и артиллерии генерал-майор Михаил Матвеевский, директор и генеральный конструктор разработчика комплекса – ОАО «НПК «КБМ» Валерий Кашин, генеральный директор и главный конструктор ЦНИИ автоматики и гидравлики Анатолий Шаповалов, генеральный директор и генеральный конструктор ЦКБ «Титан» Виктор Шурыгин, руководители других предприятий-смежников.

    Для промышленности это кульминация десятилетий самоотверженного труда. В лавине техники воплотились бессонные ночи раздумий, корпение над чертежами, отладка в сборочных цехах, пуски на полигонах и многое другое, дающее о себе знать сединой на висках и покалыванием в сердце.

    На протяжении почти полувека КБМ остается единственным предприятием в стране, которое разрабатывает тактическое и оперативно-тактическое ракетное вооружение для Сухопутных войск.

    Задел

    К разработке своего первого тактического ракетного комплекса Конструкторское бюро машиностроения приступило в 1967 году. Им стала всемирно известная «Точка» с дальностью полета ракеты 70 километров. Высокоточная, мобильная, преодолевающая вплавь небольшие водные преграды, работающая на твердом топливе, она произвела в войсках настоящий фурор.

    Цена «Искандера»

    На смену «Точке» пришла «Точка-У» – усовершенствованная. Дальность полета ракеты составила уже 120 километров. При этом сохранилась та же точность, что и у «Точки».

    Следующие комплексы разработки КБМ действовали уже в оперативно-тактической глубине войск противника. На вооружение была сдана «Ока» с дальностью полета ракеты 400 километров. Разрабатывались ОТРК «Ока-У» (дальность – более 500 км) и «Волга» (дальность – 1000 км).

    Многотысячный авторский коллектив возглавлял начальник и генеральный конструктор КБМ Сергей Павлович Непобедимый. Сформировалась кооперация из сотни КБ, заводов, НИИ, в которой КБМ выполняло роль головной организации.

    В 1989 году «Оку» уничтожили. Не диверсанты. Не противоборствующая армия – тогдашнее руководство Советского Союза, включив комплекс в советско-американский Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Он предусматривал ликвидацию ракет, действующих на расстоянии свыше 500 километров. Дальность «Оки» составляла 400 километров. Но Горбачев, выражаясь современным языком, «сдал» комплекс, не пощадив не то что чувств его создателей, многих миллионов рублей, взятых из народного хозяйства Советского Союза, но даже безопасности граждан той страны, которую он взялся возглавлять.

    Большая заслуга Сергея Павловича, что удар не сломил этого выдающегося человека. Со свойственными ему напористостью, страстностью во всем, что касалось работы, и целеустремленностью Непобедимый добился разрешения на разработку нового ОТРК с дальностью полета ракеты 300 километров. Вышло Постановление ЦК КПСС и Совмина СССР № 1452-294 от 21 декабря 1988 года о начале опытно-конструкторских работ по созданию оперативно-тактического комплекса «Искандер».

    Об «Искандере-М» ходит масса легенд, слухов. У него появилось множество «авторов», почивающих на лаврах, которые им не принадлежат. Интернет полон недостоверной информации.

    При Сергее Павловиче КБМ успело защитить эскизный проект, предусматривавший размещение одной ракеты в кузове машины. Это было в первой половине 1989 года.

    В конце того же года С. П. Непобедимый, возмутившись дикими порядками, навязанными стране перестройкой, ушел с поста руководителя предприятия.

    Начальником и главным конструктором в КБМ выбрали (согласно провозглашенным принципам демократии руководителей предприятий в течение нескольких смутных лет выбирали трудовые коллективы) Николая Ивановича Гущина, на долю которого пришлись годы развала народного хозяйства, обернувшиеся катастрофой для оборонно-промышленного сектора страны. Главным конструктором тематического направления, где разрабатывали «Искандер», был назначен Олег Иванович Мамалыга.

    Некоторые «авторитетные источники» утверждают, что начало теме ОТРК в КБМ положил эскизный проект комплекса 9К711 «Уран», который якобы передали из Московского института теплотехники.

    «Ничего нам не передавали. У КБМ был свой задел, наработанный во время создания твердотопливной межконтинентальной баллистической ракеты «Гном», тактического ракетного комплекса «Точка», – рассказал О. И. Мамалыга. – Это уникальные работы. До КБМ никто в мире не создал твердотопливный прямоточный двигатель для межконтинентальной ракеты. А Борис Иванович Шавырин, основатель нашего предприятия, создал. У КБМ всегда были свой путь, своя техническая школа и свои технические традиции. «Точка», «Ока», «Искандер-М» – на сто процентов коломенские детища».

    Задача

    Именно Олега Ивановича можно назвать первым главой авторского коллектива комплекса. Его «местом жительства» на несколько лет стали полигон Капустин Яр и другие районы страны, где проходили стендовые, летные, климатические испытания. Этакая добровольная ссылка на благо страны. Вот те люди, незаметные труженики, которые не кричат с высоких трибун, не бьют себя в грудь, а делают великое дело.

    О. И. Мамалыге и В. А. Шурыгину, генеральному директору ЦКБ «Титан», «Искандер» обязан своей «двурогостью» – двумя ракетами в кузове.

    «Перед КБМ поставили задачу: «Искандер» должен уничтожать как неподвижные, так и подвижные цели, – вспоминает Олег Иванович. – В свое время такая же задача стояла перед «Окой-У». Опытные образцы «Оки-У» уничтожили вместе с «Окой» по тому же Договору об РСМД.

    Цена «Искандера»

    Разведывательно-ударный комплекс, в который «Искандер» должен был входить как средство огневого поражения, получил название «Равенство». Разрабатывался специальный самолет-разведчик, он же наводчик. Самолет обнаруживает, допустим, танковую колонну на марше. Передает координаты на пусковую установку ОТРК. Далее корректирует полет ракеты в зависимости от передвижения цели.

    Разведывательно-ударный комплекс должен был поражать от 20 до 40 целей в час. Требовалось много ракет. Тогда я и предложил разместить на пусковой две ракеты».

    Каждая ракета весит 3,8 тонны. Удвоение боезапаса заставило пересмотреть габариты и грузоподъемность пусковой установки. До этого шасси для коломенских комплексов «Точка» и «Ока» делал Брянский автозавод. Теперь пришлось обратиться на Минский завод колесных тягачей, который спроектировал четырехосные шасси.

    По-прежнему оставалось требование обеспечить высокую вероятность преодоления противоракетной обороны противника. Но в отличие от «Оки» у нового комплекса не должно быть ядерного заряда. Боевую задачу предстоит выполнять за счет высочайшей точности.

    Преодоление системы ПРО базировалось на нескольких решениях.

    Максимально снизили эффективную поверхность рассеяния ракеты. Для этого ее контур сделали максимально гладким, обтекаемым, без выступов и острых граней.

    Олег Мамалыга
    Олег Мамалыга – главный
    конструктор ОТРК в 1989–2005 годах

    В ходе эксплуатации нужно транспортировать, грузить, заряжать, пристыковывать аппаратуру, проверять работоспособность ракеты. То есть без разъемов, элементов крепления и других технологических приспособлений не обойтись.

    Решение нашли нестандартное. На ракету установили две обоймы со вспомогательными элементами. Каждая состояла из двух полуколец, соединенных пирозамками. Когда ракета сходила с направляющих, система управления подавала сигнал, обоймы отстреливались, выдвигались специальные автоматические крышки, которые закрывали люки и места разъемов, и ракета становилась «гладкой».

    Чтобы ракету не обнаружили локаторы, на внешнюю поверхность нанесли особое покрытие, поглощающее радиоволны.

    Но главное – ракету наделили способностью активно маневрировать и сделали траекторию совершенно непредсказуемой. Рассчитать упрежденную точку встречи в этом случае в отличие от ситуации, когда объект движется по баллистической траектории, очень трудно, следовательно, ракету практически невозможно перехватить.

    Ни одна другая в мире тактическая и оперативно-тактическая ракета не обладала и не обладает такими свойствами.

    Провели совершенно уникальную работу, которая заставила пересмотреть многие вещи, заложенные в эскизном проекте. В процессе отработки от облика наземного оборудования мало что осталось. «Искандер» стал неким промежуточным звеном в создании комплекса нового поколения.

    28 февраля 1993 года вышел Указ президента РФ по развертыванию опытно-конструкторских работ по ОТРК «Искандер-М», на который было выдано ТТЗ, основанное на новом подходе к построению комплекса и оптимизировавшее все решения.

    Этот комплекс был не переделкой старого, не модернизацией, а новым изделием, выполненным на основе других технологий, более совершенным. Он вобрал в себя передовые достижения не только отечественной, но и мировой науки и промышленности.

    Патриотический заряд

    Все это происходило на фоне развала Советского Союза и народного хозяйства страны. Оборонно-промышленный комплекс одним из первых полетел в омут перестройки.

    Работа над «Искандером-М» держалась в значительной степени на энтузиазме и патриотизме предприятий ядра кооперации: КБМ, ЦНИИАГ, ЦКБ «Титан», ГосНИИМаш – и при поддержке ГРАУ.

    В процессе создания ТРК и ОТРК в кооперации родилась традиция: сочинять гимн во славу каждого изделия. Когда становилось совсем невмоготу, охрипшими на астраханских ветрах глотками инженеры орали на мотив «Прощания славянки»:

    Не плачь, не горюй,

    Напрасно слез не лей,

    Твори и созидай

    Без государственных рублей!

    К их хору присоединялись военные, которые больно переживали происходящее в ОПК. Впрочем, в армии было не лучше.

    Отработка перешла большей частью в расчетно-теоретическую сферу. Объем испытаний предполагал 20 пусков. Но в 1993-м пустили только пять ракет «Искандер-М», в следующем году – две, а дальше, на протяжении трех лет – по одной. Зато активизировалась переписка с министерствами. Ответы, которые получало КБМ, были словно писаны под копирку: средств нет.

    Помог опыт разработки «Точки», «Точки-У», «Оки», «Оки-У», «Волги». Все расчеты многократно проверялись. Тщательнейшим образом проводилась стендовая отработка элементов.

    Как в КБМ, так и на других предприятиях «оборонки» люди по полгода не получали зарплату. Те, у кого был «спасательный круг» в виде гражданской продукции, хоть как-то держались на плаву. Ряд заводов выполнял только военные заказы. Им пришлось совсем несладко. Как, например, Заводу имени Морозова в городе Всеволожске Ленинградской области, где заливали заряды для двигателя.

    Для продолжения ОКР требовался очередной испытательный пуск. Ракету сделали в КБМ. Пусковую – на волгоградском заводе «Баррикады». Нужен был двигательный заряд. Всего один. Позарез!

    Директор всеволожского завода попросил аванс. Его рабочие уже несколько месяцев сидели без копейки. Но у КБМ денег не было.

    Тогда начальник управления ГРАУ генерал-лейтенант Величко, его помощник полковник Кукса и несколько человек из КБМ поехали на встречу с активом трудового коллектива.

    Военные надели парадную форму. На груди сверкали ордена и медали. Величко поднялся, расправил плечи, обвел присутствующих внимательным взглядом и негромко сказал: «Товарищи! Настали смутные времена. Уничтожен ракетный комплекс «Ока». Вооруженные Силы оказались без оперативно-тактического оружия. Вы – люди, которые всю жизнь отдали обороне страны. Кто, кроме нас, защитит Родину?!.»

    Морозовцы залили два заряда.

    Перезагрузка

    Первые четыре пуска подтвердили правильность технических решений.

    Пятый пуск поначалу тоже шел в штатном режиме. Испытатели скрылись в бункере. К пусковой, стоявшей на стартовой позиции, тянулись черные жилы кабелей, по которым подавались команды управления. Вместо боевой части в «голове» ракеты стояла телеметрическая аппаратура. Нужно понимать, что происходит с ракетой в полете. Датчики, установленные в отсеках, непрерывно передают показания на землю. Температуру и давление, напряжение в электрических цепях и многое другое. Сотни параметров. За полетом следят десятки людей. Бункер заставлен мониторами. На траектории размещена сеть измерительных пунктов – ИПов, где также принимают информацию.

    Прошла команда «Пуск». Задрожала земля. Многотонная махина выпустила облако пламени, оторвалась от пусковой установки и вертикально ушла в небо.

    График измерения давления в двигателе выглядел почти как горизонтальная прямая. Но вдруг… на последних секундах работы линия резко устремилась вниз. Это означало, что двигатель перестал выполнять свою задачу. Газы, которые согласно реактивному принципу должны толкать ракету вперед, уходили куда-то в сторону. Ракета стала неуправляемой и шла одной ей ведомым путем.

    Поехали искать обломки. Части ракеты, несущейся со скоростью два километра в секунду, разлетелись на приличное расстояние друг от друга. Их искали несколько дней. Хвостовой отсек с двигателем смялся. Рули оторвались. Теплозащитная оболочка раскрошилась. Определить причину разгерметизации по этим частям было невозможно.

    Проанализировали данные, полученные во время полета ракеты, – тоже не за что зацепиться.

    Во время следующего пуска ракета снова упала.

    Когда нашли двигатель, кто-то заметил, что в одном месте слегка потемнела краска. Это могло быть следствием высокой температуры. При полете в атмосфере поверхность ракеты разогревается до 150 градусов. Если краска потемнела, корпус раскалился градусов до трехсот, не меньше.

    Пока инженеры искали причину аварии, в высших военных кругах решили закрыть тему. Два неудачных пуска посчитали достаточным основанием, чтобы сбросить «Искандер-М» со счетов. И только позиция начальника вооружения ВС РФ генерал-полковника А. П. Ситнова, Главного ракетно-артиллерийского управления, его руководителей – генерал-полковника Н. А. Баранова, генерал-лейтенанта Г. П. Величко, генерал-полковника Н. И. Караулова, генерал-полковника Н. И. Свертилова – спасла тему. Эти люди отстояли «Искандер-М».

    Привлекли ЦНИИмаш и НИИ тепловых процессов. Сделали макет двигателя и отработали его на стендовой установке. Оказалось, метод управления полетом ракеты, предполагавший большие поперечные, почти как у зенитных ракет, перегрузки, приводил к образованию в камере сгорания «жгута» твердой фазы продуктов сгорания, так называемой К-фазы, которая разрушала теплозащитное покрытие и корпус двигателя. Нашли причину – устранили следствие.

    Испытания на прочность

    Комплекс получился просто уникальным. Его сделали полностью автономным, то есть обеспечили способность выполнить боевую задачу одной боевой машиной. Оснастили спутниковой системой навигации. Но и автономную систему топопривязки оставили.

    Впервые появилась возможность вводить необходимые данные для формирования полетного задания дистанционно. Пуск ракеты может осуществить командир бригады либо еще более высокие армейские чины. Если пусковая попадет в руки террористов (что теоретически не исключается), они не смогут ее использовать. Чтобы разблокировать цепи пуска, нужен электронный шифроключ.

    Начинались государственные испытания. В условиях недостаточного финансирования на их проведение потребовалось шесть лет.

    Комплекс сдали с единственным типом ракет – с кассетной боевой частью. Не было ни времени, ни денег, чтобы добиться той высокой точности, которая есть у «Искандера-М» сейчас. Кассетная БЧ решала задачу за счет того, что боевые элементы накрывали большую площадь.

    Но даже в базовой комплектации «Искандер-М» произвел впечатление на военных своей эффективностью. Его ракета умело преодолевала противоракетную оборону противника и безотказно выполняла боевую задачу.

    Постановлением правительства № 172-12 от 31.3.2006 ОТРК «Искандер-М» был принят на вооружение в базовой комплектации.

    Встал вопрос о производстве. Гироплатформу должны были делать в НПО «Электромеханика» в Миассе. Но там ответили, что требуемого количества гироплатформ сделать не смогут.

    На других серийных заводах дела обстояли не лучше. Были растеряны люди – главный ресурс для выпуска сложной, наукоемкой продукции.

    Что оставалось делать в этой ситуации? КБМ приняло очень непростое решение: в качестве головной организации взять на себя серийное производство комплекса.

    Никто из военных не верил, что КБМ сможет что-то сделать. Многие махнули рукой: дескать, не будет никакого «Искандера». Подключилась пресса. «Промышленность не в состоянии обеспечить выпуск «Искандера-М» – лейтмотив тогдашних публикаций.

    Начальник Генштаба генерал армии Н. Е. Макаров написал письмо генеральному директору ГК «Ростехнологии» С. В. Чемезову, в котором поставил вопрос под другим углом. КБМ ввязывается не в свое дело. Задача КБ – проектировать. А выпуском пусть занимается кто-то другой.

    В тогдашней ситуации это означало – никто.

    При отсутствии базы для серийного производства и мощном психологическом давлении нужно было иметь очень большую волю, силу духа и мужество, чтобы сказать: «Сделаем!». В КБМ сказали именно так.

    Тогда генеральный директор и генеральный конструктор ФГУП «КБМ» В. М. Кашин и генеральный директор ОАО «ЦНИИАГ» В. Л. Солунин выступили с предложением к Министерству обороны РФ заключить долгосрочный контракт с Конструкторским бюро машиностроения как с головным предприятием кооперации.

    Этот вопрос В. М. Кашин поднимал на всех уровнях руководства страной, оборонным комплексом, Вооруженными Силами РФ.

    Надо отдать должное руководителям ЦНИИАГа: В. Л. Солунину, затем Б. Г. Гурскому, А. В. Зимину, которые также не отступили, приняли вызов и проявили настойчивость. Впрочем, ничего другого им не оставалось.

    Серийное производство развернули. Гироплатформу заменили инерциальным измерительным блоком на базе лазерных гироскопов. Это было очень трудно. Опять-таки никто не верил, что в очень короткие сроки КБМ выполнит эту работу. Измерительный блок разработал НИИ «Полюс». ЦНИИАГу пришлось создать новую систему управления.

    Сразу после первых применений комплекса от армейцев поступили настойчивые просьбы разработать новые типы ракет. Ракета с кассетной БЧ не позволяла решить ряд боевых задач.

    Эту работу КБМ и его смежники тоже сделали. Всего за восемь лет комплекс получил пять видов ракет, в том числе крылатые.

    К слову, нет никакого ОТРК «Искандер-К», о котором нередко пишут журналисты. Есть комплекс «Искандер-М», который может применять как крылатые, так и аэробаллистические ракеты.

    Крылатые ракеты разработало ОКБ «Новатор» из Екатеринбурга. Под «крылатку» пришлось внести изменения и в пусковую установку, и в командно-штабную, и во все остальные машины ОТРК. Зато возможности комплекса, оснащенного аэробаллистическими и крылатыми ракетами, существенно расширились. Предугадать, какой тип ракет будет использован, и принять меры противодействия практически невозможно.

    Начиная с 2006 года ОТРК «Искандер-М» подвергся значительным изменениям практически по всем составляющим. В первую очередь модернизирован комплекс средств автоматизированной системы управления бригадой. Комплекс развивается, становится еще более могущественным.

    Сложности с серийным выпуском, с финансированием продолжались. Поставка ОТРК «Искандер-М» в войска продвигалась медленно. С каждым предприятием кооперации Минобороны заключало отдельный контракт. Соответственно элементы комплекса поставлялись разрозненно. Это не обеспечивало требуемых темпов перевооружения, единого подхода к ценообразованию и снижало боеспособность армии, так как в войсках не было специалистов, которые могли бы провести боевое слаживание.

    Наконец в 2011 году инициатива руководителя КБМ увенчалась успехом. Министерство обороны РФ заключило долгосрочный договор с КБМ как с единственным исполнителем по производству ОТРК «Искандер-М». Экономисты Министерства обороны сверху донизу «прошерстили» как КБМ, так и более 150 предприятий кооперации. Не дай бог заложат в контракт лишнюю копейку! Вопрос с ценой утрясали больше года.

    Решением Военно-промышленной комиссии при правительстве РФ В. М. Кашин был назначен генеральным конструктором по оперативно-тактическому ракетному вооружению.

    Уже два года КБМ и его смежники сдают Министерству обороны по два комплекта комплекса. Каждый комплект – это 51 единица автомобильной техники, средства регламента и технического обслуживания, учебно-тренировочные средства, комплект ракет.

    Такой ценой достался комплекс, которым Россия защищается и гордится.


    0 0

    Конструктивная простота танка Т-34 дала возможность быстро организовать его производство на многих заводах страны

    Эвакуация танковой промышленности на восток стала не только суровым испытанием, она еще и открыла возможность в полной мере задействовать предвоенные наработки, благо, главные площадки – Уралвагонзавода и ЧТЗ – предоставляли для того полную возможность. В течение 1941–1944 годов здесь впервые в нашей стране и даже в мире была внедрена поточно-конвейерная (известная на Западе как фордовская) технология производства сначала средних, а затем и тяжелых танков и САУ.

    Эвакуация танковой промышленности на восток стала не только суровым испытанием, она еще и открыла возможность в полной мере задействовать предвоенные наработки, благо, главные площадки – Уралвагонзавода и ЧТЗ – предоставляли для того полную возможность. В течение 1941–1944 годов здесь впервые в нашей стране и даже в мире была внедрена поточно-конвейерная (известная на Западе как фордовская) технология производства сначала средних, а затем и тяжелых танков и САУ.

    Ранее она применялась лишь в автотракторной промышленности и частично, с ограничениями – в сборке легкой бронетехники. Пришлось не только использовать новации, но и вспоминать старые, демидовских времен традиции заводского дела.

    Заводская стоимость тяжелого танка ИС сократилась с 348 тысяч рублей в начале производства до 234,4 тысячи в первом квартале 1945 года

    Прежде всего требовалось изменить и приспособить к массовому производству саму конструкцию боевых машин. После окончания войны главный конструктор Уральского танкового завода А. А. Морозов напишет следующие строки: «В отличие от сторонников всяких заумных решений мы исходили из того, что конструкция должна быть проста, не иметь ничего лишнего, случайного и надуманного. Сделать сложную машину, конечно, всегда легче, чем простую, которая далеко не каждому конструктору по плечу... Конструктивная простота танка Т-34 дала возможность в самый тяжелый для Родины момент не только иметь танки, но иметь их много, намного больше, чем имел противник. Дала возможность быстро организовать производство боевых машин на многих заводах страны, прежде не выпускавших подобной техники, и силами людей, которые о танках ранее знали только понаслышке».

    Все сказано точно и верно, но требует одного дополнения: высокая технологичность «тридцатьчетверки» – свойство не прирожденное, а благоприобретенное в ходе длительной и кропотливой работы, осуществленной уже в военное время и главным образом после эвакуации на Урал.

    Адаптация конструкции к массовому производству

    К январю 1942 года были внесены изменения в чертежи 770 наименований деталей, а еще 1265 деталей просто изъяты. К концу 1942-го количество упраздненных деталей достигло 6237, а номенклатура крепежа сократилась на 21 процент. Были упрощены такие детали и узлы, как люк водителя, картер бортовой передачи, траки, щиток контрольных приборов, погон по конфигурации и местам обработки. В течение 1943 года в конструкцию Т-34 удалось внести еще 638 изменений, имеющих целью снижение трудоемкости.

    Урок пятый: новации и традиции
    Коллаж Андрея Седых

    Конструкторы челябинского Кировского завода все первые месяцы пребывания на Урале также занимались «отехнологичиванием» танка КВ и заменой дефицитных материалов. Бронзовые втулки в деталях подвески поменяли на чугунные. Вместо кованых начали устанавливать штампованные балансиры. Широко известна история с «духовскими» подшипниками: когда осенью временно прекратились внешние поставки, Н. Л. Духов заменил их местными изделиями, причем ролики нарезались из заготовок торсионов. В итоге к 15 января 1942-го трудоемкость одного танка удалось сократить до 9007 нормочасов против 23 453 первоначальных.

    То же самое произошло с конструкцией Т-60. По данным Свердловского завода № 37, при освоении выпуска этого танка были внедрены более простые узлы и детали. В частности, вместо радиально-упорных устанавливались радиальные шарикоподшипники. В поворотном механизме исключались компенсационная шестерня и механизм выключения. Благодаря использованию электросварки на 90 процентов отменялись строжка и фрезерование броневых деталей и на 95 процентов – их клепка. На 295 стало меньше сверленых отверстий в броне. Новые радиаторы позволяли экономить до семи килограммов цветных металлов на каждой машине. Значительно снижалась точность механической обработки не слишком ответственных деталей: отменялись полировка, снятие фасок, антикоррозийное покрытие. Специальное электрооборудование двигателя заменялось более доступным автомобильным. Кроме этого, на танках военного времени не устанавливался полик боевого отделения.

    Конвейер

    Следующим, а точнее – параллельным с изменением конструкции шагом стало повсеместное внедрение конвейерной сборки боевых машин.

    В Нижнем Тагиле первый конвейер сборки танков Т-34 вступил в действие 7 января 1942 года, второй – 1 апреля. Позднее, в начале 1944-го сокращение цикла сборки машин позволило отказаться от второго конвейера и сосредоточить все силы на одном.

    Что представлял собой сборочный конвейер? Это была система с прерывистым движением по типу ранее действовавшего вагонного конвейера с двумя подготовительными участками. На первом корпус танка устанавливался на стенды, где монтировались электрооборудование, баки, подвеска, трубки и кронштейны под мотор. На втором участке корпус поднимался на козлы для удобства установки опорных катков с балансирами, направляющих колес и передних подвесок. Далее корпус на своих колесах перемещался на сам конвейер. По мере продвижения машины на нее устанавливали бортовые передачи, приводы управления, коробку перемены передач, мотор, топливную, масляную и воздушную системы, подготовленные вне линии сборки. Весь процесс включал восемь узлов работ, выполняемых до конвейера на двух подготовительных участках, и 35 сборочных позиций для работ непосредственно на конвейере. Труд рабочих облегчался применением электрогайковертов, пневмомашинок и других средств механизации. На конвейере же машины заправлялись топливом, маслом и водой. После регулировки танки переходили на стенды – для стационарного испытания. Закрытие машины и установка на гусеницы производились на отдельном сдаточном конвейере.

    Точно так же на конвейере в сентябре 1942 года началась сборка танков Т-34 на Уралмашзаводе, до конца месяца завод изготовил 15 машин. В октябре была построена 51 «тридцатьчетверка», в ноябре – 101. Позднее конвейер был перестроен для сборки самоходных орудий.

    На челябинском Кировском заводе путь к конвейерному производству оказался более сложным. Главный инженер ЧТЗ С. Н. Махонин сумел, опираясь еще на предвоенные наработки тракторостроителей и опыт своего родного Харьковского завода № 183, создать конвейер и в Челябинске. В сентябре в строй действующих был введен сборочный цех № 2, а в начале октября с конвейера сошел первый танк КВ. Однако из-за непрерывных сбоев поставок от заводов-смежников наладить должный ритм работы не удалось. Поэтому через два месяца после пуска конвейер остановили, а танки стали собирать так же, как ранее в Ленинграде, – на стендах. Первоначально данное решение принесло видимый результат: в последнем квартале 1941-го танков было собрано в 5,5 раза больше, чем в третьем. Но позднее это же обстоятельство стало одной из причин отказа от танков КВ.

    А вот выпуск двигателей В-2 изначально был организован по конвейерному принципу. Серийное их производство было развернуто через 35 дней после прибытия в Челябинск первого из 26 эшелонов Харьковского дизельного завода № 75. В декабре 1941 года двигатели собирались уже из деталей уральского изготовления. К маю 1943-го моторное отделение достигло максимального выпуска (50 дизелей в сутки или 1500 в месяц) и выдерживало этот темп вплоть до конца войны.

    Тем временем конвейер пришел и в танковые цехи ЧКЗ. 15 июля 1942 года только что назначенный наркомом танковой промышленности И. М. Зальцман прибыл в Челябинск и сообщил о решении развернуть здесь сборку танков Т-34, чтобы восполнить потери от остановки Сталинградского тракторного завода. Справедливости ради следует отметить, что возможность производства «тридцатьчетверок» уже прорабатывалась в Челябинске осенью 1941-го.

    Сборочный конвейер решили смонтировать на месте главного тракторного конвейера. Вот когда аукнулось решение о его ликвидации! Теперь почти все нужно было создавать заново, так же, как технологию на две с лишним тысячи деталей, более 500 штампов, до пяти тысяч единиц приспособлений и т. д. В итоге около 75 процентов всего оборудования пришлось задействовать на «тридцатьчетверку», сборка КВ довольствовалась остатками. Конвейер «тридцатьчетверок» был запущен 22 августа и действовал вплоть до апреля 1944 года.

    При постановке в производство нового тяжелого танка ИС ошибки прошлого были учтены. После нескольких месяцев стендовой сборки в августе 1944-го вступил в строй действующих первый в мире конвейер сборки тяжелых танков. Это привело к удивительным результатам: заводская стоимость боевой машины сократилась с 348 тысяч рублей в начале производства до 234,4 тысячи в первом квартале 1945 года, что вполне сопоставимо со средним танком Т-34-85.

    В заключение отметим: на Урале применялась финальная конвейерная сборка не только боевых машин, но и отдельных особо трудоемких узлов. Так, сугубо советским изобретением стал конвейер в бронекорпусном производстве, запущенный в 1942 году на заводе № 183. Позднее на Свердловском заводе № 50 (он же в 1941–1942 годах – завод № 37) на конвейер была поставлена сборка новейших пятискоростных коробок перемены передач, устанавливавшихся на танки Т-34 и САУ на их базе.

    Поток

    При всех достоинствах конвейерной сборки ее эффективность жестко завязана на своевременность поставки огромного количества узлов и деталей. Между тем механосборочное производство довоенных танковых заводов было организовано по принципу законченного цикла работ. Эта система позволяла обходиться главным образом универсальным станочным парком, но соответствовала лишь мелкосерийному выпуску и требовала большого числа высококвалифицированных рабочих.

    Урок пятый: новации и традиции

    Конвейер потребовал иной – поточной организации механообработки и сборки агрегатов боевых машин. Первым в отрасли еще в конце 1941 года к организации поточных линий выпуска ряда сложных деталей и узлов (торсионных валов, катков, ленивцев, кожухов бортовых передач, картеров и т. д.) приступил Свердловский танковый завод № 37. За короткое время были изменены технологические процессы на 664 детали из 880 вырабатываемых.

    Однако организация потоков на старых предприятиях универсального типа была делом трудным, а во многих случаях и невозможным. Поэтому завод № 37/50 так же, как Омский завод № 174 или Горьковский № 112, не смог угнаться за недавно возведенными гигантами, изначально рассчитанными на поток и конвейер, такими как Уральский танковый завод № 183 и ЧКЗ. Да и Уралмашзавод, хоть и появился в советское время, был спроектирован под выпуск единичных уникальных или мелкосерийных изделий и потому не слишком подходил под фордовскую систему.

    В итоге в лидеры выбился завод № 183. В течение 1942 года в Нижнем Тагиле по всем основным цехам прошла кропотливая работа по расчленению производственных операций на простейшие составляющие, доступные для почти не обученных работников. Вслед за этим началось «выстраивание» оборудования в порядке последовательности операций, то есть в виде поточных линий. Первые три появились во второй половине 1942-го. Вслед за ними в 1943 году было создано еще 64, в 1944-м – 67, в 1945-м – 17. Всего на 1 января 1946 года на УТЗ действовала 151 поточная линия. Об эффективности их применения говорит такой факт: для изготовления шестерни бортовой передачи до введения поточной линии требовалось 39 станков и 70 рабочих, а в 1945-м на отлаженном потоке – 19 станков и 27 рабочих. Для некоторых особо сложных узлов разрабатывались автоматические поточные линии. Так, для обработки заднего моста после вварки его в корпус в 1943 году была разработана и задействована автоматическая линия из 14 агрегатов.

    При внешней простоте эта работа потребовала от технологов огромных усилий и невероятной точности расчетов. В отчете завода № 183 за 1943 год сообщается: «Переход на поточную организацию производственного процесса требовал следующей максимальной подготовки производства:

    а) Пересмотр заготовок, возможная рационализация и упрощение ее, уменьшение припусков.

    б) Пересмотр технологии обработки, возможная дифференциация операций применительно к требуемому ритму и упрощение их, рассчитанные на использование неквалифицированных рабочих.

    в) Нормирование техпроцессов и подбор потребного оборудования, специализированного по операциям, и оснащение его по возможности простой оснасткой.

    г) Распланировка оборудования по потоку, обеспечивающая обработку детали без «петель» (то есть встречных ее движений).

    д) Решение вопросов технического контроля изделия и места его нахождения.

    е) Обеспечение поточной линии минимально необходимыми транспортными средствами, выбор этих средств, организация рабочих мест, обеспечение их инвентарем и мелкой механизацией (инструментальные ящики, тележки и проч.)...

    Следующим этапом был отказ от группового расположения станков. При групповом расположении оборудования терялось «лицо детали», не видно было начала и конца обработки, крайне затруднялись планирование выпуска деталей и контроль выполнения графика. При этом детали делали большие «петли», грузопоток в целом был запутан, требовалось большое число транспортных рабочих и средств. Недостаточно было расположить станки по порядку операций. Во всех случаях успех поточного способа производства был неразрывно связан с подъемом на новый, более высокий уровень технологии обработки деталей и организации производственного участка».

    Челябинский Кировский завод к концу 1945 года располагал таким же количеством поточных линий, что и завод № 183, – 150 единиц. На них изготовлялось до 80 процентов всех потребных деталей и узлов тяжелых танков и САУ, а также дизельных двигателей.

    Уралмашзавод по числу поточных линий не мог соревноваться с лидерами, однако и здесь на отдельных потоках собирались броневые корпуса тяжелых и средних танков, а также САУ. К этому следует добавить 38 поточных линий по обработке узлов и деталей танков Т-34 и САУ, действовавших к 1945 году на заводе № 50. Вся эта продукция предназначалась для боевых машин, собиравшихся на УЗТМ.

    В заключение отметим, что конвейерная сборка танков в годы Второй мировой войны применялась и в Германии. Но вот с потоком дело обстояло хуже. Практически все немецкие заводы, выпускавшие бронетехнику, имели главным образом сборочные цехи. Готовые детали и узлы для них изготовлялись большой кооперацией поставщиков, действовавших как внутри головной фирмы, так и вне ее. Последние представляли собой заводы, специализировавшиеся на выпуске широкой номенклатуры однотипной продукции для разных потребителей (например фасонных отливок, поковок, коробок перемены передач, элементов трансмиссии и пр.). Подобная система очень эффективна с точки зрения освоения изделий высочайшего технологического уровня с минимальными капиталовложениями. Она легко перестраивается под выпуск новой продукции и в наибольшей степени соответствует основному принципу капиталистической экономики – максимализации прибыли. Но вот резкого увеличения объемов от таких заводов ждать не приходилось.

    Традиция «иметь все свое»

    А теперь зададимся вопросом: откуда взялись эти десятки конвейеров и сотни поточных линий? Ведь каждая из них требовала бесчисленного множества нестандартных устройств, механизмов, приспособлений, инструментов и т. д.

    На Западе решение подобных задач традиционно начинается с налаживания логистики. Своевременность и порядок поставок немецких или американских станкостроительных, инструментальных и тому подобных заводов – вещь святая и вызывающая большое уважение. Однако откуда всему этому было взяться в стране, чью военную промышленность создавали заново за сотни и тысячи километров от прежних площадок и чьи наиболее развитые индустриальные районы оказались в оккупации или блокаде?

    Мы уже говорили в статье «Урок первый: заимствование как творчество», что в СССР еще в 30-х годах «пришлось возводить гигантские комбинаты, включающие в себя не только механообрабатывающие цехи и сборочные конвейеры, но также полный комплект металлургических и заготовительных производств плюс энергетические подразделения для самообеспечения электроэнергией, паром, сжатым воздухом, кислородом и т. п. Замыкали систему мощные инструментальные и ремонтные производства. Таковыми комбинатами являлись и Уралвагонзавод, и ГАЗ, и ЧТЗ, и СТЗ».

    В военное время данный опыт пришлось по мере возможности осваивать старым заводам, «мобилизованным» в Наркомтанкопром, таким как горьковский «Красное Сормово» (№ 112) или Омский завод № 174. Повсюду резко по сравнению с довоенным периодом вырос удельный вес деталей и узлов собственного изготовления. Часто это делалось путем эвакуации предприятий-поставщиков на площадку танковых заводов с последующим включением в состав последних.

    На Уралвагонзаводе принцип самообеспечения был доведен до совершенства – и не в первый раз за историю Нижнего Тагила. В самом конце XIX века один из ближайших сотрудников Д. И. Менделеева по экспедиции на горнозаводской Урал К. Н. Егоров особо отметил: «Старое правило всех крупных уральских заводов иметь «все свое – от рабочего до последнего гвоздя» применялось тагильскими заводами шире, чем где бы то ни было».

    Во время войны Уральский танковый завод, если сравнивать его с Харьковским заводом № 183 до эвакуации, самостоятельно производил броневые башни и корпуса (ранее их поставлял Мариупольский завод), отливал гусеничные траки (прежде это делал Харьковский тракторный завод), изготовлял радиаторы охлаждения вместо Кольчугинского завода – и так далее, и тому подобное.

    Уральский танковый завод в отличие от довоенного Уралвагонзавода не имел проблем с метизами, поскольку развернул сразу два собственных метизных цеха. То же самое относится к электродам и прочим столь необходимым в машиностроении «мелочам».

    Инструментальный отдел УТЗ обеспечивал основные цехи режущим инструментом, штампами, приспособлениями, газорежущими и пневматическими машинками. Отметим, что основная часть специальных сталей для всего этого выплавлялась в собственных металлургических цехах.

    Отдел главного механика не только поддерживал в рабочем состоянии станки и машины, но также проектировал и изготовлял собственными силами нестандартное оборудование (вот откуда «выросли» многочисленные конвейеры и поточные линии).

    Помимо прочего, завод имел собственные карьеры для добычи формовочных материалов, лесосеки и деревообрабатывающие цехи, изготовлявшие все подряд – от моделей для литейных цехов до тары для танковых запчастей.

    Особая тема – своеобразные патерналистские отношения, сложившиеся на УТЗ (так же, как и на других предприятиях Наркомтанкопрома). С одной стороны – более чем десятичасовой рабочий день, жесточайшая дисциплина, оформленное законом прикрепление к заводу всех подряд: от директора до последнего уборщика. А с другой стороны – некая ответственность за работников и их семьи. Здесь и обеспечение пусть самым примитивным, но жильем, и изготовление минимально необходимого ширпотреба в виде обуви, одежды, посуды, мебели – вплоть до репродукторов радиоретрансляционной сети. А главное – без заводских подсобных хозяйств рабочие просто не смогли бы выжить. Делалось все возможное, чтобы поддержать людей: из целлюлозы вырабатывались пищевые дрожжи, химики синтезировали аскорбиновую кислоту. Отдел рабочего снабжения уже в 1942 году раскинул свои закупочные конторы по всему югу СССР. Весной 1943-го завод обзавелся подсобными сельскими хозяйствами. На Волге и Каспийском море действовали рыболовецкие бригады. Благодаря заводской помощи инструментом и рассадой все пригодные земли в заводском поселке и его окрестностях превратились в индивидуальные огороды. Все это действительно очень напоминает уральский горнозаводской округ XVIII–XIX веков.

    Но имелось и одно принципиальное отличие – никогда ранее наша страна не знала столь масштабного привлечения академической, отраслевой и вузовской науки к решению заводских задач, как это имело место на предприятиях Наркомата танковой промышленности СССР в годы Великой Отечественной войны. Об этом в следующей статье цикла.

    Сергей Устьянцев,
    кандидат исторических наук, научный редактор ОАО «НПК «Уралвагонзавод»

    0 0

    «Воевода» будет держаться до последнего

    Ядерное оружие, как это определено в обновленной Военной доктрине Российской Федерации, остается фактором предотвращения конфликтов как ядерных, так и с применением обычных средств поражения. Поскольку основной вклад в российский потенциал сдерживания вносят стратегические ядерные силы, представляется интересным на основе доступных открытых отечественных и иностранных источников дать оценку их нынешнего состояния.

    Ядерное оружие, как это определено в обновленной Военной доктрине Российской Федерации, остается фактором предотвращения конфликтов как ядерных, так и с применением обычных средств поражения. Поскольку основной вклад в российский потенциал сдерживания вносят стратегические ядерные силы, представляется интересным на основе доступных открытых отечественных и иностранных источников дать оценку их нынешнего состояния.

    Стратегические ядерные силы (СЯС) России предназначены для осуществления глобального ядерного сдерживания и включают Ракетные войска стратегического назначения (РВСН), морские стратегические ядерные силы (МСЯС), авиационные стратегические ядерные силы (АСЯС) и обеспечивающие их применение системы.

    Ракетные войска стратегического назначения

    В силу своего геостратегического положения Советский Союз, а затем и Россия основной упор в формировании структуры СЯС традиционно делали и делают на их наземную составляющую. Ведущая роль РВСН в стратегической ядерной триаде определяется не только их превалированием по количеству развернутых носителей (более 60 процентов) и числу ядерных боезарядов (до двух третей от суммарного количества), но и высочайшей оперативной готовностью к выполнению боевых задач, всепогодностью их решения и устойчивостью управления в условиях возможного противодействия агрессора.

    России приходится решать сложнейшую задачу: выводя из боевого состава носители с выработанным ресурсом, вводить взамен такое количество новых, которое еще и покрыло бы образовавшуюся разницу более чем в 170 единиц

    В состав РВСН входят три ракетные армии (РА): 27-я гвардейская (штаб во Владимире), 31-я (штаб в Оренбурге) и 33-я гвардейская (штаб в Омске). На конец 2014 года в их составе имелось 12 ракетных дивизий, на вооружении которых находилось в общей сложности около 400 пусковых установок (ПУ) ракетных комплексов (РК) шахтного и мобильного базирования. Количество развернутых межконтинентальных баллистических ракет (МБР) – порядка 350 единиц с размещенными на них примерно 1200 ядерными боезарядами (ЯБЗ). До 96 процентов этой ударной группировки содержится в готовности к немедленному применению.

    Шахтный РК «Воевода» разработан в КБ «Южное» (Днепропетровск). Его развертывание производилось в 1988–1992 годах. МБР РС-20В (Р-36М2, SS-18) – двухступенчатая жидкостная ракета со стартовой массой 211,1 тонны (тяжелого класса), может нести до 10 ЯБЗ (существует также вариант моноблочной ракеты), дальность стрельбы – до 11 тысяч километров, при оснащении моноблочной головной частью – до 16 тысяч километров. Производство осуществлялось на Южном машиностроительном заводе в Днепропетровске. Первоначальный гарантийный срок эксплуатации РС-20В – 15 лет. В настоящее время осуществляется комплекс мероприятий по ее сохранению в группировке РВСН до 2022 года. С лета 2014-го КБ «Южное» и другие украинские предприятия выведены из кооперации, обеспечивающей техподдержку РК «Воевода». Ныне головным предприятием является Государственный ракетный центр имени академика Макеева (Миасс, Челябинская область).

    Шахтный РК «Стилет» разработан в Научно-производственном объединении машиностроения (Реутов, Московская область). Его развертывание производилось в 1979–1984 годах. МБР РС-18 (УР-100Н УТТХ, SS-19) – двухступенчатая жидкостная ракета со стартовой массой 105,6 тонны, может нести до шести ЯБЗ, дальность стрельбы – до 10 тысяч километров. Производство осуществлялось на Машиностроительном заводе имени Хруничева (Москва). Первоначальный гарантийный срок эксплуатации РС-18 составлял 10 лет. В настоящее время он продлен до 35 лет. Комплекс мероприятий по поддержанию РК «Стилет» в технической готовности позволит, как предполагается, сохранить этот комплекс в группировке РВСН до 2019 года.

    Носители мира — часть I

    Подвижный грунтовый РК «Тополь» разработан в Московском институте теплотехники. Его развертывание производилось в 1985–1992 годах. МБР РС-12М (SS-25) – трехступенчатая твердотопливная ракета со стартовой массой 45 тонн, несет один ЯБЗ, дальность стрельбы – до 10 500 километров. Производство осуществлялось на Воткинском машиностроительном заводе (Удмуртия). Первоначальный гарантийный срок эксплуатации РС-12М – 10 лет. В настоящее время он продлен до 25 лет. Проводятся мероприятия по его увеличению еще на два года, что позволит сохранить РК «Тополь» в группировке РВСН до 2019-го.

    Шахтный РК «Тополь-М» также разработан в Московском институте теплотехники. Его развертывание производилось в 1997–2012 годах. МБР РС-12М2 (SS-27) – трехступенчатая твердотопливная ракета со стартовой массой 47,2 тонны, несет один ЯБЗ, дальность стрельбы – до 11 500 километров. Производство ракет осуществлялось на Воткинском машиностроительном заводе. Первоначальный гарантийный срок эксплуатации РС-12М2 составляет 15 лет. В настоящее время развертывание шахтного РК «Тополь-М» прекращено, но проводится комплекс мероприятий по сохранению его в группировке РВСН до конца следующего десятилетия.

    Подвижный грунтовый РК «Тополь-М» является мобильной модификацией шахтного РК «Тополь-М». В его составе используется модифицированная МБР РС-12М1 с теми же ТТХ, что и у МБР РС-12М2. Развертывание подвижного грунтового РК «Тополь-М», начало которому было положено в 2006 году, также прекращено. Предполагается сохранить этот комплекс в группировке РВСН до начала 30-х годов нынешнего столетия.

    Носители мира — часть I

    Московский институт теплотехники разрабатывал и подвижный грунтовый РК «Ярс», развертывание которого началось в 2010 году. МБР РС-24 (SS-29) – трехступенчатая твердотопливная ракета со стартовой массой 46,5 тонны, может нести до шести ЯБЗ, дальность стрельбы – до 10 500 километров. Производство осуществляет Воткинский машиностроительный завод. Первоначальный гарантийный срок эксплуатации РС-24 – 15 лет. Считается, что подвижный грунтовый РК «Ярс» сохранится в группировке РВСН до середины 2030-х.

    Шахтный РК «Ярс» – стационарная модификация подвижного грунтового РК «Ярс». Его развертывание в Козельской ракетной дивизии началось в 2014 году. Он оснащается той же МБР, что и подвижный грунтовый РК «Ярс». Можно ожидать, что РК «Ярс» сохранится в группировке РВСН до конца 30-х годов нынешнего столетия.

    Морские стратегические ядерные силы

    МСЯС формируют бльшую часть потенциала глубокого ответного удара СЯС России, поскольку им априори присуща повышенная живучесть благодаря высокой скрытности действий при нахождении в море. Слабыми сторонами МСЯС, причем не только российских, считаются уязвимость ракетных подводных крейсеров стратегического назначения (РПКСН) при нахождении в пунктах базирования, а также низкая надежность доведения до них приказов централизованного боевого управления в подводном положении. К тому же вследствие произошедшего в 1999–2010 годах значительного ослабления потенциала сил общего назначения Военно-морского флота (ВМФ) России российским РПКСН в океанских просторах присуща существенно меньшая боевая устойчивость, чем аналогичным американским подводным лодкам с баллистическими ракетами (ПЛАРБ).

    РПКСН, оснащенные корабельным ракетным комплексом (КРК) с баллистическими ракетами подводных лодок (БРПЛ), входят в состав двух российских флотов – Северного и Тихоокеанского (штабы в Североморске Мурманской области и Владивостоке соответственно).

    Носители мира — часть I

    По состоянию на конец 2014 года в составе ВМФ России находилось 12 РПКСН четырех типов: два – проекта 667БДР («Кальмар»), шесть – проекта 667БДРМ («Дельфин»), один – проекта 941У («Акула») и три – проекта 955 («Борей»). Все подводные крейсеры проектов 667БДР и 667БДРМ и один проекта 955 («Юрий Долгорукий») имели баллистические ракеты на борту (всего 144 развернутых БРПЛ с размещенными на них более 400 ЯБЗ).

    Разработку всех РПКСН проводило центральное конструкторское бюро морской техники «Рубин» (Санкт-Петербург), а их строительство осуществляло Северное машиностроительное предприятие (Северодвинск).

    Два РПКСН проекта 667БДР входят в состав дивизии атомных подводных лодок командования подводными силами Тихоокеанского флота (ТОФ), которая базируется в Вилючинске (бухта Крашенинникова, полуостров Камчатка). Подводные крейсеры этого типа введены в состав ВМФ в 1976–1982 годах (всего построено 14 единиц). Они вооружены КРК Д-9Р с 16 ПУ БРПЛ РСМ-50 (Р-29РКУ, SS-N-18) разработки Конструкторского бюро машиностроения (Миасс, Челябинская область). В настоящее время КБ носит название Государственный ракетный центр имени академика Макеева. БРПЛ РСМ-50 – двухступенчатая жидкостная ракета со стартовой массой 35,3 тонны, может нести до трех ЯБЗ, дальность стрельбы – до 6500 километров. Производство осуществлялось на Красноярском машиностроительном заводе. Планируется, что РПКСН проекта 667БДР в ближайшие несколько лет выведут из боевого состава ТОФа.

    Шесть РПКСН проекта 667БДРМ входят в состав дивизии атомных подводных лодок командования подводными силами Северного флота (СФ). Это соединение базируется в поселке Гаджиево (бухта Ягельная, Кольский полуостров). РПКСН проекта 667БДРМ введены в состав ВМФ в 1985–1991 годах (всего построено семь единиц). Они вооружены КРК Д-9РМ с 16 ПУ БРПЛ РСМ-54 (Р-29РМУ, SS-N-23) разработки Конструкторского бюро машиностроения. БРПЛ РСМ-54 – трехступенчатая жидкостная ракета со стартовой массой 40,3 тонны, может нести до четырех ЯБЗ, дальность стрельбы – до 8300 километров. Ракеты изготовлялись на Красноярском машиностроительном заводе. В 1999-м возобновлено их производство в модернизированном варианте, известном как «Синева». В 2012 году испытана, а в начале 2014-го принята на вооружение усовершенствованная модификация БРПЛ РСМ-54, получившая название «Лайнер». Эта ракета способна нести до 10 ЯБЗ малой мощности. Информация о ее развертывании на РПКСН проекта 667 БДРМ отсутствует.

    РПКСН проекта 941 (тяжелого класса) введены в состав ВМФ в 1981–1989 годах (всего построено шесть единиц). Они вооружены КРК Д-19 с 20 ПУ БРПЛ РСМ-52 (Р-39У, SS-N-20) разработки Конструкторского бюро машиностроения. БРПЛ РСМ-52 – трехступенчатая твердотопливная ракета со стартовой массой 90 тонн, способна нести до 10 ЯБЗ на дальность до 8300 километров. Снята с вооружения по истечении срока эксплуатации в 2004 году. К настоящему времени из шести построенных РПКСН проекта 941 пять выведены из состава ВМФ. Исключение составляет головной РПКСН «Дмитрий Донской», который переоборудован для использования в качестве испытательной платформы для отработки БРПЛ РСМ-56 («Булава»). Он известен как подводный крейсер проекта 941У и приписан к Северодвинской военно-морской базе.

    Три РПКСН проекта 955, носящие названия «Юрий Долгорукий», «Александр Невский» и «Владимир Мономах», введены в состав ВМФ в 2013–2014 годах. Подводный крейсер «Юрий Долгорукий» входит в состав СФ, а подводные крейсеры «Александр Невский» и «Владимир Мономах» приписаны к ТОФу, но временно базируются в поселке Гаджиево. Их межфлотский переход к месту постоянного базирования в Вилючинске спланирован на лето-осень этого года. Крейсеры вооружены КРК с 16 ПУ БРПЛ РСМ-56 (Р-30, SS-NX-32) разработки Московского института теплотехники. БРПЛ РСМ-56 – трехступенчатая твердотопливная ракета со стартовой массой 36,8 тонны, может нести от 6 до 10 ЯБЗ, дальность стрельбы при оснащении шестью боеголовками – 9300 километров, десятью – 8000 километров. Производство осуществляется на Воткинском машиностроительном заводе.

    В настоящее время в состав сил постоянной готовности входит только подводный крейсер «Юрий Долгорукий».

    С учетом того что все РПКСН проекта 667БДРМ прошли в недавнем прошлом восстановительный капитальный ремонт с перевооружением на новые БРПЛ «Синева» и что в состав ВМФ уже введены три РПКСН проекта 955, на сегодня оснащенность МСЯС современными образцами вооружения оценивается на уровне 56 процентов.

    Авиационные стратегические ядерные силы

    АСЯС по праву считаются гибким средством как глобального, так и регионального ядерного сдерживания. Такими возможностями не обладают никакие другие компоненты стратегической ядерной триады. Слабой стороной российских АСЯС является ограниченность аэродромов базирования тяжелых бомбардировщиков (ТБ) и самолетов-заправщиков.

    По состоянию на конец 2014 года в боевом составе стратегической авиации России насчитывалось 66 ТБ: 11 бомбардировщиков Ту-160 и 55 Ту-59МС. Все они, как и полк самолетов-заправщиков Ил-78М, входят в состав командования дальней авиации Военно-воздушных сил (ВВС). Местами постоянного базирования ТБ являются авиабазы в городе Энгельсе Саратовской области и поселке Украинка Амурской области, а самолетов-заправщиков – авиабаза в Рязани.

    Носители мира — часть I

    В Энгельсе дислоцируются полк ТБ Ту-160 и ТБ Ту-95МС, а в Украинке – два полка ТБ Ту-95МС. На этих базах складировано 200–300 ядерных крылатых ракет воздушного базирования (КРВБ) большой дальности, предназначенных для установки на ТБ. Общий запас ядерных КРВБ для ТБ с учетом хранящихся на арсеналах 12-го Главного управления Минобороны России – около 800 единиц.

    Разработка всех ТБ проведена Конструкторским бюро имени Андрея Туполева.

    Серийное производство ТБ Ту-95МС осуществлялось в 1984–1991 годах на авиационном заводе в Куйбышеве (в настоящее время «Авиакор»). Этот бомбардировщик представляет собой свободнонесущий моноплан со среднерасположенным стреловидным крылом, стреловидным оперением и трехстоечным шасси с носовым колесом. Максимальная взлетная масса – 185 тонн. Силовая установка состоит из четырех турбовинтовых двигателей НК-12МП (каждый мощностью 15 000 л. с.). Максимальная скорость полета – 910 километров в час, крейсерская – 800 километров в час. Практический потолок полета – 12 000 метров. Экипаж – семь человек. Ударное вооружение бомбардировщика в варианте Ту-95МС6 состоит из шести ядерных КРВБ Х-55, которые размещаются в бомбоотсеке на многопозиционной катапультовой установке (МКУ). Вариант бомбардировщика, обозначаемый как Ту-95МС16, способен дополнительно нести до 10 КРВБ Х-55, размещаемых на пилонах под крыльями самолета. Но при этом его дальность полета значительно уменьшается – с 10 500 до 6500 километров без дозаправки в воздухе.

    Серийное производство ТБ Ту-160 осуществлялось в 1984–1992 годах на авиационном заводе в Казани (в настоящее время Казанское авиационное производственное объединение имени Горбунова). В 1999-м возобновлено штучное производство этого бомбардировщика (выпущено два самолета в 2000 и 2008 годах). ТБ Ту-160 представляет собой самолет, планер которого выполнен по нормальной аэродинамической схеме с интегральной компоновкой центроплана. Крыло изменяемой геометрии обеспечивает полет по различным профилям, в том числе на малых высотах в режиме следования рельефу местности. Шасси имеет управляемую двухколесную носовую и две шестиколесные основные стойки. Максимальная взлетная масса – 275 тонн. Силовая установка состоит из четырех двухконтурных турбореактивных двигателей НК-32 (каждый мощностью 25 000 л. с.), которые размещены в двух мотогондолах под неподвижными частями крыльев, а также имеется бортовая вспомогательная силовая установка. Максимальная скорость полета – 2200 километров в час, крейсерская – 2000 километров в час. Практический потолок полета – 15 000 километров. Дальность полета без дозаправки в воздухе с максимальной боевой нагрузкой – 10 500 километров, с нормальной боевой нагрузкой – до 14 000 километров. Экипаж – четыре человека. Ударное вооружение включает 12 ядерных КРВБ Х-55СМ, которые размещаются на двух МКУ по шесть единиц в двух внутрифюзеляжных бомбоотсеках.

    КРВБ Х-55 (РКВ-500А, AS-15А) разработана машиностроительным конструкторским бюро «Радуга» (Дубна, Московская область). Максимальная дальность полета до цели – 3500 километров. Производство ракет с 1983 года осуществлял Дубнинский машиностроительный завод. Разработан также вариант ракеты Х-55СМ (РКВ-500Б, AS-15B), обладающей повышенной дальностью полета за счет установки дополнительных топливных баков. В 1999 году проведены испытания модернизированного варианта ракеты, ставшего известным как Х-555 (представляет собой неядерную КРВБ, которой могут оснащаться ТБ Ту-160).

    По договору СНВ-3

    В настоящее время строительство и развитие СЯС России осуществляется с учетом тех ограничений, которые наложены российско-американским Договором СНВ-3 2010 года, вступившим в силу 5 февраля 2011-го. Согласно статье II этого договора каждая из сторон сокращает свои межконтинентальные баллистические ракеты и пусковые установки, баллистические ракеты подводных лодок и их пусковые установки, тяжелые бомбардировщики (ТБ), боезаряды МБР, боезаряды БРПЛ и ядерные вооружения ТБ таким образом, чтобы через семь лет после вступления в силу договора и в дальнейшем до истечения срока его действия суммарные количества не превышали 700 единиц для развернутых МБР, БРПЛ и ТБ; 1550 единиц для боезарядов на развернутых МБР, БРПЛ и ядерных боезарядов, засчитываемых за развернутыми ТБ; 800 единиц для развернутых и неразвернутых ПУ МБР, ПУ БРПЛ и ТБ.

    Согласно последнему обмену уведомлениями (на 1 сентября 2014 года) суммарно у России имелось 911 единиц развернутых и неразвернутых стратегических наступательных вооружений, у США – 912. Из них развернутых носителей: у России – 528 единиц с засчитываемыми за ними 1643 боезарядами, у США – 784 единицы с засчитываемыми за ними 1642 боезарядами.

    Такое соотношение свидетельствует о том, что в настоящее время СЯС России сохраняют баланс по боевым возможностям в отношении стратегических наступательных сил США. Вместе с тем для того, чтобы соответствовать к 5 февраля 2018 года планке в 700 единиц развернутых носителей, России приходится решать сложнейшую двуединую задачу: выводя из боевого состава СЯС носители с выработанным эксплуатационным ресурсом, вводить взамен такое количество новых, которое не только компенсировало бы эти потери, но и покрыло образовавшуюся на 1 сентября 2014 года разницу более чем в 170 единиц от установленного Договором СНВ-3 уровня для развернутых носителей. США существенно проще выполнять условия Договора СНВ-3: им предстоит сократить излишнее количество носителей и снять с оставшихся развернутых носителей избыточное число боезарядов.

    Окончание читайте в следующем номере.

    Виктор Есин,
    генерал-полковник в отставке, профессор Академии военных наук РФ

    0 0

    Государство должно не только действовать с большой прозорливостью, но и уметь терпеливо ждать

    Казалось бы, молодая советская отраслевая наука никоим образом не могла соперничать с германскими промышленными институтами, имевшими мощнейшую материальную базу, великолепных ученых и прочные традиции. Немецкие концерны издавна содержали крупные научно-исследовательские учреждения. Здесь хорошо помнили высказывание профессора П. Тиссена: «Исследование есть фундамент технического превосходства над противником. Исследование есть основа для всемирного соревнования». Однако мало обладать силой – нужно еще правильно ее использовать.

    Казалось бы, молодая советская отраслевая наука никоим образом не могла соперничать с германскими промышленными институтами, имевшими мощнейшую материальную базу, великолепных ученых и прочные традиции. Немецкие концерны издавна содержали крупные научно-исследовательские учреждения. Здесь хорошо помнили высказывание профессора П. Тиссена: «Исследование есть фундамент технического превосходства над противником. Исследование есть основа для всемирного соревнования». Однако мало обладать силой – нужно еще правильно ее использовать.

    Наркомат танковой промышленности СССР смог в полной мере задействовать свои скромные научные ресурсы. К решению насущных проблем танкостроения были подключены все исследовательские учреждения и организации, которые могли принести хоть какую-то пользу.

    Нельзя не отметить, что этому способствовала вся система советской прикладной науки, изначально созданной для обслуживания интересов не отдельных фирм и заводов, но как минимум отрасли. Кстати говоря, такая система вовсе не обязательно проистекает из социалистического строя: первая общеотраслевая научная структура появилась в Швеции в 1747 году в составе так называемой Железной конторы. Кстати, она действует и поныне под названием «Ассоциация производителей стали Скандинавских стран».

    Ведомственные институты НКТП

    В составе Наркомата танковой промышленности военных лет состояли два основных научно-исследовательских учреждения: «броневой» институт ЦНИИ-48 и проектно-технологический институт 8ГСПИ.

    НИИ-48 (директор – А. С. Завьялов) вошел в состав только что образованного НКТП осенью 1941 года и был тут же эвакуирован в Свердловск, ближе к новым танковым заводам. В соответствии с утвержденным 15 июля 1942 года положением он стал официально именоваться Государственным центральным научно-исследовательским институтом НКТП СССР (ЦНИИ-48). В перечне его задач значились:

    «а) разработка и внедрение в производство новых типов брони и броневых, конструкционных и инструментальных марок стали, цветных и различных специальных сплавов с целью уменьшения содержащихся в них дефицитных или могущих стать дефицитными легирующих элементов, повышения качества изделий, выпускаемых заводами НКТП, и увеличения производительности последних;

    б) разработка и внедрение рациональной металлургической технологии военного времени в производствах, существующих на заводах НКТП и броневых заводах других наркоматов, с целью максимального увеличения выпуска изделий, повышения их качества, повышения производительности заводов и снижения норм расхода металла, сырья и материалов;

    Урок шестой: сила науки
    Коллаж Андрея Седых

    в) технологическая помощь заводам в освоении ими новых для них технологии или оборудования, а также методов работы с целью преодоления возникающих на заводах узких мест и производственных затруднений;

    г) содействие повышению технической квалификации работников заводов НКТП путем передачи им накопленного в СССР и за границей теоретического и практического опыта броневого производства и других производств профиля заводов НКТП;

    д) организация межзаводского обмена передовым техническим опытом заводов;

    е) разработка теории и новых путей применения броневой защиты для вооружения Красной армии;

    ж) координация всей проводимой в системе НКТП научно-исследовательской работы по вопросам брони, металловедения, металлургии, горячей обработки и сварки металлов и сплавов;

    з) всесторонняя техническая помощь конструкторским бюро и другим организациям и предприятиям других наркоматов по всем вопросам броневого производства».

    Наглядное представление о масштабах деятельности НИИ-48 дают его годовые отчеты. Так, в одном только 1943-м были разработаны и частично реализованы на практике предложения о сокращении количества потребляемых профилеразмеров проката в 2,5 раза. Были также унифицированы для всех заводов техпроцессы ковки и штамповки деталей танка Т-34, пересмотрены технические условия их термообработки, проведена унификация процессов сварки бронекорпусов «тридцатьчетверок» и стального литья, создан химикотермический метод заточки резцов, внедрена на УЗТМ отливка танковых башен в кокиль, разработаны новые марки броневой стали: 68Л для литых деталей Т-34, усовершенствованный вариант 8С для катаной брони, И-3 – сталь с высокой твердостью в высокоотпущенном состоянии. На Уральском танковом заводе сотрудники НИИ-48 отработали и внедрили в производство усовершенствованную марку быстрорежущей стали И-323. К этому необходимо добавить ставшие регулярными обследования поражений отечественной и вражеской бронетехники как на ремонтных заводах, так и непосредственно на поле боя. Полученные отчеты и рекомендации немедленно доводились до сведения всех главных конструкторов боевых машин.

    Или же, к примеру, информация другого рода: в течение января – октября 1944 года на заседаниях Технического совета НКТП (куда приглашались представители всех заводов) обсуждались следующие доклады ЦНИИ-48:

    «Унифицированные технологические процессы изготовления отливок из чугуна, стали и цветных металлов».

    «Документация по технологии ковки – штамповки».

    «Влияние скорости деформации на сопротивляемость металла пробитию».

    «Современные типы противотанковой артиллерии и разработка бронирования танков».

    «Высокоотпущенная броня высокой твердости».

    «Технологические свойства малолегированной быстрорежущей стали Р823 и результаты ее внедрения в производство завода № 183».

    «Повышение прочности стали за счет интенсификаторов (боросодержащих добавок, циркония и др.)».

    «Повышение прочности стали для тяжелонагруженных шестерен».

    «Повышение усталостной прочности коленчатых валов, изготовляемых из стали марки 18ХНМА».

    «Нормали химсостава и механических свойств марок сталей, применяемых в танкостроении».

    И так – в течение всех военных лет. Нагрузка и темпы невероятные, если учесть, что в конце 1943 года в штате ЦНИИ-48 числились всего 236 работников, включая дворников и техничек. Правда, среди них были 2 академика, 1 член-корреспондент АН СССР, 4 доктора и 10 кандидатов наук.

    8-й Государственный союзный проектный институт танковой промышленности (директор – А. И. Солин) в конце 1941 года был эвакуирован в Челябинск. В первый период войны все силы 8ГСПИ были обращены на выполнение заданий наркомата по размещению и пуску в действие эвакуированных танковых и моторных заводов, а также на разработку упрощенных технологий военного времени.

    К середине 1942 года на первый план вышли другие задачи: унификация технологических процессов (в первую очередь механообработки и сборки) и оказание различной научно-технической помощи предприятиям. Так, на Уральском танковом заводе бригада ученых и конструкторов 8ГСПИ летом и осенью занималась комплексным просчетом мощности завода, теоретическими расчетами трансмиссии танка, сокращением сортамента используемых черных металлов, улучшением конструкции и технологии изготовления 26 деталей машины, унификацией режущего инструмента. Действовавшее в составе 8ГСПИ Центральное бюро стандартизации создавало и внедряло непосредственно на предприятиях стандарты в области чертежного хозяйства, деталей и узлов танков, организации контрольно-измерительного хозяйства, унификации инструмента, приспособлений, штампов, технологической документации. Благодаря помощи бюро заводам-производителям «тридцатьчетверок» удалось добиться полной взаимозаменяемости по узлам: бортовая передача, бортовой фрикцион, коробка скоростей, главный фрикцион, ведущее колесо, опорные катки с наружной и внутренней амортизацией, ленивец. Внедрение разработок бюро позволило, по оценкам 1944 года, сократить трудоемкость в отрасли на 0,5 миллиона станкочасов в год. Качество советских танков и САУ в значительной степени предопределялось нормативами технического контроля, также составленными сотрудниками 8ГСПИ.

    Отдельное и важное направление работы 8ГСПИ – создание для армейских ремонтников и ремзаводов НКТП документации на восстановление танков и моторов всех типов, включая трофейные и поставленные союзниками. В течение одного только 1942 года появились технические условия на капитальный и войсковой ремонт танков КВ, Т-34, Т-60 и Т-70 и моторов В-2-34, В-2КВ и ГАЗ-202, а также альбомы чертежей приспособлений для демонтажа и монтажа узлов Т-34 и КВ в полевых условиях.

    Привлеченные технологические НИИ и лаборатории

    Помимо основных институтов, на танковую промышленность работали ученые множества проектных и технологических учреждений, ранее действовавших в других отраслях народного хозяйства.

    Известно, что основную часть коллектива центральной лаборатории завода № 183 составили сотрудники Харьковского института металлов, эвакуированного вместе с предприятием в 1941 году. В свое время, в 1928-м это научное учреждение было создано как филиал ленинградского Всесоюзного института металлов ВСНХ СССР. Последний вел свою историю с 1914 года и назывался первоначально Центральной научно-технической лабораторией Военного ведомства. В сентябре 1930 года Харьковский институт металлов стал самостоятельным, но сохранил прежнюю тематику исследований: теплоэнергетика металлургических печей, технология литейного производства, горячая и холодная обработка и сварка, физико-механические свойства металлов.

    Государственная союзная научно-исследовательская лаборатория режущих инструментов и электросварки имени Игнатьева (ЛАРИГ) разместилась на площадке завода № 183 в соответствии с приказом по НКТП от 26 декабря 1941 года, причем сохранила статус самостоятельного учреждения. В обязанности лаборатории входило оказание технической помощи всем предприятиям отрасли в области конструирования, изготовления и ремонта режущего инструмента, а также разработки электросварочных машин.

    Первый крупный результат работы ЛАРИГ был получен в июле 1942 года: на заводе № 183 началось внедрение разработанных в лаборатории расточных многорезцовых блоков. В конце года ученые, применив новые резцы собственной конструкции и изменив режимы их работы, добились значительного увеличения производительности карусельных станков, обрабатывавших ведущие колеса танка. Тем самым было ликвидировано «узкое место», лимитировавшее танковый конвейер.

    В течение того же 1942 года ЛАРИГ завершила начатую еще до войны работу по внедрению литых державок резцов вместо общепринятых кованых. Это удешевляло инструмент и разгружало кузнечное производство. Выяснилось, что литые державки, хоть и уступали в механической прочности кованым, служили ничуть не хуже последних. К концу года лаборатория внедрила в производство укороченные метчики. Данный проект также начинался до войны, причем совместно с институтом 8ГСПИ.

    На другом предприятии НКТП – Уралмашзаводе в годы войны действовал ЭНИМС, то есть Экспериментальный научный институт металлорежущих станков. Его сотрудники разработали, а УЗТМ изготовил ряд уникальных станков и целых автоматических линий, использовавшихся по всему наркомату.

    Так, на Уральском танковом заводе № 183 бригада ЭНИМСа весной 1942 года «ставила» производство катков с внутренней амортизацией. Она создала технологический процесс и рабочие чертежи на три приспособления и 14 позиций режущего и вспомогательного инструмента. Кроме этого, были выполнены проекты многошпиндельной сверлильной головки и модернизации карусельного станка «ЖОР». Дополнительным заданием для ЭНИМСа стали разработка и изготовление восьми специальных станков для токарной обработки колес.

    То же самое имело место и при обработке балансиров. Бригада ЭНИМСа занималась как технологическим процессом в целом, так и созданием специального инструмента. Кроме этого, институт взял на себя проектирование и изготовление двух агрегатных расточных станков: одного многошпиндельного и одного многопозиционного. К концу 1942 года оба были изготовлены.

    Академическая и вузовская наука

    Самым известным академическим учреждением, работавшим на танковую промышленность, является киевский Институт электросварки АН УССР во главе с академиком Е. О. Патоном. В течение 1942–1943 годов институт совместно с работниками бронекорпусного отдела завода № 183 создал целый комплекс автоматов разного типа и назначения. В 1945-м УТЗ применял следующие автосварочные установки:

    • универсального типа для сварки прямых продольных швов;
    • универсальные самоходные тележки;
    • упрощенные специализированные тележки;
    • установки для сварки круговых швов при неподвижном изделии;
    • установки с каруселью для вращения изделия при сварке круговых швов;
    • самоходные установки с общим приводом для подачи электродной проволоки и перемещения головки для сварки швов на громоздких конструкциях.

     

    В 1945 году на автоматы приходилось 23 процента сварочных работ (по весу наплавленного металла) по корпусу и 30 процентов – по башне танка Т-34. Применение автоматов позволило уже в 1942-м только на одном заводе № 183 высвободить 60 квалифицированных сварщиков, а в 1945-м – 140. Очень важное обстоятельство: высокое качество шва при автоматической сварке устраняло негативные последствия отказа от механической обработки кромок броневых деталей. В течение всей войны в качестве инструкции по эксплуатации сварочных автоматов на предприятиях отрасли использовалось составленное сотрудниками Института электросварки АН УССР в 1942 году «Руководство по автоматической сварке бронеконструкций».

    Деятельность института не сводилась только к автоматической сварке. Его сотрудники внедрили метод ремонта трещин в танковых траках с помощью заварки аустенитовыми электродами, устройство для вырезки круглых отверстий в броневых листах. Ученые разработали также схему поточного производства качественных электродов «МД» и технологию их сушки на конвейере.

    Гораздо менее известны результаты работы на НКТП Ленинградского физико-технического института. В течение всей войны он продолжал изучение проблем взаимодействия снаряда и брони, создавал различные варианты конструктивных броневых преград и многослойной брони. Известно, что опытные образцы изготовлялись и обстреливались на Уралмаше.

    Очень интересная история связана с МВТУ имени Баумана. В начале 1942 года руководство НКТП заинтересовалось режущим инструментом с рациональными углами заточки, созданным в ходе многолетней работы ученых этого известнейшего российского вуза. Было известно, что такой инструмент уже использовался на заводах Наркомата вооружений.

    Для начала была предпринята попытка получить информацию о новшестве непосредственно в Наркомате вооружений, но, видимо, без особого успеха. В итоге инструкторами по внедрению рациональной геометрии режущего инструмента на предприятиях НКТП стали ученые кафедры «Теория механической обработки и инструмент» МВТУ во главе с профессором И. М. Беспрозванным. Летом и осенью 1943 года прошли вполне успешные опыты, и 12 ноября последовал приказ по НКТП о широком внедрении такого инструмента и направлении сотрудников МВТУ на заводы № 183 и № 76. Тем же приказом наркомат обязал институт 8ГСПИ принять участие в проекте и незамедлительно подготовить нормали на инструмент с рациональной геометрией.

    Проект оказался более чем успешным: резцы, сверла и фрезы имели в 1,6–5 раз большую стойкость и позволяли увеличить производительность станков на 25–30 процентов. Одновременно с рациональной геометрией ученые МВТУ предложили систему стружколомателей для резцов. С их помощью завод № 183 хотя бы частично решил проблемы с уборкой и дальнейшей утилизацией стружки.

    К концу войны ученые кафедры резания МВТУ им. Баумана составили специальное пособие под названием «Руководящие материалы по геометрии режущего инструмента». Приказом по наркомату они были утверждены «...как обязательные при проектировании специальных режущих инструментов на заводах НКТП и при дальнейшей разработке новых нормалей 8ГПИ» и разосланы по всем предприятиям и учреждениям отрасли.

    Другую интереснейшую технологию – поверхностную закалку стальных деталей с помощью токов высокой частоты – на предприятиях танковой промышленности внедрили сотрудники лаборатории электротермии Ленинградского электротехнического института во главе с профессором В. П. Вологдиным. В начале 1942 года в штате лаборатории состояли всего 19 человек, причем 9 из них действовали на челябинском Кировском заводе. В качестве объекта обработки были выбраны самые массовые детали – шестерни бортового редуктора, гильзы цилиндра и поршневые пальцы дизеля В-2. После освоения новая технология высвободила до 70 процентов термических печей ЧКЗ, а время операции уменьшилось с десятков часов до десятков минут.

    На тагильском заводе № 183 технология закалки ТВЧ была внедрена в 1944 году. Поверхностной закалке поначалу подвергались три детали – цапфа пушки, главный фрикцион и ось ролика ведущего колеса.

    Приведенными примерами перечень НИИ и лабораторий, создававших технологии для танковой промышленности СССР, не исчерпывается. Но и сказанного достаточно, чтобы понять: в годы войны НКТП превратился в крупнейшее научно-производственное объединение нашей страны.

    Лебедь, рак и щука в германском исполнении

    В отличие от СССР немецкая отраслевая наука оказалась поделена на тесные корпоративные клетушки и железным занавесом отрезана от науки вузовской. Во всяком случае так утверждает большая группа научно-технических руководителей бывшего Третьего рейха в составленном после окончания войны обзоре «Расцвет и упадок германской науки». Позволим себе привести довольно обширную цитату: «Научно-исследовательская организация промышленности была независимой, не нуждалась в помощи какого-либо министерства, государственного научно-исследовательского совета или других ведомств... Эта организация работала для себя и при этом за закрытыми дверями. Следствием было то, что исследователь из какого-либо высшего учебного заведения не только ничего не знал, но даже и не подозревал о тех открытиях и усовершенствованиях, которые делались в промышленных лабораториях. Так получалось потому, что любому концерну было выгодно из соображений конкуренции хранить изобретения своих ученых в тайне. В результате знания текли не в общий большой котел и могли принести для общего дела лишь частичный успех». Министр вооружений и военного производства А. Шпеер пытался объединить промышленников в системе отраслевых «комитетов» и «центров», наладить технологическое взаимодействие заводов, но полностью решить проблему не смог. Корпоративные интересы оказались превыше всего.

    Если отраслевые институты работали на концерны, то германская вузовская наука в первый период Второй мировой войны вообще оказалась не у дел. Исходя из стратегии молниеносной войны руководство Рейха считало возможным завершить ее тем оружием, с которым войска вступили в бой. Следовательно, все исследования, не сулящие результата в самые сжатые сроки (не более года), были объявлены ненужными и свернуты. Читаем далее обзор «Расцвет и упадок германской науки»: «Ученые были отнесены к той категории людских ресурсов, из которых черпались пополнения для фронта... В результате, несмотря на возражения управления вооружений и различных других инстанций, несколько тысяч высококвалифицированных ученых из университетов, высших технических учебных заведений и различных научно-исследовательских институтов, в том числе незаменимые специалисты по исследованиям в области высоких частот, ядерной физики, химии, моторостроения и т. д., были еще в начале войны призваны в армию и использовались на низших должностях и даже в качестве солдат». Крупные поражения и появление на поле боя новых видов оружия (советские танки Т-34, британские радары, американские дальние бомбардировщики и т. д.) заставили Гитлера и его окружение умерить свое неприятие интеллектуалов: с фронта были отозваны 10 тысяч ученых, инженеров и техников. Среди них оказались даже 100 гуманитариев. Й. Геббельсу пришлось издать специальную директиву о запрещении выпадов против ученых в прессе, на радио, в кино и театре.

    Но было уже поздно: из-за потери темпа результаты исследований и новые разработки, подчас многообещающие, не успели попасть в войска. Приведем общий вывод все того же обзора «Расцвет и упадок германской науки»: «Наука и техника несовместимы с импровизацией. Государство, которое хочет получить настоящие плоды науки и техники, должно не только действовать с большой прозорливостью и искусством, но и уметь терпеливо ждать этих плодов».

    Сергей Устьянцев,
    кандидат исторических наук, научный редактор ОАО «НПК «Уралвагонзавод»

    0 0

    Пора устранить разрыв между передовыми инженерными решениями и производственными возможностями ОПК

    В течение 2013–2014 годов президент России Владимир Путин провел серию совещаний с руководящим составом Минобороны и представителями ОПК по вопросам состояния и развития Вооруженных Сил. Большое внимание уделялось обсуждению и выработке мер, реализация которых при посильных для государства затратах обеспечит способность нашей страны осуществлять надежное ядерное сдерживание любого агрессора. Президент дал целевые установки в отношении количественно-качественных характеристик ядерных сил страны на период до 2020 года и дальнейшую перспективу.

    Окончание. Начало читайте в предыдущем номере.

    В течение 2013–2014 годов президент России Владимир Путин провел серию совещаний с руководящим составом Минобороны и представителями ОПК по вопросам состояния и развития Вооруженных Сил. Большое внимание уделялось обсуждению и выработке мер, реализация которых при посильных для государства затратах обеспечит способность нашей страны осуществлять надежное ядерное сдерживание любого агрессора. Президент дал целевые установки в отношении количественно-качественных характеристик ядерных сил страны на период до 2020 года и дальнейшую перспективу.

    Основополагающие документы и указания Верховного главнокомандующего позволяют сформулировать три основных направления перспективного строительства СЯС до 2020 года. Во-первых, создание и развертывание новых ракетных комплексов (РК) наземного и морского базирования, модернизация существующих тяжелых бомбардировщиков (ТБ), что должно обеспечить доведение доли перспективных и современных вооружений в составе компонентов СЯС до 90–95 процентов, а по ряду типов – до 100. Во-вторых, это разработка и создание для стратегических носителей перспективного оснащения со специализированными боевыми блоками и эффективными средствами преодоления противоракетной обороны (ПРО). И, наконец, третье направление – совершенствование системы централизованного управления СЯС с обеспечением гарантированного доведения приказов до стратегических носителей в любой обстановке.

    Только современные и перспективные

    Совершенствование и повышение боевых возможностей группировки РВСН связано c созданием перспективных РК и наращиванием темпов ввода в эксплуатацию современных комплексов.

    Ввод в состав Нижнетагильской, Новосибирской и Козельской ракетных дивизий в 2014 году трех ракетных полков, перевооруженных на РК «Ярс», с постановкой их на боевое дежурство позволил увеличить долю современных РК в группировке РВСН до 50 процентов. В 2015-м предусмотрено продолжить перевооружение вышеуказанных ракетных дивизий на РК «Ярс», а также начать развертывание этого РК в мобильном варианте в Йошкар-Олинской ракетной дивизии. В дальнейшем темпы перевооружения на РК «Ярс» тех ракетных дивизий, которые ныне вооружены РК «Тополь» и РК «Стилет», планируется существенно повысить с тем, чтобы завершить этот процесс к концу 2020 года.

    Носители мира — часть II

    Что касается перспективных РК, то в настоящее время ведутся три опытно-конструкторские работы (ОКР) по их созданию.

    В рамках одной из этих ОКР завершается разработка подвижного грунтового РК «Ярс-М» с межконтинентальной баллистической ракетой (МБР) РС-26. Эта твердотопливная ракета разработана Московским институтом теплотехники на базе МБР РС-24. Она оснащается разделяющейся головной частью с маневрирующими боеголовками. Принятые при создании МБР РС-26 прорывные конструкторские решения вкупе с использованием нанотехнологий и высокоэнергетического топлива обеспечили существенное снижение массогабаритных характеристик. Это в свою очередь позволило уменьшить размеры и вес снаряженной самоходной пусковой установки, благодаря чему РК «Ярс-М» получил отличные маневренные характеристики и проходимость. Принятие на вооружение РК «Ярс-М» запланировано в 2015 году, а с 2016-го начнется его развертывание в Иркутской ракетной дивизии.

    По другой ОКР («Сармат») кооперацией российских промышленных предприятий во главе с Государственным ракетным центром имени Виктора Макеева ведется разработка шахтного РК с жидкостной МБР тяжелого класса. Это будет качественно новый РК с характеристиками, превосходящими по многим параметрам РК «Воевода». В частности, МБР станет обладательницей более высокой энергетики, чем МБР РС-20В. Это позволит ей гарантированно преодолевать создаваемую американцами ПРО, в том числе за счет возможности поражать цели не только по энергетически оптимальным траекториям с жесткими, а следовательно, прогнозируемыми азимутами подлета, но и с различных направлений, включая доставку маневрирующих боеголовок через Южный полюс. В настоящее время завершено проектирование МБР и в целом РК. Выпущена конструкторская и технологическая документация, начато изготовление составных частей РК, узлов и агрегатов МБР. Проводится их экспериментальная обработка. Предполагается, что летно-конструкторские испытания МБР начнутся во второй половине следующего года. Принятие РК на вооружение возможно в 2018–2020 годах. Он будет развертываться в Домбаровской и Ужурской ракетных дивизиях, которые ныне вооружены РК «Воевода».

    Третья ОКР («Баргузин») во главе с Московским институтом теплотехники нацелена на разработку боевого железнодорожного ракетного комплекса (БЖРК). Этот мобильный РК воплотит в себе положительный опыт эксплуатации своего предшественника – БЖРК 15П961, созданного в советские времена и выведенного из эксплуатации в 2005-м. Но воссоздаваемый БЖРК должен значительно превосходить его по целому ряду характеристик. Считается, что МБР, которой оснастят этот РК, будет сделана на базе РС-24. Если это так, то габаритовесовые характеристики этой ракеты позволят ей без проблем вписаться в стандартный рефрижераторный вагон с четырьмя колесными парами. В конце 2014 года завершено эскизное проектирование создаваемого БЖРК, начата разработка конструкторской документации. Ожидается, что отработка БЖРК с проведением летно-конструкторских испытаний МБР, которой его оснастят, завершится в 2018 году с последующим принятием на вооружение не позднее 2020-го.

    Таким образом, к 2021 году в группировке РВСН будут находиться только современные и перспективные РК двух видов базирования: шахтные (РК «Тополь-М», РК «Ярс» и РК с МБР тяжелого класса) и мобильные (РК «Тополь-М», РК «Ярс», РК «Ярс-М» и БЖРК). При этом все МБР, которыми оснастят РК «Тополь-М», РК «Ярс», РК «Ярс-М» и БЖРК, относятся к одному семейству твердотопливных ракет, первой из которых стала МБР РС-12М. Лишь МБР тяжелого класса будет жидкостной ракетой.

    «Борей» с продолжением

    Группировку морских стратегических ядерных сил (МСЯС) планируется обновить коренным образом за счет ввода в боевой состав Северного флота (СФ) и Тихоокеанского флота (ТОФ) дополнительного количества ракетных подводных крейсеров стратегического назначения (РПКСН) типа «Борей». Из существующих РПКСН проекта 667БДРМ сохранятся только те, которые обладают запасом эксплуатационного ресурса после 2020 года, а РПКСН проекта 667БДР выведут из состава подводных сил ТОФа.

    В настоящее время на стапелях производственного объединения «Северное машиностроительное предприятие» ведется строительство трех РПКСН модернизированного проекта 955А: «Князь Владимир» (заложен в июле 2012-го), «Князь Олег» (июль 2014-го), «Генералиссимус Суворов» (декабрь 2014-го). Эти РПКСН отличаются от первых трех РПКСН проекта 955 обводами корпуса и рубки лодки, а также лучшей акустикой и меньшей шумностью.

    Носители мира — часть II
    Фото: wikipedia.org

    Всего же по плану развития МСЯС предусмотрено строительство серии из восьми РПКСН типа «Борей». Два последних подводных крейсера этой серии (в облике 955А) заложат в 2015 году. Это позволит ввести их в строй к 2020-му и тем самым полностью реализовать ГПВ-2020 в части, касающейся наращивания боевых возможностей группировки МСЯС.

    Следует заметить, что РПКСН типа «Борей» не уступают лучшим мировым образцам, а по ряду характеристик и превосходят их. Так, максимальная глубина погружения РПКСН типа «Борей» составляет 450 метров, а американской подводной лодки с баллистическими ракетами (ПЛАРБ) типа «Огайо» – менее 400 метров, максимальная скорость подводного хода РПКСН типа «Борей» – 29 узлов, ПЛАРБ типа «Огайо» – 26 узлов.

    После 2020 года, как заявил гендиректор центрального конструкторского бюро морской техники «Рубин» Игорь Вильнит, предусмотрено дальнейшее совершенствование РПКСН типа «Борей».

    Один ударный тип

    В отношении авиационного компонента СЯС запланирована модернизация всего парка существующих ТБ, а также разработка перспективного авиационного комплекса дальней авиации (ПАК ДА) и авиационных средств поражения нового поколения.

    Модернизацию ТБ Ту-160 осуществляет Казанское авиационное производственное объединение (КАПО) имени Горбунова, а ТБ Ту-95МС – авиационный завод «Авиакор». Как заявил командующий ДА генерал-лейтенант Анатолий Жихарев, на всех самолетах, подвергаемых модернизации, не только заменят морально устаревшие узлы и агрегаты, но и установят новые двигатели и системы вооружения, которые обеспечат применение перспективных образцов авиационных средств поражения. Это позволит увеличить срок службы самолетов, повысить их боевые возможности.

    В 2014 году в боевой состав ДА введены семь модернизированных ТБ Ту-160 и Ту-95МС, а также два усовершенствованных дальних бомбардировщика Ту-22М3. Гособоронзаказом на 2015 год предусмотрена модернизация 12 самолетов с сохранением в дальнейшем этого графика – по 12 единиц в год.

    Самолеты-заправщики Ил-78М в настоящее время проходят выборочный восстановительный ремонт с заменой выработавших эксплуатационный ресурс узлов и агрегатов. В ближайшей перспективе планируются поставки в ДА модернизированного Ил-78М2-90А, а во второй половине десятилетия – нового стратегического самолета-заправщика, создаваемого на базе Ил-96-400Т.

    Расширенные возможности вышеуказанных образцов позволят увеличить дальность действия ударных авиационных комплексов.

    С разработкой ПАК ДА дело обстоит следующим образом. В августе 2009 года Минобороны России заключило трехгодичный контракт с КБ имени Туполева на научно-исследовательскую работу (НИР) по разработке аванпроекта ПАК ДА, защита которого состоялась в 2012-м. В марте 2013 года утвержден эскизный проект, предусматривающий создание самолета по схеме «летающее крыло». Он будет дозвуковым с дальностью полета без дозаправки в воздухе до 15 тысяч километров, с широким спектром вооружений в ударном арсенале.

    ПАК ДА придет на замену не только ТБ Ту-95МС и Ту-160, но и дальнего бомбардировщика Ту-22М3. То есть в перспективе у ДА будет один тип ударного самолета, что позволит снизить эксплуатационные затраты.

    Государственный контракт на выполнение ОКР по созданию ПАК ДА заключен с ОАО «Объединенная авиастроительная корпорация» (ОАК) в конце 2013 года. Сформирована кооперация входящих в ОАК предприятий во главе с КБ имени Туполева с минимальным привлечением сторонних исполнителей. Ожидается, что первые самолеты для проведения испытаний появятся в 2019-м, а на вооружение поступят в 2025 году.

    Что же касается информации относительно разработки новых крылатых ракет воздушного базирования (КРВБ) большой дальности для ТБ, то она скудна и во многом противоречива. Достоверно можно утверждать только то, что машиностроительное конструкторское бюро «Радуга» реализует проект, цель которого – создание двух новых КРВБ большой дальности – Х-101 и Х-102. Обе ракеты, являющиеся дальнейшим развитием заложенной при создании КРВБ Х-55 концепции, предполагается максимально унифицировать, а все различия коснутся лишь их боевого оснащения: у КРВБ Х-101 будет осколочно-фугасная боевая часть, а у КРВБ Х-102 – ядерная. Возможны также варианты оснащения КРВБ Х-101 фугасной, объемно-детонирующей и кассетной боевой частью.

    Весной 2012-го Анатолий Сердюков в выступлении на расширенном заседании коллегии Минобороны упомянул, что ВВС получили на вооружение новую КРВБ большой дальности. В сентябре того же года в СМИ появилась другая информация. Со ссылкой на тогдашнего первого заместителя министра обороны Александра Сухорукова утверждалось, что в течение ближайших месяцев в ДА поступит КРВБ повышенной дальности. Но вплоть до настоящего времени официальных сообщений о принятии на вооружение КРВБ Х-101/Х-102 не было.

    Проведенная оценка отрывочных сообщений о разработке КРВБ Х-101/Х-102, появившихся в СМИ в 2013–2014 годах со ссылками на анонимные источники, позволяет предположить, что эти ракеты все еще проходят цикл испытаний. Имевшие место сообщения о включении в гособоронзаказ 2012 и 2013 годов закупки небольших партий КРВБ Х-101/Х-102 (в количестве до 20 единиц) следует, вероятнее всего, расценивать как приобретение ВВС экспериментальных партий для последующей апробации в составе модернизируемых ТБ Ту-95МС и Ту-160.

    В отношении тактико-технических характеристик КРВБ Х-101/Х-102 имеется следующая информация: длина ракеты – около 7,5 метра, стартовая масса – 2200–2400 килограммов, максимальная скорость полета – 250–270 метров в секунду, предельная дальность – 5000–5500 километров. Ракеты оснащены автономной оптико-электронной корреляционной системой и интегрированным приемником системы ГЛОНАСС, а на конечном участке траектории их движения задействуется оптико-электронная ГСН. Все это обеспечивает возможность полета на предельно малых высотах (30–70 м) с огибанием рельефа, что значительно затрудняет их обнаружение радарами на фоне подстилающей поверхности, а также позволяет достичь высокой точности попадания в цель.

    Если вышеприведенные характеристики КРВБ Х-101/Х-102 соответствуют реальности, то оснащение этими ракетами ТБ Ту-95МС и Ту-160 значительно повысит их боевые возможности и придаст им способность поражать цели на расстояниях, позволяющих самолетам не входить в зону ПВО противника.

    Приоритетная во всех отношениях

    Повышение уровня боевой мощи СЯС в значительной степени зависит от качества управления ими. По словам начальника ГШ ВС РФ генерала армии Валерия Герасимова, задача по созданию перспективной системы централизованного боевого управления СЯС для Минобороны России является приоритетной во всех отношениях.

    Первым реальным шагом в этом направлении стало появление в 2014 году Национального центра управления обороной (НЦУО) Российской Федерации, который был поставлен на боевое дежурство 1 декабря. В составе НЦУО отдельно выделен Центр управления СЯС, предназначенный для применения ядерного оружия по решению высшего военно-политического руководства страны. Считается, что этот центр позволяет существенно сократить время на принятие и реализацию решений в чрезвычайных условиях.

    Другая первоочередная задача – завершение разработки и принятие на вооружение Единой космической системы (ЕКС) раннего предупреждения и боевого управления, которая создается по ГПВ-2020. В ее составе планируется иметь орбитальную группировку из 10 специализированных космических аппаратов (КА) нового поколения (ОКР «Тундра») и модернизированные командные пункты, обеспечивающие управление орбитальной группировкой, прием, обработку и передачу специальной информации потребителям в автоматическом режиме. При этом новые КА станут многофункциональными: они не только способны надежно определить факт старта любых баллистических ракет и отследить траектории их полета, но и благодаря размещенной на их борту связной аппаратуре составят космический сегмент автоматизированной системы боевого управления СЯС. Через них в считаные секунды можно передать приказ президента Российской Федерации – Верховного главнокомандующего ВС РФ на ответные действия СЯС.

    Как заявил в конце прошлого года заместитель командующего войсками космического командования Войск ВКО генерал-майор Александр Нестечук, в 2015-м спланирован запуск первого КА для формирования орбитальной группировки ЕКС. Полноценная же орбитальная группировка, по его словам, начнет функционировать в 2018 году.

    Это позволит в разы повысить своевременность обнаружения ракетного нападения на Россию, надежность и оперативность доведения приказов централизованного боевого управления на ответные действия СЯС в самой неблагоприятной ситуации.

    Контрольные цифры

    Выполнение вышеперечисленных планов (программ) строительства и развития СЯС потребует серьезных усилий федерального правительства не только в части ресурсного, прежде всего финансового и кадрового обеспечения, но и модернизации ОПК. С последним мы явно запаздываем. Как следствие образовался недопустимый разрыв между теми передовыми инженерными решениями, которые закладываются в разрабатываемые вооружения, и производственными возможностями ОПК. Если этот разрыв оперативно не ликвидировать, все благие намерения по оснащению СЯС перспективными образцами вооружения повиснут в воздухе.

    И второе. С учетом складывающейся негативной ситуации в экономике России, чреватой повторением кризиса 2008–2009 годов и даже более серьезными последствиями, нельзя исключать того, что намеченные планы строительства и развития СЯС могут быть подвергнуты существенной корректировке. При этом представляется весьма важным сохранить потребные объемы финансирования для выполнения НИОКР по созданию перспективных образцов стратегических наступательных вооружений, поступившись объемами серийного производства. Их сравнительно легко можно увеличить после выхода экономики страны из кризисного состояния, а вот замедление либо хуже того – замораживание НИОКР крайне пагубно скажется на перспективах СЯС.

    Не станет критичным для национальной безопасности и то обстоятельство, если Россия к 2018 году не сможет достичь паритета с США по количеству стратегических наступательных вооружений. Исходя из проведенных российским экспертным сообществом оценок представляется вполне приемлемым иметь в СЯС России к этому сроку 530–570 развернутых носителей и около 1550 размещенных на них боезарядов. Структура этой ударной группировки может быть такой: 300–320 развернутых РК с МБР, оснащенных 900–940 боеголовками; 11–12 РПКСН со 176–192 развернутыми БРПЛ и 530–560 боеголовками на них; 54–58 развернутых ТБ с засчитываемыми за ними 54–58 боезарядами.

    Нет сомнений, что к 2018 году в США будет 700 развернутых носителей с 1550 боезарядами. Кроме того, американцы станут обладателями большего, чем у россиян, так называемого возвратного потенциала стратегических наступательных вооружений. Но это превосходство не окажет существенного влияния, поскольку возвратным потенциалом ни одна из сторон российско-американского Договора СНВ-3 не сможет воспользоваться. К 5 февраля 2021 года – моменту истечения срока действия договора – Россия в любом случае приблизится к планке в 700 развернутых носителей, которая им установлена.

    Этим самым будет обеспечено поддержание потенциала СЯС РФ на уровне, обеспечивающем возможность решения задачи нанесения неприемлемого ущерба любому агрессору, и как следствие – стратегического его сдерживания от развязывания войны против нашей страны и ее союзников в любых условиях военно-стратегической обстановки.

    Виктор Есин,
    генерал-полковник в отставке, кандидат военных наук, профессор Академии военных наук РФ

    0 0

    Цена на нефть не имеет значения

    В столице Объединенных Арабских Эмиратов завершила работу международная выставка вооружений IDEX 2015. Ее итогом стало заключение более 30 контрактов на поставку и приобретение военной продукции на пять миллиардов долларов. Одной из наиболее масштабных оказалась российская экспозиция.

    В столице Объединенных Арабских Эмиратов завершила работу международная выставка вооружений IDEX 2015. Ее итогом стало заключение более 30 контрактов на поставку и приобретение военной продукции на пять миллиардов долларов. Одной из наиболее масштабных оказалась российская экспозиция.

    «План по экспорту вооружений на 2015 год в объеме около 15 миллиардов долларов будет, безусловно, выполнен, – заявил гендиректор Рособоронэкспорта Анатолий Исайкин. – Мы с превышением запланированных показателей реализовали программу по поставкам продукции военного назначения в прошлом году. Выполним ее и в этом».

    В свою очередь глава корпорации «Ростех» Сергей Чемезов отметил: «Ближний и Средний Восток являются для России одним из приоритетных рынков, на котором мы рассчитываем не только укрепить, но и серьезно увеличить свое присутствие».

    Угроза террористических группировок, внешняя политика Ирана, политическая нестабильность в Сирии, Ираке и Йемене требуют эффективной системы сдерживания

    Глава Минпромторга Денис Мантуров высказал мнение, что российская делегация не зря привезла сюда новые образцы техники, которые демонстрируются на международной выставке впервые. Речь, в частности, идет о самоходном противотанковом ракетном комплексе «Хризантема-С», а также специально разработанной модификации боевого модуля с 57-миллиметровой артиллерийской установкой для бронемашины «Энигма», которая производится в ОАЭ. Министр выразил уверенность в надежности основы сотрудничества с Эмиратами и дал понять, что оно может обрести дополнительные направления.

    «Все наши стенды собирали большое количество посетителей, а некоторые – аншлаг. Это говорит о том, что интерес к нашим вооружениям огромен, – дал свою оценку посетивший IDEX 2015 помощник президента РФ по вопросам военно-технического сотрудничества Владимир Кожин. – Где-то есть протокол о намерениях, где-то – проекты контрактов. Поэтому если говорить о предварительных итогах, то они, безусловно, позитивны. Россия представила себя на этой выставке очень серьезно: мы показали не только традиционные, но и перспективные образцы. Эта выставка – очень серьезная площадка, тем более что регион традиционно емкий, масштабный с точки зрения закупок вооружений».

    Денис Мантуров пояснил, что акцент делается не только на поставку готовых изделий, рассматривается создание совместных предприятий, в частности в авиационной сфере.

    На стенде корпорации «Уралвагонзавод» был представлен модернизированный российский танк Т-90МС, который успешно прошел испытания в Кувейте и привлек внимание местных заказчиков. РФ в ближайшее время может перейти к реализации контрактов на поставку в страны региона, сообщил гендиректор – генеральный конструктор Уральского КБ транспортного машиностроения Андрей Терликов. По его словам, со времени первой демонстрации модернизированной модели танка на прошлом салоне IDEX 2013, проведена большая работа по продвижению этой машины в страны Ближнего Востока.

    Всего в работе IDEX 2015 приняли участие 1200 компаний из 56 стран. Организаторы зарегистрировали более 100 тысяч посетителей и уже продали половину площадей следующей выставки, которая пройдет в Абу-Даби в 2017 году.

    За черное золото

    IDEX 2015 проходила на фоне резкого снижения цен на нефть, которое продолжается семь месяцев и существенно повлияло на состояние международной экономики. Значительное преимущество получили экспортеры, производители и потребители нефтепродуктов, а поставщики черного золота оказались в существенном убытке.

    Вооруженные Эмираты
    Фото: Михаил Ходаренок

    По данным западных экспертов, цена марки «Брент» (Brent) упала на 57 процентов – со 115 долларов за баррель в июле 2014-го до 49 долларов в конце минувшего января. Это был шестилетний минимум. Тогда некоторые аналитики предрекали падение цены до 39 долларов за баррель к июлю и повышение до 65 долларов в конце года.

    Среди регионов, на которые изменившаяся динамика цен на нефть оказала наибольшее влияние, находится Ближний Восток, страны которого за счет экспорта углеводородов получают средства на многие программы – от строительства инфраструктуры до закупок продукции военного назначения (ПВН). Несмотря на то, что низкие цены на энергетическое сырье могут привести к определенным сокращениям, военные бюджеты государств региона урезаться не будут, по крайней мере в ближайшее время.

    Эксперты называют несколько причин, по которым уменьшение оборонных расходов маловероятно. В настоящее время крупнейшие импортеры ПВН региона, в частности Саудовская Аравия и ОАЭ, выполняют программы по закупке сухопутной, авиационной и военно-морской техники, отмена или сокращение которых не имеет смысла. Оба государства располагают значительными валютными резервами, которые позволят им поддерживать высокий уровень военных трат, несмотря на снижение цен на нефть. К примеру, авуары Саудовской Аравии оцениваются в 750 миллиардов долларов. Угроза Аравийскому полуострову со стороны террористических группировок «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ) и «Аль-Каида», озабоченность внешней политикой Ирана, политическая нестабильность в Сирии, Ираке и Йемене требуют эффективной системы сдерживания. Смерть короля Саудовской Аравии Абдаллы также теоретически представляет угрозу внутреннему положению государства. Определенную роль играет и изменившийся курс валют. Падение евро с 1,37 доллара в декабре 2013-го до 1,15 доллара к началу февраля делает приобретение ПВН у европейских оборонных производителей предпочтительнее.

    «Обеспечение военных возможностей и закупки ПВН являются приоритетом для ближневосточных государств», – отметил Питер Веземан, старший научный сотрудник Стокгольмского института исследования проблем мира SIPRI (Stockholm International Peace Research Institute) по вопросам вооружений и военных расходов. Это отражается в соотношении оборонных бюджетов и валового внутреннего продукта. По имеющимся данным, военные расходы Саудовской Аравии составили 9,3 процента ВВП (в 2013-м), ОАЭ – 4,7 процента (в 2012-м). «Учитывая, что почти все страны региона сталкиваются с перспективой вооруженных конфликтов, политическое давление, направленное на поддержание текущего уровня военных затрат, является чрезмерным», – констатирует исследователь.

    Согласно данным SIPRI за 2009–2013 годы Саудовская Аравия занимала четвертое место в мировом списке крупнейших импортеров ПВН. На эту страну приходилось 22 процента от общего объема поставок продукции военного назначения в регион Ближнего Востока. Оборонные расходы ближневосточных государств, подсчитали в SIPRI, в период 2004–2013 годов увеличились на 64 процента – с 91 до 150 миллиардов долларов.

    В области авиации крупнейший контракт был заключен на поставку Саудовской Аравии 154 новых или модернизированных истребителей F-15SA производства «Боинга» (Boeing) и 72 истребителей «Тайфун» (Typhoon) европейского консорциума «Еврофайтер» (Eurofighter). Начиная с 2009 года ОАЭ, Саудовская Аравия и Бахрейн получили или заказали большое количество управляемых авиационных бомб (УАБ), ракет класса «земля-земля» и крылатых ракет (КР) у западных оборонных компаний, преимущественно из США и Великобритании.

    За последнее время Саудовская Аравия значительно увеличила национальные финансовые резервы, рост которых замедлялся низкими ценами на нефть в конце 90-х. В 2008–2009 годах государство приняло решение провести крупную программу по закупке ПВН общей стоимостью от 25 до 40 миллиардов долларов. Обвал цен на нефть со 130 в середине 2008-го до 39 долларов за баррель в конце декабря 2014-го сказался минимально. Число контрактов, преимущественно с США, за последние три года утроилось. Это наглядно демонстрирует то, что динамика нефтяных цен не является основополагающим фактором при планировании Саудовской Аравией закупок ПВН.

    После кризиса 2008 года другие государства Ближнего Востока также продолжили увеличивать закупки оружия, несмотря на падение нефтяных котировок. В частности, когда цена была низкой и увеличивалась относительно медленно, стоимость контрактов на поставку ПВН, заключенных ОАЭ и Катаром, повысилась до 15 и 25 миллиардов долларов соответственно.

    Определенное влияние на дальнейшую политику Саудовской Аравии, ОАЭ и Катара в области закупок вооружений может оказать значительный портфель заказов. Среднегодовой объем ввоза ПВН в КСА достигает шести миллиардов долларов, а в ОАЭ – двух миллиардов. Это означает, что поставки расписаны на семь – девять лет вперед.

    Низкие цены на нефть, вероятно, окажут определенное влияние на оборонные расходы стран Ближнего Востока, однако финансовые резервы крупнейших государств минимизируют негатив. Изменение курса евро к доллару имеет особое значение для французских компаний, особенно для тех, чья продукция в настоящее время пользуется популярностью у стран с относительно низкими прибылями от продажи нефти. До 2013 года числовые показатели стоимости «Рафаля» (Rafale) французской «Дассо авиасьон» (Dassault Aviation) и истребителя F/A-18E/F «Супер Хорнет» (Super Hornet) «Боинга» были одинаковы. Разница состояла в валюте – евро и доллара соответственно. В результате цена «Рафаля» была на 20–30 процентов выше, чем у конкурентов.

    Оборонные бюджеты стран региона Ближнего Востока на 2015 год, как полагают эксперты, не изменятся и останутся на уровне, который был определен до падения цен на нефть. Патрик ван ден Энде, сотрудник научно-исследовательского центра FRS, расположенного в Париже, полагает, что падение цен на нефть не затронет расходы этих государств на оборону и в ближайшей перспективе. «На протяжении последних десяти лет совокупный размер оборонных затрат стран Ближнего Востока увеличился до 150 миллиардов долларов, а с учетом Северной Африки – до 162 миллиардов, – отмечает эксперт. – Производители нефти и газа получали прибыль от высоких цен на энергоносители на протяжении длительного времени. Она направляется на модернизацию инфраструктуры, парков военной техники, вооруженных сил. У этих стран сохраняются существенные финансовые резервы, которые позволят оплатить заказы». Совокупные оборонные расходы стран Северной Африки в 2014 году увеличились на 10 процентов, причем 90 процентов прибавки приходится на Алжир.

    Николас Маззучи, директор парижской компании PC (Polemos Consulting), выразил согласие с оценкой ван ден Энде, однако отметил, что дешевые углеводороды окажут серьезное негативное влияние на бюджеты таких стран, как Саудовская Аравия и Кувейт, чья экономика напрямую зависит от спроса на нефть.

    Ряд ближневосточных государств сотрудничает со странами других регионов в области развития национального ОПК. Предполагается, что подписанные ранее в этой области соглашения нарушены не будут.

    Западные эксперты полагают, что определенную прибыль из низких нефтяных цен может извлечь Египет. Вероятно, она будет направлена на приобретение вооружений. В настоящее время Египет нуждается в различных ВВТ – от боевых самолетов и вертолетов до танков и кораблей.

    Сделано на Ближнем Востоке

    Одна из ключевых задач стран Ближнего Востока состоит в развитии регионального оборонно-промышленного комплекса. Участники Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) основными средствами локализации ОПК считают создание рабочих мест с высокой зарплатой, диверсификацию источников дохода, повышение национального престижа. Предполагается снижение зависимости от американских вооружений и военной техники. Страны СССПЗ намерены избегать ограничений, устанавливаемых Вашингтоном. В Иране единственным способом модернизации парка военной техники в условиях американского эмбарго является развитие национальной промышленности.

    Подъему местного ОПК в Саудовской Аравии и ОАЭ способствуют различные офсетные программы, которые включаются в пакеты крупных соглашений по продаже вооружений. Таким образом появляется возможность создать совместные предприятия, которые и формируют основу национального ОПК двух стран.

    Одним из успешных примеров компаний, созданных в регионе при помощи офсетных программ, является «Аль-салам эйркрафт компании» (Alsalam Aircraft Co.), учрежденная в 1988 году во исполнение экономической части сделки по поставке самолетов дальнего радиолокационного обнаружения и управления (ДРЛО и У) E-3A «Сентри» (Sentry). Постепенно компания стала крупным поставщиком услуг по ремонту и техническому обслуживанию. Она насчитывает 3500 сотрудников, занимается как военной, так и гражданской авиационной техникой.

    Саудовская Аравия также учредила ряд организаций, которые обеспечивают государственную поддержку ОПК. Совет министров одобрил создание 2 июня 2013 года Главной организации по вопросам оборонно-промышленного комплекса.

    На данный момент ОПК Саудовской Аравии уже занимается разработкой собственной военной техники. Компания «Абдалла Аль-Фариз» (Abdallah Al Faris) создала бронетранспортер (БТР) «Аль-Фахд» с колесной формулой 8х8. К настоящему времени на его основе разработаны БМП и боевая разведывательная машина (БРМ). Компании «Принс Султан эдвансд текнолоджиз рисеч инститьют» (Prince Sultan Advanced Technologies Research Institute) и «Кинг Абдулазиз сити фо сайнс энд текнолоджи» KASCT (King Abdulaziz City for Science and Technology) работают над созданием БЛА. В данной области KASCT сотрудничает с южноафриканской компанией «Денел» (Denel).

    ОПК ОАЭ включает в себя еще большее количество участников, финансирование которых проходит через компанию «Мубадала девелопмент» (Mubadala Development), которая призвана диверсифицировать и улучшить экономику страны, в том числе и оборонно-промышленный сектор. «Мубадала девелопмент» принадлежит мажоритарная доля в компании «Пьяджио аэроспейс энд SR текникс» (Piaggio Aerospace and SR Technics), а также 40 процентов акций в «Абу-Даби шипбилдинг» ADSB (Abu Dhabi Ship Building). Компания ADSB, основанная в 1996 году, отвечает за строительство серии из шести корветов «Байнунах» (Baynunah). Это крупнейшая кораблестроительная программа в странах Персидского залива. Разработку облика корветов вела Франция, однако ADSB реализует и самостоятельные дизайнерские решения. В частности, ведет строительство серии из 12 ракетных катеров проекта «Ганнатха» (Ghannatha), на внешний облик которых повлиял один из шведских проектов.

    Совместно с американскими компаниями «Сикорский» (Sikorsky) и «Локхид Мартин» (Lockheed Martin) «Мубадала девелопмент» основала предприятие по созданию центра технического обслуживания AMMROC (Advanced Military Maintenance, Repair and Overhaul Center), а также объединилась с компанией «Абу-Даби эйрпортс компании» (Abu Dhabi Airports Company) в области строительства авиакосмического кластера на базе ZMC (Zayed Military City), где расположены предприятия концерна «Тавазун» (Tawazun).

    В состав последнего входит компания «Буркан мьюнишнз системз» (Burkan Munitions Systems), основанная в 2007 году как совместное с компанией «Аль-Джабер лэнд системз» (Al Jaber Land Systems) предприятие, которое в настоящее время носит название «Джобариа дифенс системз» (Jobaria Defense Systems). Оно отвечает за разработку реактивной системы залпового огня (РСЗО) MCL (Multiple Cradle Launcher), впервые продемонстрированной на IDEX 2013. РСЗО MCL позволяет выпустить 240 неуправляемых ракет за две минуты, экипаж состоит из трех человек.

    В 2007 году «Тавазун» приобрел производителя легкого стрелкового оружия и боеприпасов «Эдком мэньюфэкчуринг» (Adcom Manufacturing), переименовав в «Каракал лайт амьюнишн» (Caracal Light Ammunition). Одно из подразделений концерна – компания «Нимр отомотив» (Nimr Automotive) отвечает за создание первой боевой бронированной машины (ББМ) разработки ОАЭ «Нимр» (Nimr). Компания «Тавазун дайнэмикс» (Tawazun Dynamics) – совместное предприятие «Тавазун» и южноафриканской «Денел дайнэмикс» (Denel Dynamics) – занимается управляемыми авиабомбами «Аль-Тарик» (Al-Tariq), которые интегрируются в состав вооружения истребителей-бомбардировщиков «Мираж-2000-9» (Mirage 2000-9) ВВС ОАЭ.

    Одно из подразделений «Тавазун» – компания «Абу-Даби отономоз системз инвестментс» (Abu Dhabi Autonomous Systems Investments) производит беспилотный летательный аппарат (БЛА) «Аль-Сабр» (Al Sabr), конструкция которого основана на БЛА S-100 «Камкоптер» (Camcopter) производства австрийской компании «Шибель» (Schiebel) и является результатом сотрудничества между двумя государствами.

    «Тавазун пресижн индастриз» (Tawazun Precision Industries) производит алюминиевую V-образную заднюю часть фюзеляжа для истребителей «Тайфун», компоненты противокорабельной ракеты (ПКР) «Марте» (Marte) разработки европейской MBDA и ПВО «Скайшилд» (Skyshield) разработки компании «Эрликон» (Oerlikon).

    Одним из крупнейших производителей БЛА в Саудовской Аравии является компания «Эдком системз» (Adcom Systems), которая выпустила несколько сотен беспилотников как для ОАЭ, так и для 12 зарубежных заказчиков. В настоящее время «Эдком системз» разрабатывает более крупные разведывательные БЛА, а также ударные беспилотники. Как отмечают западные эксперты, компания находится в финальной стадии переговоров с Россией по вопросу поставки двух новейших средневысотных БЛА большой продолжительности полета класса MALE (Medium-Altitude Long-Endurance) «Юнайтед-40» (United 40) для испытаний и оценки.

    Иордания в развитии национальной оборонной промышленности предпочитает выбирать ключевых иностранных партнеров в какой-либо области и вести с ними работу через научно-исследовательский центр KADDB (King Abdullah II Design and Development Bureau), основанный в 1999 году. Первоначально KADDB занимался конверсией и модернизацией различной военной техники. Затем были попытки разработки легких самолетов. В частности, при участии австралийской «Сиберд авиэйшн» (Seabird Aviation) удалось создать легкий самолет-разведчик SB7L-360. Следствием стало основание совместного предприятия по его производству. KADDB также занимается проектами легких БЛА и квадрокоптеров, необитаемыми наземными аппаратами (ННА), прицельными комплексами для минометов и пушек. Совместно с компанией ATK было создано предприятие по производству самолетов AC-235 и AC-295.

    В Иране значительное количество истребителей F-5, F-4, F-14, а также вертолетов «Си кинг» (Sea King) и другой авиатехники было отремонтировано, восстановлено и возвращено в строй. В ряде случаев на авиатехнику интегрировалось новое вооружение, в том числе местной разработки. Иран зачастую копирует американские вооружения и вносит улучшения в их конструкцию. Но попытки построить иранские нелицензионные копии авиатехники успехом не увенчались. Недавние программы по разработке собственного истребителя и копии американского БЛА RQ-170 также оказались не слишком удачными.

    Компания «Иран эйркрафт мэньюфэкчуринг индастриал компании» (Iran Aircraft Manufacturing Industrial Company) производит лицензионную версию самолета Ан-140 под обозначением «ИрАн-140 Фараз» (IrAn-140 Faraz) из самолетокомплектов, поставляемых по договоренности с Киевом. Статус программы в связи с событиями на Украине неизвестен. Предполагается, что на основе «ИрАн-140 Фараз» будут созданы морской патрульный самолет (МПС) и военно-транспортный (ВТС).

    Начиная с 1992 года Иран производит широкий спектр вооружений и военной техники, включая БЛА, КР воздушного и наземного запуска, ПТУР, баллистические ракеты малой и средней дальности, ЗУР, ракеты класса «воздух-земля», основные боевые танки (ОБТ), БТР, пушки и РСЗО, легкое стрелковое вооружение, РЛС. Иран также построил несколько фрегатов, патрульные суда и быстроходные катера.

    Украинский десант

    24 февраля IDEX 2015 неожиданно посетил президент Украины Петр Порошенко. В ходе визита он и члены делегации, в которую входил начальник украинского Генштаба генерал-полковник Виктор Муженко, осмотрели экспозиции крупнейших производителей ВВТ. Поскольку государственный концерн «Укроборонпром» в число ведущих мировых производителей ПВН не входит, украинская делегация начала свой обход не с национального стенда, а направилась сразу в американский павильон.

    Примечателен интерес неожиданных гостей к стендам компаний из ОАЭ, китайской «Норинко»» (Norinco) и турецких предприятий, в том числе производителя бронетехники «Отокар»» (Otokar) и концерна, производящего ракетную технику, «Рокетсан» (Rocketsan). Особое внимание Порошенко уделил боевой бронированной машине (ББМ) «Кобра-2» (Cobra II) производства «Отокар». Сидя на месте механика-водителя ББМ, президент Украины спрашивал о тактико-технических характеристиках новой модификации турецкой БМП. А по завершении осмотра пожурил турецких специалистов за слишком высокую стоимость. Порошенко также обратил внимание на макет южнокорейского танка K «Блэк пэнтэр» (Black Panther) производства компании «Хендэ Ротэм» (Hyundai Rotem) и ознакомился со 120-мм артиллерийской установкой производства компании из ОАЭ «Интернэшнл голден групп» (International Golden Group). В экспозиции другого представителя ОАЭ – «Эмирейтс дифенс текнолоджи» (Emirates Defense Technology) внимание Порошенко привлекла новейшая ББМ «Энигма» (Enigma), оснащенная российским боевым модулем от БМП-3.

    В Абу-Даби Порошенко и Муженко провели встречу с делегацией США. Поднимался вопрос о возможных поставках вооружений на Украину. Как сообщил представитель украинской делегации, никаких конкретных соглашений пока достигнуто не было, американская сторона в настоящий момент рассматривает этот вопрос.

    По итогам визита Порошенко объявил о контрактах на поставку оружия Киеву. На пресс-конференции, с которой удалили всех российских журналистов, освещавших IDEX 2015, он заявил, что в ходе выставки в Абу-Даби Украина заключила порядка 20 контрактов. По утверждению Порошенко, речь идет исключительно об оборонительном вооружении: «Мы не будем раскрывать детали наших соглашений и переговоров с партнерами. Но могу заверить, что это исключительно оборонительное оружие». Президент Украины также сообщил о подписании нескольких очень важных соглашений о продаже продукции военного назначения украинского ВПК на несколько десятков миллионов долларов: «Это очень важно, так как мы сможем получить валюту на модернизацию армии Украины».

    Украина и ОАЭ подписали меморандум о взаимопонимании в области военно-технического сотрудничества. «ОАЭ первыми поставили бронированные машины «Кугар» (Cougar), «Спартан» (Spartan), производятся компанией «Стрейт групп» (Streit Group) и другую бронетехнику Украине, которая была эффективно использована национальными вооруженными силами в зоне боевых действий. Сейчас мы значительно расширили номенклатуру поставок, – отметил Порошенко. – Мы ожидаем, что в результате визита в ОАЭ будет активизирована инвестиционная поддержка со стороны Эмиратов. Нам также удалось договориться о том, что в перспективе в Киев с визитом может прибыть министр иностранных дел ОАЭ шейх Абдалла Бен Заид Аль Нахайян».

    Информацию о договоренности с ОАЭ по поставкам вооружений подтвердил советник главы МВД Антон Геращенко. Начальник украинского Генштаба Виктор Муженко в свою очередь сообщил о том, что украинская сторона примет конкретные решения по предложенным на выставке IDEX 2015 вариантам приобретения ВВТ иностранного производства после возвращения в Киев. О конкретных проектах узнаете позже, пообещал НГШ.


    0 0

    По своим характеристикам танк Т-50 мог стать лучшим легким танком Второй мировой

    Т-34, Ил-2, катюша… Названия этих образцов вооружения времен Великой Отечественной известны каждому. Но в боях участвовала и другая техника, о которой в силу различных причин мало кто знает. К ней относится легкий танк Т-50.

    Т-34, Ил-2, катюша… Названия этих образцов вооружения времен Великой Отечественной известны каждому. Но в боях участвовала и другая техника, о которой в силу различных причин мало кто знает. К ней относится легкий танк Т-50.

    Т-26 – единственный танк сопровождения пехоты, состоявший на вооружении Красной армии в 30-е годы, – к концу десятилетия уже не вполне удовлетворял достигнутому уровню развития ВВТ. Возросшая мощь артиллерии не оставляла Т-26 с его 15-мм броней никаких шансов уцелеть на поле боя. Опыт Испании наглядно это продемонстрировал.

    Сопроводить и поддержать

    Т-26, легко расправлявшиеся со слабо вооруженными немецкими и итальянскими танками и танкетками, становились столь же легкой добычей противотанковых пушек. Впрочем, в подобном положении оказались в то время все советские (и не только) танки, не имевшие противоснарядного бронирования. В вечном поединке средств защиты и поражения временную победу одержали последние.

    Т-50 создавался с учетом боевого опыта финской войны и результатов испытаний в СССР немецкого танка Pz.III, проводившихся летом 1940 года

    Именно поэтому 7 августа 1938 года Комитет обороны СССР принял постановление «О системе танкового вооружения», в котором содержалось требование менее чем за год – к июлю 1939-го – разработать новые образцы танков, по вооружению, бронированию и маневренным качествам отвечавших условиям будущей войны. Разработки в соответствии с этими требованиями начались в нескольких конструкторских бюро.

    На Ленинградском заводе опытного машиностроения № 185 имени С. М. Кирова бригадой конструкторов под руководством С. Гинзбурга велось проектирование легкого танка сопровождения пехоты «СП». Летом 1940 года «объект 126» (или Т-126СП, как он часто именуется в литературе) был изготовлен в металле. По своей броневой защите он соответствовал среднему танку Т-34. Корпус сваривался из броневых листов толщиной 45 миллиметров за исключением 20-мм днища и крыши. Лобовые, верхние бортовые и кормовой листы корпуса имели углы наклона 40–57 градусов.

    В верхнем лобовом листе имелся люк механика-водителя. В его крышке был смонтирован прибор наблюдения. Слева от люка в шаровой установке располагался 7,62-мм пулемет ДС-39, огонь из которого вел стрелок-радист. Напротив рабочего места стрелка также имелся прибор наблюдения. Еще два прибора были смонтированы в лобовых скуловых листах.

    Недопетая песня
    Опытный Т-50 конструкции ленинградского
    Кировского завода. Фото: alternathistory.org

    В сварной граненой башне размещались 45-мм пушка образца 1934 года и спаренный с ней 7,62-мм пулемет ДТ. В крыше имелся прямоугольный люк для посадки экипажа, а в кормовой стенке – круглый, для демонтажа пушки. В крышке этого люка и в стенках башни были прорезаны отверстия для стрельбы из личного оружия, закрываемые грушевидными заглушками. По периметру крыши башни располагались четыре прибора наблюдения, а в крышке люка была смонтирована командирская панорама.

    На танк ставился двигатель В-3 – шестицилиндровая версия («половинка», как иногда говорят) дизеля В-2. При мощности 250 лошадиных сил он позволял 17-тонной боевой машине развивать скорость до 35 километров в час. Емкость топливных баков 340 литров обеспечивала запас хода по шоссе до 270 километров.

    Ходовая часть состояла из шести необрезиненных сдвоенных опорных катков малого диаметра на каждый борт, трех необрезиненных поддерживающих катков, ведущего колеса заднего расположения, направляющего необрезиненного колеса. Опорные катки имели внутреннюю амортизацию. Гусеничная цепь – мелкозвенчатая, цевочного зацепления с открытым шарниром. Особенностью ходовой части машины была торсионная подвеска.

    В корпусе танка рядом с местом стрелка-радиста устанавливалась радиостанция 71-ТК-3 со штыревой антенной. Боекомплект пушки и пулеметов состоял из 150 выстрелов и 4250 патронов (в пулеметах ДТ и ДС использовались одинаковые винтовочные патроны).

    Сгонка веса

    В 1940 году танк прошел заводские и войсковые испытания. Однако государственная комиссия предложила снизить массу машины до 13 тонн за счет уменьшения толщины брони до 37 миллиметров. Кроме того, отмечалась стесненность рабочих мест членов экипажа. Последний недостаток попытались устранить на втором образце танка – пулемет ДС-39 был изъят, а его амбразура закрыта броневой крышкой на болтах. Предприняли шаги и для снижения износа гусениц, заменив необрезиненные опорные катки обрезиненными.

    Недопетая песня
    Т-50 основной модификации. В августе
    1941 года в 1-й танковой дивизии,
    дислоцировавшейся в Ленинградском военном
    округе и принимавшей участие в боях в
    районе Кингисеппа, имелось 10 танков этого
    типа. Фото: alternathistory.org

    Осенью 1940-го «объект 126» передали на Ленинградский машиностроительный завод № 174 имени К. Е. Ворошилова, где на его основе в короткий срок (полтора месяца) группой конструкторов под общим руководством И. С. Бушнева и Л. С. Троянова разработали новый вариант легкого танка – «объект 135» (не путать с Т-34-85). Активное участие в проектировании принимали С. А. Гинзбург и Г. В. Гудков. По другим данным, эта машина разрабатывалась параллельно с «объектом 126» и ей было отдано предпочтение из-за лучших тактико-технических характеристик. В январе 1941-го танк был выполнен в металле и после успешно пройденных заводских и государственных испытаний под индексом Т-50 уже в феврале принят на вооружение Красной армии.

    По конструкции и внешнему виду Т-50 сильно напоминал «126-й», но вместе с тем имел существенные отличия. Он создавался с учетом боевого опыта финской войны и результатов испытаний в СССР немецкого танка Pz.III, проводившихся летом 1940 года. Листы корпуса Т-50 соединялись сваркой и располагались под большими углами наклона. Максимальная толщина лобовой и бортовой брони корпуса и башни была уменьшена с 45 до 37 миллиметров. Кормовой лист корпуса стал 25-миллиметровым, а толщина крыши и днища – 15 миллиметров. В верхнем лобовом листе с незначительным смещением влево от продольной оси танка (почти по центру) находился люк механика-водителя со смотровым прибором, курсовой пулемет отсутствовал.

    Башня – сварная, обтекаемой формы, напоминала Т-34, но отличалась размещением трех членов экипажа. В задней части крыши башни (не без влияния Pz.III) была установлена командирская башенка, восемь смотровых щелей которой закрывались броневыми заслонками. В ней имелся и лючок для сигнализации. Для посадки членов экипажа в башню предназначались два прямоугольных люка в крыше. В бортах башни располагались приборы наблюдения наводчика и заряжающего, закрываемые круглыми броневыми крышками.

    Не совсем типичным для советских танков был состав вооружения. С 45-мм пушкой, опять-таки не без влияния Pz.III, были спарены два 7,62-мм пулемета ДТ. Радиостанция КРСТБ размещалась рядом с местом командира.

    За счет уменьшения толщины броневых листов, внедрения принципа дифференцированного бронирования, позволивших снизить массу машины до 13,8 тонны, и установки двигателя В-4 мощностью 300 лошадиных сил (форсированный вариант дизеля В-3) удалось добиться существенного прироста скорости: с 35 километров в час у «объекта 126» до 52 у Т-50. Два топливных бака общей емкостью 350 литров обеспечивали запас хода по шоссе до 344 километров. В ходовой части были применены опорные катки с внутренней амортизацией и индивидуальная торсионная подвеска.

    Глобальные планы

    Серийный выпуск Т-50 планировался на заводе № 174, для чего с 1 января 1941 года производство Т-26 было прекращено. Однако перестройка на технологически более сложный Т-50 шла очень медленно, и в первом полугодии 1941-го завод выпустил только 116 огнеметных танков ОТ-133. Серьезные трудности возникли и с освоением выпуска на Харьковском заводе № 75 дизельного двигателя В-4. А ведь танком Т-50 предполагалось заменить Т-26, и по первоначальному плану перевооружения автобронетанковых войск Красной армии он должен был стать самым массовым (первый заказ на Т-34, как известно, составлял всего 600 машин). В 1940–1941 годах этот план, правда, подвергся корректировке в результате принятия решения о формировании механизированных корпусов. Но и для них было необходимо никак не меньше 14 тысяч Т-50. О том, что Т-50 рассматривался как полноправная составляющая танкового парка страны, можно судить и по совместному постановлению ЦК ВКП(б) и СНК СССР «Об увеличении выпуска танков КВ, Т-34 и Т-50, артиллерийских тягачей и танковых дизелей на III и IV кварталы 1941 года», принятому после заседания Политбюро ЦК 25 июня.

    Ценой неимоверных усилий в 1941 году удалось выпустить 50 танков. В августе завод № 174 был эвакуирован – большей частью в город Чкалов (Оренбург), где в декабре возобновил выпуск танков, а также в Нижний Тагил и Барнаул. Попытка развернуть производство Т-50 на заводе № 37 в Москве не увенчалась успехом. Главным сдерживающим фактором в производстве Т-50 были двигатели. Приоритет в плановых заданиях отдавался дизелю В-2. В частности, на заводе № 75, эвакуированном к тому времени в Челябинск, разобрали вывезенные двигатели В-4 на комплектующие к В-2. Поэтому 13 октября 1941 года ГКО принял решение о строительстве двух заводов в Барнауле: одного – по производству танков Т-50 и второго – по изготовлению для этих танков дизелей В-4. Однако 6 февраля 1942-го в соответствии с решением ГКО производство Т-50 и двигателей к ним было прекращено вообще. Завод № 174 в Чкалове, выпустив 15 танков в 1942 году (по-видимому, были собраны из привезенного задела), перешел на Т-34.

    Боевой опыт

    О боевой судьбе Т-50 информации очень мало. Известно, что в августе 1941 года в 1-й танковой дивизии, дислоцировавшейся в Ленинградском военном округе и принимавшей участие в боях в районе Кингисеппа, имелось 10 танков этого типа. Не менее трех машин воевало в составе 2-й дивизии народного ополчения, 10 танков – в 84-м отдельном танковом батальоне. На Ленинградском фронте Т-50 продержались довольно долго, последняя машина была потеряна в 1943 году.

    Недопетая песня
    Поздняя модификация. В 488-м танковом
    батальоне, сформированном в 1942 году в
    Москве, было 27 Т-50. Фото: alternathistory.org

    Участвовали Т-50 и в битве за Москву – в составе Брянского фронта имелось восемь танков, еще один входил в состав 22-й танковой бригады Западного фронта.

    Несколько Т-50 осенью 1941-го находились в составе войск 7-й армии, оборонявшихся на Петрозаводском направлении. В ходе этих боев одна такая машина была захвачена финнами и эксплуатировалась вплоть до конца 1954 года.

    1 октября 1942 года в состав войск Закавказского фронта прибыл 488-й отдельный танковый батальон, сформированный в Москве. Он имел на вооружении пять танков Т-34 и 27 Т-50.

    11 октября, поддерживая атаку 4-й гвардейской стрелковой бригады, батальон всеми силами атаковал немецкие позиции, но столкнувшись с хорошо организованной противотанковой обороной, понес значительные потери. Были подбиты семь танков Т-50 и один Т-34. В результате трехчасового боя танкам все же удалось прорвать вражескую оборону, однако пехота их не поддержала. Танкистам пришлось отступить. На 31 октября 1942 года в батальоне имелось 22 боеспособных танка – три Т-34 и 19 Т-50.

    За последующие два месяца боев батальон утратил все свои танки. Во всяком случае на 1 января 1943 года в его составе имелось только три неисправных Т-50.

    Достоверных сведений о том, как показали себя «пятидесятки» в боевых действиях, нет. Однако нет сомнения в том, что из трех советских танков, принятых на вооружение накануне Второй мировой войны, Т-50 оказался наиболее конструктивно отработанным и сбалансированным, оптимальным по совокупности боевых и эксплуатационных качеств.

    Массовым так и не стал

    По вооружению, бронированию и подвижности он превосходил или как минимум не уступал германскому среднему танку Pz.III, будучи значительно меньше его по габаритам и боевой массе. В башне Т-50, имевшей такой же диаметр, как у Т-34, размещались три члена экипажа, что обеспечивало разделение функциональных обязанностей. Правда, в данном случае недостатки становились продолжением достоинств. Даже при условии размещения в башне 45-мм пушки трем танкистам было в ней тесно. Поэтому командирскую башенку пришлось сместить к правому борту, а командиру приходилось сидеть вполоборота к оси танка. Возможно, имело смысл ограничиться двухместной башней с большим количеством приборов наблюдения, как у «объекта 126». Для легкого танка это было бы приемлемо. Все зарубежные аналоги, основные легкие танки Второй мировой войны – Stuart, Valentine и даже созданный в 1944 году Chaffee – имели двухместные башни.

    Вполне достаточным для 1941 и даже для 1942-го было и вооружение Т-50: 45-мм пушка 20К на дистанции 500 метров могла успешно бороться со всеми типами танков вермахта. Она была хорошо знакома танкистам, а кроме того, на складах имелось большое количество снарядов к этому орудию. Для 1943 года 20К была уже слабовата, но как раз в это время в ОКБ № 172 была создана, испытана и рекомендована для принятия на вооружение 45-мм танковая пушка ВТ-42 с длиной ствола 68,6 калибра и начальной скоростью бронебойного снаряда 950 метров в секунду. От 20К пушка ВТ-42 отличалась очень плотной компоновкой, что позволило интегрировать ее даже в одноместную башню танка Т-70. С установкой же в башню Т-50 вообще не возникло бы никаких проблем. Снаряд этого орудия на дистанции 500 метров пробивал лобовую броню любого немецкого танка, кроме Pz.IV Ausf.H и J, «Пантеры» и «Тигра».

    Оставляла резерв для модернизации, в том числе в плане усиления бронезащиты, и высокая удельная мощность танка – 21,4 лошадиные силы на тонну веса. Для сравнения: у Т-34 – 18,65, у Stuart – 19,6, у Valentine – 10, у Pz.III – 15. 300-сильный дизель мог уверенно «тащить» и 45-мм броню. Суммируя все сказанное, приходится только сожалеть, что массовый выпуск Т-50 так и не был налажен.

    Рассказ был бы неполным без упоминания еще об одном образце. В 1941 году в рамках технических требований к Т-50 ленинградский Кировский завод разработал и изготовил «объект 211». Ведущим конструктором танка был А. С. Ермолаев. Сварной корпус боевой машины имел суженную носовую часть с люком-пробкой механика-водителя. Сварная башня имела обтекаемую удлиненную форму. Вооружение и силовая установка были идентичны танку Т-50 завода № 174. «Кировский» вариант был несколько легче «ворошиловского», однако существенных преимуществ перед ним не имел, а форма его корпуса была менее удачной. После начала войны работу над «объектом 211» на Кировском заводе прекратили, а единственный изготовленный образец принял участие в обороне Ленинграда.

    Не будет лишним добавить, что по тем же ТТТ проект боевой машины выполнила и группа выпускников ВАММ им. Сталина, работавшая под общим руководством Н. А. Астрова. Этот проект был отклонен еще на стадии макетной комиссии.


    0 0

    Проблемы точности и кучности решаются простейшей модернизацией

    На складах Министерства обороны лежат запасы автоматов, являющихся по сути изделиями незавершенного производства. Элементарный апгрейд превращает их в полноценные самозарядные карабины.

    На складах Министерства обороны лежат запасы автоматов, являющихся по сути изделиями незавершенного производства. Элементарный апгрейд превращает их в полноценные самозарядные карабины.

    Согласно наследию В. Г. Федорова и А. А. Благонравова объективной характеристикой стрелкового оружия является мощность стрельбы, выраженная формулой М = Е n p, где Е – энергия пули у цели, n – скорострельность, p – вероятность попадания пули в цель; дальнобойность в неявном виде учтена через показатели Е и р.

    Что имеем

    1. АК-47, разработанный под патрон с улучшенной баллистикой (калибра 7,62x39 мм образца 1943 года), является мощным оружием благодаря скорострельности (n), дальнобойности (до 1500 м) и бронебойности (по 7-мм броне на удалении до 300 м).

    От АК-47 к супероружию за одно нажатие
    Фото: jewishkherson.com

    2. Тактико-техническое требование (ТТТ) заказчика повысить кучность боя привело к снижению мощности автомата АКМ в результате снижения скорострельности (n).

    3. ТТТ заказчика перейти на патрон калибра 5,45x39 мм привело к уменьшению мощности автоматов АК-74 и АК-74М в результате снижения энергии пули у цели (Е), при этом дальнобойность упала до 1350 метров, а бронебойность – до вероятности рикошетов пуль от веток кустарника.

    4. Проверка кучности и точности проводится для оценки состояния прицельных приспособлений стрелкового оружия.

    4.1. Критерием кучности одиночной стрельбы из АК-47, АКМ, АК-74 и АК-74М является круг диаметром 15 сантиметров, вмещающий пробоины проверочной мишени, которые получены в процессе приведения автоматов к нормальному бою.

    4.2. Критерием точности стрельбы является расположение средней точки попадания пуль относительно контрольной точки проверочной мишени, которое должно быть приведено к норме посредством изменения положения мушки.

    4.3. Понятия о кучности и точности стрельбы теоретически полезны для солдата, в присутствии которого командир, лучший стрелок подразделения и оружейный мастер привели его автомат к нормальному бою по неподвижной мишени в условиях безветрия.

    4.4. Практическая стрельба по целям, исчезающим в результате останавливающего действия пули, может быть меткой, но не может быть кучной и точной по определению.

    4.5. Так как приведение автоматов к нормальному бою при стрельбе очередями не производится, то утверждение о превосходстве АК-74 и АК-74М над АКМ и АК-47 по параметрам кучности и точности стрельбы не соответствует действительности.

    5. Автомат АК-12 конструкции В. В. Злобина, кроме недостатков своих прототипов (АК-74 и АК-74М), имеет устройство для отсечки очереди из трех выстрелов, которое усложняет конструкцию, снижая надежность, и ускоряет расход патронов, поскольку очередь из двух выстрелов может быть остановлена с помощью спускового крючка.

    5.1. Использование спортивного термина «высокоточная стрельба» для рекламы АК-12 является демагогическим приемом, порочащим имя М. Калашникова.

    6. По зарубежным оценкам, лучшим из 10 образцов стрелкового оружия XX века признан именно АК-47, при этом оговорка «кроме точности огня» справедлива постольку, поскольку в Топ-10 включены винтовки, используемые как снайперские.

    Что можем получить

    7. Естественное рассеивание пуль происходит (по закону рассеивания) только в случаях стрельбы одиночными выстрелами и первыми выстрелами очередей.

    7.1. Искусственное рассеивание пуль стрельбой очередями является результатом противоестественной автоматизации стрелкового оружия, заимствованной из-за границы и положенной, например, в основу безуспешной модернизации АК-47.

    7.2. Стрельба очередями из стрелкового оружия вообще и АК-47 в частности будет невозможной в случае естественной автоматизации, обеспечивающей предельно высокую скорострельность (n) при стрельбе одиночными выстрелами.

    8. Автоматика стрелкового оружия работает при нажатом спусковом крючке, отпуская который стрелок обеспечивает подготовку ударно-спускового механизма (УСМ) к повторному одиночному выстрелу или к первому выстрелу следующей очереди.

    8.1. Операция перезаряжания в стрелковом оружии автоматизирована частично, так как подготовка УСМ к повторному выстрелу выполняется вручную.

    8.2. Для полной автоматизации перезаряжания конструкция УСМ должна обеспечивать возврат спускового крючка в исходное перед выстрелом положение.

    9. УСМ, способный обеспечить возврат спускового крючка в исходное перед выстрелом положение, защищен патентом РФ на полезную модель № 78562 от 23 июля 2008 года с открытой лицензией от января 2009 года.

    9.1. Если данный или аналогичный УСМ использовать в АК-47, то будет получен самозарядный карабин Калашникова (СКК) с полной автоматизацией процесса его подготовки к повторному выстрелу за время цикла работы автоматики.

    9.2. Так как время цикла автоматики составляет доли секунды, то СКК будет обладать универсальной скорострельностью, зависящей только от воздействия стрелка на принудительно возвращаемый спусковой крючок.

    9.3. При непрерывном нажатии на принудительно возвращаемый спусковой крючок СКК будет способен вести интенсивный огонь сериями одиночных выстрелов.

    9.4. СКК будет превосходить свои аналоги по мощности стрельбы благодаря высокой практической скорострельности (n), характеризующей количество целей, поражаемых в единицу времени.

    10. СКК может положить начало перехода от морально устаревшего оружия с частичной автоматизацией перезаряжания к стрелковому оружию принципиально нового типа и тем самым закрепить патентное право за Россией, если не опередит заграница.

    11. ГОСТ 28653-90 «Оружие стрелковое. Термины и определения» игнорирует научно обоснованный В. Г. Федоровым и А. А. Благонравовым принцип классификации стрелкового оружия. Для наглядного опровержения догмата о «полезности стрельбы очередями» необходимо добиться реализации пункта 9.1 в смысле замены УСМ хотя бы в одном образце автомата Калашникова.

    Юрий Поляков,
    подполковник-инженер в отставке

    0 0

    Корреспонденты «ВПК» отследили пуски секретного оружия

    Только две страны в мире – США и СССР смогли создать многоразовые пилотируемые космические корабли: «Спейс Шаттл» и «Буран». Американские ученые реализовали наработки и полученные данные в секретном проекте Falcon. Аналогичное изделие скорее всего уже создано и в России.

    Только две страны в мире – США и СССР смогли создать многоразовые пилотируемые космические корабли: «Спейс Шаттл» и «Буран». Американские ученые реализовали наработки и полученные данные в секретном проекте Falcon. Аналогичное изделие скорее всего уже создано и в России.

    18 февраля 2004 года в России прошли масштабные учения стратегических сил, названные в средствах массовой информации репетицией «звездных войн». Но первое столь крупное со времени распада СССР мероприятие было омрачено неудачей с ракетой РСМ-54 «Синева». Она взорвалась на 98-й секунде полета после запуска с борта подводной лодки «Карелия».

    Неудивительно, что на состоявшейся по итогам учений пресс-конференции почти все вопросы были посвящены неудачному отстрелу. Между тем заместитель начальника Генерального штаба сделал важное заявление. «В ходе тренировки был испытан космический аппарат, который способен лететь с гиперзвуковой скоростью, совершая при этом маневры как по курсу, так и по высоте. А значит, имеет возможность обходить региональные группировки противоракетной обороны, что сводит на нет эффективность создаваемой сейчас на Западе и уже широко разрекламированной системы ПРО», – сообщил в ходе конференции Юрий Балуевский.

    Секреты и результаты

    Гриф секретности покрывает практически всю деятельность российских предприятий оборонно-промышленного комплекса, не только связанных с ракетно-ядерной тематикой, но даже шьющих полевую форму. Но сейчас, когда в России экономический спад, именно режим неразглашения порождает постоянные нападки на ОПК. Не только средства массовой информации, но и общественность обвиняют «оборонку» в растрате бюджетных средств без видимых результатов.

    Предприятия ОПК России смогли довести до испытаний уникальные изделия, сведения о которых скрыты под грифом «Секретно»

    Ситуация во многом на совести высокопоставленных чиновников, склонных делать громкие заявления в СМИ, не предоставляя конкретных доказательств. Поэтому даже выражение «не имеющие аналогов в мире» в настоящее время не вызывает приступов патриотизма, а скорее приводит к мыслям об очередной коррупционной схеме, связанной с распилами и откатами.

    И тем не менее за последние несколько лет предприятия российского ОПК не только начали, но и, вероятно, смогли довести до испытаний действительно уникальные изделия, большинство сведений о которых скрыты под грифом «Секретно». Возьмем для примера проект 4202 НПО машиностроения, уже несколько лет вызывающий активный интерес специалистов. Не разглашая государственную тайну, попытаемся понять, о чем идет речь.

    Начало истории

    Первое упоминание о проекте 4202 можно найти в 2007 году в издании Специального конструкторско-технологического бюро № 16, с 1956-го занимающегося, как говорится на сайте, разработкой и внед-рением технологий монтажа и наладки в строительно-монтажное производство при создании уникальных объектов Министерств обороны и среднего машиностроения СССР, то есть проектированием и строительством специальных сооружений, включая ракетные шахты. Как следует из публикации, «СКТБ-16 осуществило переоборудование сооружения П718 в сооружение П771 в интересах темы 4202». Согласно открытым источникам П718, она же 15п718 – пусковая установка (шахта) для межконтинентальной баллистической ракеты Р36М2 «Воевода» (по классификации НАТО – «Сатана»).

    Гиперсмерть на подходе
    Фото: wikimedia.org

    В 2010-м в открытом доступе базы данных правовых документов «Гарант» появляется приказ Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору № 617 от 16 июля 2010 года, утверждающий экспертное заключение государственной комиссии по объекту 370, на котором должен быть размещен комплекс ракеты-носителя А35-71 с космической головной частью.

    Если опять обратиться к открытым источникам, то по протоколу № 45 заседания закупочной комиссии Центрального конструкторского бюро транспортного машиностроения от 26 мая 2014 года еще в марте 2009-го между ЦКБ ТМ и ОАО «Спецтехника» был заключен договор № 3522 на выполнение «составных частей данных работ по согласованию с головным исполнителем, что подтверждается техническим решением о… подготовке КРТ и заправке изделия А35-71 при проведении испытаний по теме 4202 на объекте 370.

    Если подвести краткий итог, то в 2007 году в России по теме 4202 был создан некий объект 370 для размещения комплекса А35-71 с космической головной частью. При этом используются переоборудованные шахты МБР «Воевода».

    27 декабря 2012 года в корпоративной газете НПО машиностроения «Трибуна ВПК» (№ 47) отмечается: «Президентом страны определены задачи на ближайшие годы по одной из важнейших тем в работе Корпорации – 4202. А в сентябре того же года на открытой площадке госзакупок появляется заявка «Реконструкция и техническое перевооружение существующих производственных корпусов предприятия для подготовки серийного производства изделий заказа 4202, II очередь», поданная входящим в НПО машиностроения объединением «Стрела», расположенным в Оренбурге. Согласно условиям тендера с начальной (максимальной) суммой порядка 354 миллионов рублей работы должны быть закончены к 2015 году.

    В июле 2014-го заказ 4202 появляется еще в одном контракте, размещенном воронежским ОАО «Конструкторское бюро химавтоматики», согласно которому НИИ эластомерных материалов и изделий должно выдать заключение о продлении срока эксплуатации на 42 года для двигателей 15Д95, 15Д96, 15Д113, 15Д114 в составе объекта ОКР «ПСЭ 15С300-4202».

    15Д95 – маршевые жидкотопливные ракетные двигатели, входящие в двигательную установку первой ступени (15Д96) изделия 15а35 – ракеты УР-100НУТТХ (SS-19 Stilleto), развитие легендарной «сотки», разработанной НПО машиностроения под руководством Владимира Челомея. 15Д113 – двигательная установка второй ступени, а 15Д114 – четырехкамерный рулевой двигатель той же УР-100НУТТХ. Примечательно, что по индексу ракета-носитель А53-71 отличается от «сотки» только отсутствием цифры 15.

    Итак, А35-71 – модернизированная ракета УР-100НУТТХ с космической головной частью. Причем ресурс привлекаемых по теме 4202 «соток» продлевается на 42 года. Правда, не совсем понятно, где находится объект 370, но с учетом размещения шахт с ракетами «Сатана» это Ужур или Домбаровский. Отметим, что именно с Домбаровского производятся запуски ракет-носителей «Днепр», созданных на базе Р36.

    Откуда идет гиперзвук

    УР-100НУТТХ – ракета шахтного базирования, постепенно заменяющаяся комплексами «Тополь-М», а в настоящее время «Ярс-М». Для чего потребовалось переоборудовать шахту Р36М для А35-71, если у «соток» есть уже готовые пусковые установки? Можно предположить, что причина в размерах ракет, так как «Сатана» на семь метров выше «Стилета».

    Напомним, что на базе УР-100НУТТХ созданы и успешно эксплуатируются две ракеты-носителя: «Рокот» и «Стрела». Причем «Стрела» запускается не со стартового стола, а из штатной шахты – пусковой установки, находящейся на космодроме Байконур. Судя по фотографиям этой ракеты-носителя, из-за переделанной головной части, где размещается выводимая на орбиту полезная нагрузка, ее длина увеличилась на несколько метров и закрыть люк шахты уже не получается.

    Но что за «космическую головную часть» несет А35-71? Ответ можно найти в анализе февральских учений 2004 года, когда помимо БРПЛ и наземных МБР с космодрома Байконур согласно официальному заявлению Минобороны России стартовала ракета УР-100НУТТХ с экспериментальной боеголовкой по полигону Кура.

    При сравнении российского проекта 4202 с западными разработками напрашивается вывод, что это аналог американских изделий, созданных по проекту Falcon («Сокол») и концепции неядерного быстрого глобального удара (Prompt Global Strike), Hypersonic Test Vehicle (HTV), также запускаемых с помощью переоборудованных из МБР МХ ракет-носителей «Минотавр».

    По программе Falcon создан уменьшенный аналог HTV – AHW (Advanced Hypersonic Weapon – перспективное гиперзвуковое оружие), запускаемый с помощью переоборудованной БРПЛ «Поларис». И все же, учитывая размеры и тактико-технические характеристики российской УР-100НУТТХ, изделие 4202 следует сравнивать с HTV военно-воздушных сил.

    В отличие от американского аналога российское изделие, вероятнее всего, будет нести ядерное оружие. На это указывает контракт между Всероссийским научно-исследовательским институтом автоматики им. Н. Л. Духова и Центром эксплуатации объектов наземной космической инфраструктуры на разработку «Носителя подвижного унифицированного регламентного агрегата 4202-НРА», опубликованный на портале госзакупок в июле 2013 года.

    На официальном сайте ВНИИА указывается, что среди главных задач института значится и создание «программно-технических средств автоматизированных систем управления технологических процессов (АСУТП) атомных и тепловых электростанций, других сложных объектов», а также «аппаратуры для регистрации быстропротекающих однократных процессов и аппаратуры электровзрывания». Речь идет о разработке и изготовлении устройств, инициирующих подрыв спецбоеприпасов.

    Следует отметить, что в состав ЦЭНКИ входит КБ «Мотор», занимающееся «разработкой большегрузных транспортно-технологических агрегатов различного функционального назначения, созданием средств обслуживания и доступа к ракетным грузам в монтажно-испытательных корпусах и на стартовых позициях». Можно сделать вывод, что для проекта 4202 уже заказаны подвижные регламентные агрегаты (возможно, на автомобильной базе) для обслуживания некой сложной аппаратуры для «быстропротекающих однократных процессов».

    Планы и факты

    Возникает вопрос, на каком этапе находится российское изделие, работы по которому ведутся фактически 11 лет? Вероятный ответ есть также в открытом доступе. Это «Годовой план закупки товаров, работ, услуг на 2014 год для федерального государственного унитарного предприятия «Центр эксп-луатации объектов наземной космической инфраструктуры», согласно которому в 2015 году запланирован комплекс работ (услуг) по обеспечению безопасности в районах падения и утилизации ОЧ МБР по теме 4202 с позиционного района Домбаровский, а также комплекс работ на выполнение СЧ ОКР по обеспечению безопасности в районах падения с проведением экологического мониторинга до и после пуска по теме 4202 с позиционного района Домбаровский. Несмотря на разные формулировки, в плане указывается фактически одно мероприятие. Проще говоря, на 2015 год запланировано два пуска.

    НПО машиностроения в корпоративной газете «Трибуна ВПК» (№ 6) за 2015 год сообщает: «Перед технологами предприятия стоит задача собрать еще два комплекса «Бас-тион» и два изделия по тематике РВСН».

    Согласно годовому плану ЦЭНКИ следует, что с объекта 370, размещенного в Домбаровском, в 2015 году начнутся пуски изделий, что подтверждается и местными средствами массовой информации.

    Так, на интернет-ресурсе «Главный сайт Домбаровского района» указывается: «Правительство Югры ведет переговоры с Министерством обороны России о создании в регионе участка для падения отделяющихся частей баллистических ракет, запущенных в Оренбургской области. Проект документа выложен на официальном сайте правительства Югры. Пуски будут осуществляться из позиционного района Домбаровский (Оренбургская область). Все отделившиеся части ракет, а точнее — вторые ступени ракет будут падать прямо на Нижневартовский район. В соглашении указываются точные координаты района падения: эллипс с размерами осей 60х30 км, координатами центра 60о11’00 с. ш., 76о04’00 в. д. и азимутом большой оси 35о. Около 10 лет специальный участок в Нижневартовском районе будет свалкой для ракетного хлама».

    Если сопоставить на карте район Домбаровского, Нижневартовска и указанных в сообщении координат, можно сделать вывод: запуски нового изделия идут в направлении полигона Кура. Кстати, в феврале 2004 года именно туда была запущена экспериментальная боевая часть, с которой, вероятнее всего, началась тема 4202.

    Правда, судя по некоторым данным, первый запуск нынешнего года, проведенный 26 февраля, оказался неудачным. На интернет-форумах говорили о незапланированном старте ракеты. В частности, один из пользователей 26 февраля написал: «Нахожусь в городе Ясный, Оренбуржье… приехал на обед и тут в 13.00 как все завибрирует, стекла затряслись... ощущение, как в самолете при взлете. Я напрягся, ведь компания «Космотрас» анонсировала запуск ракеты со спутниками на 12 марта, а оно еще не наступило. После обеда местные коллеги сказали, что была бегущая строка на местном ТВ о перекрытии дороги на Ащебутак (там, где точки Домбаровского позиционного района). Короче, пульнули куда-то неофициально».

    Официальных заявлений о пусках, а тем более о результатах не появилось. Но 4 марта со стартового стола была снята ракета-носитель «Рокот», которая должна была вывести на орбиту три спутника связи «Гонец-М». По заявлению источника в отрасли, на который ссылается ИТАР-ТАСС, ракета была снята со стартового стола и направлена в монтажно-испытательный корпус для проведения дополнительной проверки двигателей первой ступени.

    Временная близость событий, а также то, что в обоих случаях речь идет об изделиях на основе УР-100НУТТХ, говорит о том, что первый запуск все же был неудачным. И это срочно потребовало провести работы уже на «Рокоте».

    Как это работает

    Изделие 4202 скорее всего является аналогом американского Hypersonic Test Vehicle, испытания которого уже идут, так что можно попытаться выстроить схему применения российского изделия.

    Пентагон и НАСА уделяют большое внимание сохранению секретов, связанных с программами гиперзвуковых летательных аппаратов. Лишь одно издание – Aviation Week 26 августа 2012 года в статье «Hypersonic X-Plane (HX) – DARPA Tries Again» («Гиперзвуковые аппараты – ДАРПА пробует опять») дает не только предполагаемый, но и реальный профиль полета HTV-2, который идет вразрез с официальной позицией военного ведомства.

    HTV – это, как называют его в иностранных отраслевых СМИ, гиперзвуковой планер. То есть летательный аппарат, не имеющий двигателей, но оснащенный рулевыми поверхностями, разогнанный до скорости 5–6 Маха и планирующий на заданную цель. По мере приближения к ней ГЗЛА начинает плавно снижаться, терять скорость и так до заданного объекта.

    Именно из-за такой схемы полета во многих работах, посвященных программе глобального неядерного удара, американские специалисты утверждают, что на конечном участке траектории из-за трения в воздухе ГЗЛА фактически перейдет с гиперзвуковой скорости на сверхзвуковую и станет уязвим для средств ПВО.

    Реальная схема полета ГЗЛА выглядит совершенно по-другому. Ракета-носитель «отпускает» аппарат на высоте 60–70 километров, после чего он продолжает полет с легким снижением с таким расчетом, чтобы практически до самой цели не выйти из «комфортного» коридора высот 40–60 километров, когда ГЗЛА еще не в плотных слоях атмосферы и на него нет тепловой нагрузки. Но непосредственно перед целью аппарат начинает пикировать с высоты 40 километров, судя по схеме в Aviation Week, почти вертикально.

    Правда, из-за слабости ракеты-носителя «Минотавр» американцы во время испытания HTV-2 не смогли выйти на оптимальный профиль полета и для получения дополнительной кинетической энергии HTV-2 был выведен на высоту 138 километров, откуда спикировал до 45 километров, после чего выполнил подъем и вошел в заданный коридор. Такой маневр сопровождался сильнейшими перегрузками, которые, по мнению американских ученых, привели к разрушению систем управления HTV-2, что и повлекло неудачу 11 августа 2011 года.

    Благодаря использованию ракеты-носителя на базе УР-100НУТТХ изделие 4202 скорее всего лишено недостатков американского ГЗЛА. Учитывая увеличенную на семь метров длину А35-71, следует предположить, что разработка НПО машиностроения как минимум не уступает по габаритам HTV-2, а скорее всего его превосходит. Точных данных о высоте, длине и ширине изделия нет, но можно предположить, что его масса около двух тонн. Вероятнее всего, семь дополнительных метров в ракете-носителе приходятся не только на сам ГЗЛА, но и на разгонный блок, выполняющий роль третьей ступени. Как уже было сказано выше, на базе «сотки» есть два носителя: «Стрела» и «Рокот». В первом в качестве разгонного используется переделанная штатная ступень разведения боевых блоков (как и на американских «Минотаврах»). На втором установлен разгонный блок «Бриз».

    Если учитывать габариты самого ГЗЛА, проблемы, возникшие у американцев с ракетами-носителями, а также то, что после пуска 26 февраля именно «Рокот» был снят со стартового стола, можно утверждать, что на А35-71 установлен некий разгонный блок, близкий по своим характеристикам, а главное – по конструкции к «Бризу». Такое решение должно обеспечить российскому изделию возможность выполнять полет в коридоре высот 40–60 километров без дополнительных маневров.

    Перспектива

    С УР-100НУТТХ не все так просто, как кажется на первый взгляд. Даже с учетом продления ресурса служить им осталось недолго и вряд ли под перспективное изделие есть смысл продолжать держать в строю «старичков». «Тополь» и «Ярс» с предполагаемой нагрузкой две тонны едва ли справятся. Ракета «Воевода», вероятно, будет списана даже быстрее «сотки».

    В настоящее время только одна ракета может стать носителем для изделия 4202 – перспективная тяжелая жидкотопливная «Сармат», разрабатываемая КБ имени Макеева. Но это скорее предположение или догадка.


    0 0

    Поставки из Великобритании и США дополняли советскую промышленность в тех отраслях, где не хватало собственных мощностей

    Билль США о ленд-лизе (lend – давать взаймы, lease – сдавать в аренду) был утвержден11 марта 1941 года и уполномочил президента передавать технику и снаряжение военного назначения любой стране, защита которой признается жизненно важной для безопасности Америки. На СССР закон распространили 7 ноября 1941 года. Несколько раньше, 6 сентября аналогичное решение приняло правительство Великобритании.

    Билль США о ленд-лизе (lend – давать взаймы, lease – сдавать в аренду) был утвержден11 марта 1941 года и уполномочил президента передавать технику и снаряжение военного назначения любой стране, защита которой признается жизненно важной для безопасности Америки. На СССР закон распространили 7 ноября 1941 года. Несколько раньше, 6 сентября аналогичное решение приняло правительство Великобритании.

    В нашей стране вопрос о ленд-лизе до сих пор крайне политизирован и вызывает совершенно противоположные суждения: от «мало что значил» до «без него не было бы победы». Не будем пытаться объять необъятное и предлагаем сосредоточиться на относительно локальной теме: значение иностранной помощи в оснащении бронетанковых войск и танковой промышленности СССР.

    Бронетехника союзников

    Общепризнанных цифр о поставленных союзниками танках в нашей литературе нет, поэтому предлагаем воспользоваться данными одного из наиболее уважаемых изданий, а именно – энциклопедии «Отечественные бронированные машины. ХХ век. Т. 2. 1941–1945 гг.» (авторы – А. Г. Солянкин, М. В. Павлов, И. В. Павлов, И. Г. Желтов, издательство «Экспринт», 2005). Здесь сообщается, что в действующую армию в течение 1941–1945 годов поступило 11 598 англо-американских танков, что составило 14,8 процента от произведенных отечественной промышленностью. Еще примерно 1,5 тысячи погибли в ходе транспортировки морскими путями. В общем – не так уж и много, хотя значение 3472 машин поставки 1942-го очевидным образом выше, чем 3951 в 1944 году.

    Урок седьмой: правильный ленд-лиз
    Коллаж Андрея Седых

    Что касается качества танков, то обычно говорится, что союзники поставляли нам то, на чем воевали сами. Но это не совсем верно, по крайней мере в отношении Великобритании, направлявшей в Россию исключительно танки сопровождения пехоты «Матильда», «Валентайн» и «Черчилль» (20 штук авиадесантных «Тетрархов» погоды не делали). Для условий высокоманевренной войны, навязанной в 1941–1942 годах немцами и осуществляемой советскими войсками в 1943–1945-м, эти неважные ходоки совершенно не подходили. А крейсерские машины («Крусайдеры», «Кромвели», «Кометы») в СССР не направлялись.

    Другое дело – танки США, оказавшиеся весьма выносливыми на длительных маршах. Внешне несуразный средний танк М3 на Кубинском полигоне прошел в зимних условиях 1672 километра без поломок, если не считать нескольких разрушенных гребней траков. Танк М4А2 «Шерман» испытывался в СССР зимой и летом 1943 года. Уже имея пробег 1285 километров, он успешно преодолел еще 1765 километров с минимальным ремонтом опять же гусениц и катков с отслоившимися резиновыми бандажами. При эксплуатации в советских войсках танкисты единодушно отмечали простоту обслуживания и легкость управления танком М4А2. Разумеется, у «Шермана» были свои слабые места: из-за большого удельного давления он имел худшую по сравнению с «тридцатьчетверкой» проходимость, ведущее колесо и бортовая передача выходили из строя при сильных ударах, подъем в 30 градусов преодолевался с трудом. И все же это была весьма надежная машина. Сами американцы отлично понимали достоинства своей техники. В отчете об испытаниях «тридцатьчетверки» на Абердинском полигоне есть такая фраза: «Есть основания считать, что он (Т-34) обладает более высокими эксплуатационными скоростями, меньшим сопротивлением качению и лучшей проходимостью, чем американский танк М4, но уступает ему в тщательности изготовления и надежности в работе».

    Однако танки – не единственный вид бронетехники, поставлявшейся союзниками. В 1944 году из США прибыли 1100 зенитных самоходных установок (ЗСУ) на базе полугусеничных бронетранспортеров. Такие машины в СССР в военное время серийно вообще не выпускались, а первые 12 отечественных ЗСУ-37 появились уже после окончания боевых действий в Европе. А ведь без поддержки ЗСУ бронетанковые и механизированные части на марше были почти беспомощны перед ударами с воздуха, огонь 7,62-мм пулеметов мало помогал. Да и одиночные 12,7-мм пулеметы, появившиеся на тяжелых самоходках «ИСУ» в октябре 1944-го, полноценной защитой не являлись. Так что именно американские ЗСУ на земле вместе с истребительной авиацией в воздухе (где также имелось немало самолетов из США) обеспечили безопасность танкистов в последний период войны.

    Следующий факт. Еще опыт войны в Испании и сражений на Халхин-Голе показал, что танки, какими бы совершенными они ни были, без поддержки пехоты уязвимы и в обороне, и в наступлении. Пехота же не могла сопровождать действовавшие на пересеченной местности танки ни на автомобилях, ни тем более на своих двоих. Требовалось специальное бронированное средство, сопоставимое в проходимости с танками, то есть гусеничный или полугусеничный бронетранспортер.

    В вермахте машины данного типа использовались с самого начала войны и оценивались весьма высоко. Известно мнение референта по изучению тактического опыта Генерального штаба сухопутных войск Германии Э. Миддельдорфа: «Батальоны мотопехоты, имевшие на вооружении бронетранспортеры, сыграли исключительную роль. При возросшей огневой мощи противника неприкрытая броней мотопехота не могла успешно взаимодействовать с танками. Она, наоборот, тормозила наступление танков и не могла достаточно быстро развить успех или закрепиться на достигнутых рубежах. Но с другой стороны – танки по мере совершенствования средств противотанковой обороны все больше и больше нуждались в прикрытии со стороны мотопехоты. В одном из отчетов по обобщению опыта боевых действий за 1943 год отмечалось: «Отсутствие в танковых соединениях настоящей мотопехоты сказывалось очень сильно, хотя танковое соединение вводилось в бой в полном составе, имея до 300 танков, его наступление часто оканчивалось неудачей, а подразделения несли большие потери».

    Советская промышленность смогла предложить сопровождавшей танки пехоте лишь поручни, помогавшие удержаться на корпусе и башне боевых машин. На серийных «тридцатьчетверках» Уральского танкового завода таковые появились в сентябре 1942 года. Производить бронетранспортеры было негде. Поэтому нужно сказать большое спасибо британским и американским союзникам, передавшим Красной армии в общей сложности 6242 бронетранспортера различных типов. Это, конечно, много меньше, чем 20 тысяч построенных немцами в 1941–1944 годах машин данного класса, но лучше столько, чем ничего.

    Кстати сказать, Э. Миддельдорф применительно к боям последнего периода войны счел необходимым отметить: «Русские научились вести совместные боевые действия танков с пехотой, посаженной на бронетранспортеры».

    Военные автомобили

    При всем уважении к ленд-лизовским танкам, ЗСУ и бронетранспортерам есть сфера, где помощь союзников имела несравнимо большее и даже колоссальное значение. Это автомобильный транспорт.

    Причем здесь бронетанковые войска? Ответ очевиден: без стабильного снабжения и технической поддержки танки воевать не могут. А обеспечить таковые услуги могут только автомобили желательно большой подъемной силы и с приличной проходимостью. Гужевой транспорт не соответствовал нуждам танкистов ни по скорости, ни по грузоподъемности.

    В 30-х годах СССР добился выдающихся успехов в создании автомобильной промышленности. Совокупная годовая мощность автозаводов страны была доведена до 200 тысяч машин, автопарк в 1940-м превысил миллион единиц. Но до возможностей объединенного немцами автопрома Западной Европы нам было еще далеко. Производительность подконтрольных Германии заводов достигала 600 тысяч автомобилей в год.

    Все это не могло не отразиться на оснащении армии. По данным официального издания Главного автобронетанкового управления ВС РФ «Огонь, броня, маневр» (Москва, 1999), Красная армия вступила в войну, имея на вооружении 272,6 тысячи автомашин всех типов. Это совершенно не соответствовало потребностям прежде всего самых подвижных механизированных войск. Новые корпуса имели в среднем 38 процентов автомобилей от изначально заниженного штатного расписания.

    Для сравнения: в составе вооруженных сил Германии при гораздо меньшем количестве бронетехники накануне войны имелось 500 тысяч автомобилей. С учетом автопарков Италии, Венгрии, Финляндии и Румынии противник обладал двойным превосходством в автотранспорте. Кроме этого, для нужд пехоты только вермахт располагал миллионом лошадей.

    Критическая нехватка автотранспорта стала одной из важнейших причин поражения советских танковых корпусов летом 1941 года. Многие тысячи танков и бронеавтомобилей погибли не в бою, но были брошены (в лучшем случае – взорваны экипажем) из-за отсутствия горючего, боеприпасов или просто запасной части копеечной стоимости.

    С началом войны мощности советского автопрома резко сократились – частично из-за эвакуации московских групп предприятий, но главным образом из-за перехода на выпуск оборонной продукции. Справедливости ради отметим, что то же самое случилось и в Германии. Самый мощный автозавод СССР – Горьковский в военное время выпускал не только автомашины, но также легкие танки, САУ и бронеавтомобили. В результате за весь период войны с немцами советский автопром выпустил всего 205 тысяч автомобилей, из них 150,4 тысячи поступили в Красную армию.

    Между тем в книге «Огонь, броня, маневр» утверждается, что армия за это же время получила 744,4 тысячи автомашин. В том числе: 204,9 тысячи – в военный период 1941-го, 152,9 тысячи, 158,5 тысячи и 157,9 тысячи соответственно – в 1942, 1943 и 1945 годах, а также 70,9 тысячи – к 10 мая 1945-го. В результате, несмотря на большие потери, численность армейского автопарка составляла на 1 января 1942 года 318,5 тысячи, 1943-го – 404,5 тысячи, 1944-го – 496 тысяч и 1945-го – 621,3 тысячи. Последние цифры объясняют среди прочего рост мобильности наших бронетанковых частей в 1943-м и великолепные танковые прорывы 1944–1945 годов.

    Откуда же взялись эти сотни тысяч автомобилей? С 1941-м все понятно – транспорт мобилизовали в народном хозяйстве. Но уже в 1942 году этот источник был исчерпан, дальнейшие изъятия грозили остановкой оборонной промышленности. Собственное производство покрывало меньше трети потребностей. Трофейные машины использовались, но даже в мае 1945-го составляли всего 9,1 процента армейского автопарка.

    Ответ очевиден – подвижность наших танковых армий обеспечил автотранспорт, полученный по ленд-лизу. В советское время говорить об этом было не принято, и даже в официальном издании ГАБТУ 1999 года общих цифр поставок нет. В западной же литературе говорится о 430 тысячах автомашин, в том числе о 152 тысячах мощных «Студебеккеров». Сколько-то погибло в ходе транспортировки, сколько-то досталось промышленности (на Уральский танковый завод № 183 в конце войны также пришла партия «Студебеккеров»). Но большую часть получила Красная армия.

    Материалы и оборудование для НКТП

    Освещение в отечественной литературе иностранной помощи для развития советской танковой промышленности военных лет столь же перекошено, как и оценка роли готовой бронетехники. Подчеркивается значение разовых и малозначимых поставок и в то же время забывается о действительно важных.

    Некто Ю. Фельштинский, ярый поклонник небезызвестного Резуна-Суворова, уже в 2000-х годах выступил с сенсационным заявлением о том, что советские «тридцатьчетверки» изготовлялись из британской брони!

    Никаких документальных доказательств он не привел, тем не менее попробуем разобраться. Начнем с того, что произведенные отечественными историками подсчеты (выполненные, в частности, А. Ермоловым) показывают: объемы выпуска броневого проката на советских металлургических заводах с избытком покрывали его реальный расход на танковых предприятиях.

    Вместе с тем один период острого дефицита брони имел место быть. Речь идет о конце 1941-го – первой половине 1942-го, когда после эвакуации производство на востоке страны только налаживалось. Поэтому СССР действительно заказал броневой прокат за рубежом, но главным образом не в Англии, а в США.

    Поставки начались ближе к середине года. Контроль за броневыми материалами – как отечественными, так и импортными – осуществлял ЦНИИ-48. В середине 1942-го в броневой институт попала и американская продукция – листы толщиной 10, 15 и 35 миллиметров.

    Анализ металла показал, что по своему химическому составу первые примерно соответствовали отечественной марке 2П, а последний – марке 8С, однако содержание углерода превышало советские нормативы.

    Сразу же отметим, что указанная американская броня изначально не могла применяться для изготовления танков Т-34, поскольку с января 1942 года для них были утверждены лишь две толщины листового проката: 45 миллиметров – для противоснарядной защиты и 20 миллиметров – для крыши и днища. Но дело даже не в этом: советские специалисты пришли к выводу, что при высокой геометрической точности проката американский 35-мм лист не соответствует скромным «...техническим условиям военного времени как по химическому составу, так и по хрупкому виду поражений. Материал американской стали имеет шиферность и слоистость в плоскости проката». В общем, от дальнейших поставок противоснарядной брони пришлось отказаться, а уже полученный металл пустить на различные второстепенные цели.

    Что касается американского аналога нашей противопульной броневой стали 2П, то его признали соответствующим советским техническим условиям, поэтому поставки некоторое время продолжались (примерно до конца 1942-го). Поэтому можно предположить, что некоторые легкие танки имели защиту made in USA. На «тридцатьчетверках» такой материал мог использоваться лишь для изготовления днища.

    Не будем особо злорадствовать по поводу качества американской противоснарядной брони – в 1942 году заводы США лишь осваивали ее производство. В ходе последующего изучения американских танков выяснилось, что первоначальные проблемы удалось быстро преодолеть. Но даже теоретически использование американской (и британской тоже) стали для изготовления танков Т-34 было невозможно без существенного ухудшения их боевых качеств. Дело в том, что заморский броневой прокат толщиной 35–51 миллиметр изначально рассчитывался под закалку на среднюю твердость. Поэтому он был технологичен в обработке и сварке, хорошо выдерживал удары снарядов полевой артиллерии с умеренной начальной скоростью, не давал вторичных осколков при непробивном действии. Но при этом в равных толщинах продукция США и Англии заметно уступала советской стали высокой твердости 8С при обстреле немецкими высокоскоростными бронебойными «остроголовыми» снарядами калибра 20–50 миллиметров. Поэтому 51-мм лобовая броня танка М4А2 ранних выпусков в действительности оказалась не равна 45-мм листу «тридцатьчетверки». Танкисты 5-й гвардейской танковой бригады после боев лета 1943 года на американских машинах пришли к выводу, что союзники дали нам бракованную технику! У людей, привыкших к родным «тридцатьчетверкам», в голове не укладывалось, что обычное противотанковое ружье может с 80 метров пробить доброкачественный лобовой лист корпуса, а 20-мм автоматическая пушка штурмовика Ю-87 – успешно расстреливать танки не только в тонкую крышу, но также в борт корпуса и башни.

    Сами американцы перед вторжением в Европу занялись экранированием ранее выпущенных «Шерманов» и увеличением толщины вертикальных проекций своих средних танков. При введении американского проката на танках Т-34 также пришлось бы на 10–15 процентов увеличивать толщину лобовых и бортовых деталей со всеми последствиями в виде увеличения веса, снижения подвижности и надежности машины.

    Если говорить о других материалах и комплектующих изделиях иностранного производства, то известно, что в 1943–1944 годах для изготовления танковых баков в СССР использовалось некоторое количество листового проката из особо пластичной стали. Бортовые передачи некоторых «тридцатьчетверок» в 1944-м комплектовались подшипниками фирм «СКФ» и «Тимкен». С последней все ясно – это американский производитель. Гораздо интереснее случай со шведской фирмой «СКФ». Дело в том, что ее подшипники работали и на большей части германских танков. Воистину – деньги не пахнут!

    Имеются также достоверные сведения об установке на части танков 1943-го американских радиостанций. Кроме этого, дефицит инструментальных сталей на танковых заводах в 1944–1945 годах в значительной степени покрывался за счет поставок стран – союзниц по антигитлеровской коалиции.

    Однако наиболее важной помощью союзников для заводов НКТП оказались не броня, не подшипники и даже не инструментальная сталь, а скромная серая резина.

    В СССР, как известно, натуральный каучук получить невозможно. Да и с искусственным в военное время дела обстояли не лучшим образом. Поэтому уже в январе 1942 года заводы начали устанавливать на танках Т-34 опорные катки со стальными бандажами и внутренней амортизацией. Толстый пласт резины на всей опорной поверхности катка сменила небольшая резиновая втулка. То, что по служебным свойствам катки с внутренней амортизацией уступали старым с наружной обрезинкой, стало очевидно сразу и всем, но выхода не было. Негативные последствия предполагались, но измерить и оценить их оказалось нечем, предприятия не располагали нужными приборами. Лишь после окончания войны выяснилось, что катки большого диаметра с внутренней амортизацией танков Т-34 оказывали просто разрушительное действие на всю ходовую часть и трансмиссию.

    Спасли дела американцы, начавшие в конце 1942 года поставки резины. С мая 1943-го все «тридцатьчетверки» Уральского танкового завода № 183 вновь сходили с конвейера на катках с наружной амортизацией. Необходимо выразить особую признательность союзникам, поскольку в это время дефицит резины имел место и на танкостроительных предприятиях США.

    Урок седьмой: правильный ленд-лиз

    Несколько слов о ленд-лизовском оборудовании. В количественном отношении его было немного – приведем для примера данные о вновь поступивших металлорежущих станках Уральского танкового завода № 183:

    Для справки: всего к концу 1945 года предприятие располагало примерно 3700 единицами металлорежущего оборудования.

    Вместе с тем необходимо отметить, что практически все полученные из США и Великобритании станки относились к числу агрегатных, специальных и высокопроизводительных и предназначались для расшивки «узких мест» на танковых заводах. Среди них имелись 6- и 8-шпиндельные автоматы фирмы «Буллард», агрегатные станки и автоматы «Кон», «Нью-Бритен», токарные многорезцовые станки «Рид», «Фей», «Лодж», «Шпилей», фрезерные «Цинциннати», зубодолбежные «Сайкс», шлифовальные «Хилд» и «Лендис», револьверные «Вернер-Свезей», гайконарезные «Машинери». Хонинговальные станки для обработки деталей коробки перемены передач изготовила фирма «Барнел-Дрилл». Вместе с оборудованием поступало и некоторое количество режущего инструмента.

    Штат наладчиков и станочников для работы на импортных многошпиндельных и многорезцовых станках еще весной 1942 года подготовили специалисты института ЭНИМС.

    В предшествующей статье мы уже упоминали о внедрении на танковых заводах термической обработки массовых деталей токами высокой частоты. Основное оборудование участка ТВЧ завода № 183 в виде высокочастотной установки ЛЧ-170/90 изготовила американская фирма «Кренкшафт».

    В завершение статьи подведем некоторые итоги. По мнению автора, ленд-лиз действительно сыграл большую роль в оснащении наших танковых войск и весьма помог танковой промышленности СССР. Но произошло это еще и потому, что процесс был правильно организован советской стороной.

    В чем это выражалось?

    Ленд-лиз не подменял, а дополнял советскую промышленность в тех ее отраслях, где собственных мощностей не хватало.

    На танковых заводах ленд-лизовское оборудование служило для повышения эффективности уже существовавших технологий и собственноручно созданных производственных процессов. Длительные процессы заимствования и адаптации новых технологий – занятие не для военного времени.

    Сергей Устьянцев,
    кандидат исторических наук, научный редактор ОАО «НПК «Уралвагонзавод»

older | 1 | .... | 4 | 5 | (Page 6) | 7 | 8 | .... | 30 | newer